В ожидании чуда

На следующий день, словно в предчувствии перемен, в их шумной компании вдруг неловко возникла тема детей. Они, как обычно, собрались в просторной студии, где царил творческий беспорядок и пахло свежезаваренным кофе и чем-то неуловимо сладким — возможно, мечтами. Хан, как всегда, отреагировал первым, его голос взлетел до ультразвуковой высоты: — ЕСЛИ У ВАС БУДУТ ДЕТИ, Я ОБЯЗАТЕЛЬНО НАУЧУ ИХ ВСЕМ СВОИМ ШУТКАМ! ВСЕМ САМЫМ ПОШЛЫМ И НЕПРИЛИЧНЫМ! Минхо бросил на него ледяной взгляд. — Тогда у нас точно не будет детей, — сухо отрезал он, и Хан тут же сник под его суровым взором. Феликс, с глазами, горящими энтузиазмом, тут же попытался исправить ситуацию: — Я буду печь им печенье каждый день! С шоколадной крошкой, с орехами, с маршмеллоу! Они будут самыми счастливыми детьми на свете! Сынмин, как всегда, сохранял невозмутимое спокойствие, словно был единственным взрослым в этом детском саду. Хёнджин, всегда тяготевший к драматизму, театрально вздохнул, приложив руку к груди. Его длинные, ухоженные волосы элегантно упали на плечи. — Если это будет девочка, я буду её любимым дядей. Я буду дарить ей самые красивые платья и учить позировать для селфи. Вечером, когда остались только они вдвоём, Алёна, сидя на подоконнике, вдруг спросила, глядя на огни ночного Сеула: — А если у нас будет сын? Минхо, сидя в кресле и читая книгу, поднял на неё глаза, в которых отражались отблески ночных огней. — Тогда я научу его драться и молчать, когда нужно. Я научу его быть сильным и сдержанным. — А если дочь? — с тревогой спросила она, словно боялась ответа. Он замолчал на мгновение, словно обдумывал каждое слово. — Тогда… я буду молчать ещё больше. Чтобы не напугать её своей резкостью. Я стану самым терпеливым и нежным человеком в её жизни. Алёна рассмеялась, и её звонкий смех наполнил комнату. — Мне всё равно, кто у нас будет, Минхо. Главное, чтобы он или она знали: у них есть два человека, которые любят их больше всего на свете. Минхо кивнул, и его взгляд стал мягким и тёплым. — Это я смогу. Это я обещаю. Перед сном, обняв её крепко-крепко, словно боясь отпустить, он неожиданно прошептал: — Когда ты будешь готова – скажи мне. И я тоже буду готов. Я всегда буду готов ради тебя. Она закрыла глаза, чувствуя, как её окутывает волна спокойствия и уверенности. Это не было решением "здесь и сейчас". Но это было обещание светлого, прекрасного будущего, которое они построят вместе. Они не знали, когда сделают этот важный шаг. Но они знали, что сделают его вместе, рука об руку, поддерживая друг друга во всем. И для Алёны это было важнее всего: она никогда не будет одна в своих мечтах и страхах. У неё есть Минхо, её опора и её любовь. Прошел ещё месяц. Их жизнь текла своим чередом: концерты, репетиции, редкие дни тишины, когда они могли просто быть вместе, наслаждаясь обществом друг друга. Но в один из таких вечеров, когда за окном завывала осенняя вьюга, всё изменилось. Они сидели вдвоём на диване, укрывшись тёплым пледом и попивая горячий чай. Алёна, закутавшись в его толстовку, вдруг сказала, будто случайно, словно это была мимолётная мысль: — Знаешь… кажется, я хочу ребенка. Минхо оторвался от книги с потрёпанной обложкой и посмотрел на неё так пристально, словно пытался разгадать самую сложную загадку в мире. Её щёки слегка порозовели. — Не смотри так, — пробормотала она, засмеявшись. — Я и сама удивлена. Он долго молчал, словно обдумывал каждое слово. А потом кивнул, одним коротким, но уверенным движением. — Я тоже готов. — Правда? — Её карие глаза округлились от удивления и робкой надежды. — Правда, — произнёс он с нежной, любящей улыбкой, которая осветила всё его лицо. И вместо того чтобы продолжить этот серьёзный, важный разговор, он вдруг подхватил её на руки, нежно придерживая за ягодицы, и направился в спальню, словно унося самое драгоценное сокровище в мире. В спальне было приглушённо, горел ночник, отбрасывая таинственные тени на стены. — Эй! — вскрикнула она, смеясь и удивлённо вскидывая брови. — Если уж мы приняли решение, нужно начинать подготовку, — сказал он с самым серьёзным видом, словно это была государственная задача. Его глаза горели озорным огнём. Он нежно опустил её на кровать, так, как будто она была хрустальной вазой. Затем навис сверху, навалившись всем телом, но не причиняя ей дискомфорта. Он нежно коснулся её губ своими. — Ты с ума сошёл, — прошептала она, пытаясь вырваться из его объятий, но в то же время обвивая его шею руками. — Давным-давно, — промурлыкал он в ответ, углубляя поцелуй. С каждым его прикосновением, мир вокруг словно переставал существовать. Но постепенно их смех стихал, словно растворялся в тишине ночи. Поцелуи становились мягче, глубже, интимнее. Алёна чувствовала, как всё вокруг растворяется, как исчезают стены, как пропадает время. Остались только они двое, их дыхание, их сердца, бьющиеся в унисон. Его руки блуждали по её телу, вызывая дрожь. Минхо провёл рукой по её волосам, медленно и нежно, будто лаская шёлк. Затем коснулся её щеки, и в этом прикосновении было всё — нежность, уверенность, обещание вечной любви и защиты. Она улыбнулась сквозь поцелуй, чувствуя себя самой счастливой женщиной на свете. — Знаешь, если это и правда случится… — прошептала она, задыхаясь от нежности, — я хочу, чтобы это было именно так. С тобой. Он посмотрел на неё внимательно, словно пытаясь прочесть все её мысли. Его глаза говорили о любви и заботе. Он кивнул, подтверждая её слова. Они целовались, смеясь и шепча что-то друг другу, пока эта игра не переросла в нечто большее. Тепло, доверие, страсть и любовь переплелись в один неразрывный узел, и ночь стала для них новой страницей в их общей истории. Утром Алёна проснулась первой. Она лежала рядом с Минхо, наблюдая за тем, как его грудь мерно поднимается и опускается во сне. Она слушала его спокойное дыхание и думала: «Может быть, это ещё не начало чего-то кардинально нового… Но это, безусловно, самый важный шаг к тому, чего мы оба хотим». Она осторожно коснулась его руки. Минхо, даже не открыв глаза, сжал её ладонь в своей. — Я всё слышу, — пробормотал он сонным голосом. — Что именно? — улыбнулась она, чувствуя тепло, разливающееся по всему телу. — То, что ты думаешь слишком громко, — проворчал он, и его губы тронула лёгкая улыбка. И, не отпуская её руки, он снова погрузился в сон. Алёна смотрела на него и чувствовала – что бы их ни ждало впереди, какие бы испытания им ни пришлось пройти, они будут готовы. Вместе.

💗💗💗

Прошёл месяц. Алёна проснулась с чувством невероятной усталости. Ей казалось, что ночь была слишком короткой, хотя она спала непривычно долго. Минхо, заметив её состояние, нахмурился, словно беспокоясь о её самочувствии. — Ты снова плохо спала? Тебе что-то снилось? — Просто устала, — отмахнулась она, стараясь скрыть своё волнение, но в глубине души почувствовала что-то странное. Её интуиция словно кричала о чём-то важном. Через пару дней к усталости добавилась тошнота по утрам. Алёна задумалась, в её голове промелькнула робкая мысль: «Неужели?.. Неужели это случилось?» Она купила тест в ближайшей аптеке и долго не решалась его использовать. Она стояла в ванной комнате, глядя на заветную коробочку, и её сердце бешено колотилось. Когда она наконец посмотрела на результат, её сердце замерло: две полоски. Две чёткие, предательски яркие полоски. Алёна села на край кровати, крепко сжимая тест в руках. Мир вокруг словно перестал существовать. — Боже… — прошептала она, не веря своему счастью. Её глаза наполнились слезами. Она ещё не знала, как сказать Минхо эту невероятную новость. Она хотела, чтобы это было особенным моментом. Минхо сразу понял, что что-то не так. Он чувствовал её волнение, её радость и её страх. — Ты ведёшь себя странно с самого утра. Что случилось? — спросил он, пристально глядя ей в глаза. Он взял её ладонь в свою и нежно погладил её. Алёна замялась, словно не могла подобрать нужные слова, но не выдержала и протянула ему тест. — Я… кажется, мы… ждём ребёнка. Он замер, словно мир вокруг остановился. Его глаза расширились от удивления, а рот слегка приоткрылся. Потом медленно обнял её, прижав к себе так крепко, словно боялся, что она исчезнет, если он её отпустит. Его сердце бешено колотилось в груди. — Ты уверена? — прошептал он, не веря своему счастью. — Да, Минхо. Я уверена, — ответила она, прижимаясь к нему ещё сильнее. — Тогда… спасибо, киса, — прошептал он ей на ухо. Это было сказано очень тихо и нежно, но в этих словах было всё: радость, страх, благодарность за то, что она подарила ему новую жизнь. Остальные участники группы узнали о беременности. Хан заорал первым, его голос сорвался на ультразвук: — ЧТООО?! Я СТАНУ КРЁСТНЫМ?! Я ЗНАЛ! Я ЧУВСТВОВАЛ ЭТО С САМОГО НАЧАЛА! Я УЖЕ ГОТОВ! Я НАЧНУ ЧИТАТЬ ДЕТСКИЕ КНИЖКИ ПРЯМО СЕЙЧАС! Феликс чуть не расплакался от счастья, его глаза наполнились слезами. — Онни… это настоящее чудо… Я так счастлив за вас! — пролепетал он, обнимая её. Сынмин, как всегда, сохранял невозмутимое спокойствие, но в его глазах тоже читалась радость: — Надеюсь, ребенок будет поспокойнее, чем вы все вместе взятые. Когда шум немного утих, они остались наедине. Алёна посмотрела на Минхо с тревогой в глазах. У неё возникло беспокойство. — Ты не боишься? — Тихо спросила она. Минхо задумался на мгновение, глядя в её глаза. — Боюсь. Но я знаю одно: всё, что мы делаем вместе, становится правильным. Даже если это сложно и страшно. Она улыбнулась ему в ответ, чувствуя, как её сердце наполняется любовью и благодарностью. Она прижалась к нему, и впервые почувствовала, что её будущее стало ещё более настоящим, осязаемым. Теперь это была не просто мечта, не разговоры "когда-нибудь". Это было "уже скоро". И Алёна поняла, что их история только начинается.

💗💗💗

После новости о беременности Минхо будто переключился в новый режим сверхзаботы. Он стал оберегать её от всего на свете, словно она была хрупкой драгоценностью. — Не поднимай это тяжелое кресло. Я подниму, — говорил он, выхватывая у неё вещи из рук. — Не ходи туда, там скользко на улице. Я сам схожу в магазин. Ты будешь в безопасности, — ворчал он, не позволяя ей выходить из дома без сопровождения. — Не ешь слишком острое. Это вредно для ребенка. Я проверю, можно ли это тебе есть или нужно от этого отказаться, — строго говорил он, отбирая у неё тарелку с кимчи. Алёна однажды не выдержала его чрезмерной опеки: — Минхо, я беременна, а не из стекла сделана! Дай мне хоть немного свободы! Он нахмурился, словно она сказала что-то очень обидное. — Ты — моё стекло. Самое дорогое и хрупкое. Я не позволю тебе разбиться. Она замолчала, не зная, что ответить на такую искреннюю заботу. Феликс стал её личным поваром. Он готовил полезные, диетические блюда и украшал их клубникой почти каждый день. — Онни, только скажи, чего тебе захочется. Я достану что угодно! Даже луну с неба! — восклицал он с энтузиазмом. Хан развлекал её забавными шутками и глупыми историями, стараясь поднять ей настроение в трудные моменты. Иногда он перебарщивал, но Алёна все равно смеялась, ведь он делал это от чистого сердца. Чан ненавязчиво, но заботливо следил за тем, чтобы вокруг неё царила атмосфера спокойствия и гармонии. Он ограничивал количество стресса и помогал ей расслабиться. А Чанбин в личной переписке поддерживал Минхо, подбадривал его и давал советы по уходу за беременной женщиной. «Ты справишься, Минхо. Ты сильный и заботливый. У тебя всё получится», — писал он ему. Однажды ночью Алёна почувствовала лёгкий толчок внутри себя. Она опешила. — Минхо! — взволнованно позвала она, схватив его за руку и положив её на свой живот. Через секунду малыш толкнулся снова, на этот раз ощутимее. Минхо замер, словно окаменел. Его лицо смягчилось, и на нём отразилась вся гамма чувств, которые Алёна видела всего пару раз в жизни: удивление, нежность, любовь, благоговение. — Это… он? — прошептал он, не веря своему счастью. — Или она, — улыбнулась Алёна, чувствуя, как слёзы счастья наворачиваются на глаза. Минхо ничего не сказал в ответ. Он только прижался щекой к её животу и замер, словно боялся спугнуть это маленькое чудо. Когда она рассказала остальным участникам группы, что почувствовала первые шевеления ребенка, их реакция была бурной и эмоциональной. 23:17 — Han Jisung → STRAY KIDS (чат) ЭТО НАЧАЛОСЬ! 🚨 ОБЪЯВЛЯЮ ВСЕМ! НАЧАЛАСЬ ВЕЛИКАЯ ЭПОХА! ЭПОХА МАЛЕНЬКОГО БРОДЯЧЕГО РЕБЁНКА! 23:17 — Lee Felix → STRAY KIDS (чат) 😭💖 Ваш малыш растёт!!! Умиляюсь! 23:18 — Kim Seungmin → STRAY KIDS (чат) Надеюсь, он будет спать лучше, чем ты, Феликс. 23:18 — Bang Chan → STRAY KIDS (чат) Ребят, давайте без паники. Всё идёт своим чередом. Алёна, тебе нужно больше отдыхать 🙌 23:19 — Han Jisung → STRAY KIDS (чат) КАКАЯ ПАНИКА?! ЧАН, ЭТО САМОЕ ВАЖНОЕ СОБЫТИЕ В ИСТОРИИ НАШЕЙ ГРУППЫ! ЭТО ГОРАЗДО ВАЖНЕЕ ЛЮБЫХ НАГРАД! 23:19 — Hwang Hyunjin → STRAY KIDS (чат) [1 вложение — селфи в слезах] 23:20 — Hwang Hyunjin → STRAY KIDS (чат) Я НЕ ГОТОВ! Я ДУМАЛ, ЧТО У МЕНЯ ЕЩЁ ЕСТЬ ВРЕМЯ, ЧТОБЫ ПОДГОТОВИТЬСЯ И БЫТЬ САМЫМ КРАСИВЫМ ДЯДЕЙ В МИРЕ 😭 Я БУДУ ПОКУПАТЬ ЕМУ ОДЕЖДУ ОТ VERSACE! 23:20 — Seo Changbin → STRAY KIDS (чат) Минхо, держись! 💪 Ты справишься! Мы с тобой! 23:20 — Lee Minho → STRAY KIDS (чат) Я справляюсь. (статус: "прочитано всеми") 23:21 — Han Jisung → STRAY KIDS (чат) ОН ДАЖЕ В ЧАТЕ ХОЛОДНЫЙ КАК ЛЁД. 😭😭😭 МИНХО, ПРОЯВИ ЧУВСТВА!

23:22 — Alena → STRAY KIDS (чат)

Ребята, спасибо вам всем за поддержку. Но, пожалуйста, без истерик. 😂Мне нужно немного отдохнуть.

23:22 — Lee Felix → STRAY KIDS (чат) Онни, обещай мне, что когда малыш толкнётся в следующий раз, я буду рядом, чтобы почувствовать это! 😭🙏 23:23 — Kim Seungmin → STRAY KIDS (чат) Феликс, ты будешь плакать больше, чем ребёнок. 23:23 — Han Jisung → STRAY KIDS (чат) А Я БУДУ КРЁСТНЫМ!!! И Я НАПИШУ ДЛЯ НЕГО САМУЮ КРУТУЮ КОЛЫБЕЛЬНУЮ! 23:24 — Lee Minho → STRAY KIDS (чат) (отправил эмодзи салфетки "🧻")

💗💗💗

Беременность была нелёгкой: иногда Алёна чувствовала сильную усталость, сонливость, иногда её настроение резко менялось без видимой причины. Бушевали гормоны. В один из таких дней, когда на неё накатила волна грусти, она расплакалась без причины, словно маленький ребёнок. — Я ужасно выгляжу. Я толстая и некрасивая, — всхлипывала она, глядя на своё отражение в зеркале. Минхо посмотрел на неё серьёзно, взял её за руку и нежно погладил её щёку. — Ты выглядишь так, как будто внутри тебя растёт наше будущее. Ты самая красивая женщина в мире для меня сейчас. У тебя своя особенная красота. И я люблю тебя любой. Это самое прекрасное, что я видел в своей жизни. Она заплакала ещё сильнее, но уже не от грусти, а от счастья и благодарности за то, что у неё есть такой любящий и заботливый муж. Каждый день приближал их к новой жизни. И хотя впереди было много страхов и неизвестности, забота Минхо и поддержка ребят делали это время особенным и незабываемым. Алёна чувствовала, что она не одна. Она — часть большой, дружной семьи, которая растёт и крепнет с каждым днём. И вот, это произошло ночью. Алёна проснулась от резкой, нарастающей боли в животе. — Минхо… — позвала она дрожащим голосом, пытаясь справиться с болью. — Кажется, началось… Минхо, обычно спокойный и невозмутимый, подскочил с кровати, словно его ударило током. Он вскочил в одну секунду. — Что? Уже?! Но ещё… рано же?.. — пробормотал он, глядя на неё испуганными глазами. Алёна стиснула зубы, пытаясь унять боль. Она глубоко дышала. — Ему решать, рано или нет. — ответила она, выдавливая из себя слова. Он быстро схватил сумку, которую они собрали заранее, и помог ей встать с кровати. Он дрожал от волнения. Минхо был рядом с Алёной всё время, пока она боролась с болью. Он держал её за руку, нежно вытирал пот с её лба и шептал слова поддержки. — Ты справишься. Я в тебя верю. Ты самая сильная женщина, которую я знаю. Ты справишься. Ты сильнее, чем ты думаешь, — повторял он снова и снова. Алёна сжимала его пальцы до боли, но он не отдёрнул руку ни разу. Он был её опорой. Часы тянулись мучительно долго. Каждая минута казалась вечностью. И наконец, раздался первый крик младенца — это был мальчик. Его голос был таким чистым и искренним, что ни у кого не осталось сомнений: в этот мир пришёл новый человек, полный жизни и энергии. Алёна, измученная родами, заплакала от счастья, когда ей положили малыша на руки. — Он… он такой маленький… — прошептала она, глядя на своего сына. В её голосе звучала нежность и любовь. Минхо, словно громом поражённый, на миг онемел. Слова застряли в горле, не в силах вырваться наружу. Он зачарованно смотрел на крошечное существо, словно перед ним открылась дверь в новый, неизведанный мир. Собравшись с духом, он осторожно взял ребёнка на руки, боясь нарушить хрупкую гармонию момента. — Привет… я твой папа, — прошептал он, и в голосе его звучала смесь трепета и надежды. И в этот миг на лице Минхо расцвела улыбка, такая светлая и искренняя, какой он прежде не знал. Она пробилась сквозь пелену усталости и сомнений, согревая всё вокруг своим теплом. Теперь в их жизни было не только привычное «мы», спаянное любовью и общими мечтами. Теперь их стало «трое» — целая вселенная, заключённая в маленьком комочке, мир, полный новых открытий и безграничной нежности. И в этом первом, надрывном крике новорождённого Алёна слышала не только рождение новой жизни, но и начало новой главы их истории, написанной любовью, заботой и бесконечной преданностью.