Доспехи.

В главном зале Храма Повелителя Облаков были только мы с Мартином. Вдали от нас тихонечко потрескивал камин, огонь в котором упорно пытался справиться с довольно толстым бревном. Откуда-то раздавались отдалённые крики Клинков, что тренировались во дворе, и звон стали. Все эти звуки померкли для меня, перед моими глазами был только Мартин. Он подошёл ближе, нежно коснулся моих рук и положил к себе на плечи. — Не думай, что я не волнуюсь за тебя. — Сказал Мартин, обнимая меня. — Я так не думаю. — Я тоже обняла его, прильнув его к груди и чувствуя щекой грубую текстуру мешковатой ткани. — Но спасибо, что веришь в меня. Верь и дальше и я смогу луну для тебя достать. — Не нужна мне луна, — усмехнулся Мартин, — мне нужно только чтобы ты вернулась ко мне. Так что, прошу, будь осторожна. — Буду. И обязательно вернусь. С этими словами я отпустила его и, очень не желая уходить, всё же направилась к выходу. Дальше предстоял путь к Санкр Тору. Уверенно подойдя к своей лошади, я оседлала её и покинула Храм Повелителя Облаков. Путь мой проходил через горные тропы и подвесные мосты, через которые лошадь проходила с большим трудом и приходилось слезать с неё всякий раз, дабы аккуратно провести её за собой под уздцы. «Ну что за напасть, — с досадой ворчала я, — так я никогда не дойду. Обратно также пойдём, да? Может, мне тебя ещё и на ручки взять? Какая привереда.» Как бы то ни было, до цели мы всё же добрались. Однако, лишь завидев впереди заветные руины, я решила не тащить туда кобылу, дабы не пугать лишний раз и не подвергать опасности животину. «Хоть пешком ходи, — думала я, привязывая лошадь к дереву, — проще бы было.» Дальше уже пошла одна. Приближаться к незнакомым руинам в открытую было весьма опасно, поэтому я сразу использовала невидимость. Приготовив лук, я стала забираться на разрушенные простенки, чтобы оглядеть местность. И первое, что увидела — скелеты, колобродящие вокруг. Быстренько их перестреляв, пока костяные не поняли откуда обстрел, я слезла со стены и направилась к огромной двери, что заметила издали. Это и были двери ведущие в святилище. Использовав ключ, данный мне Джоффри, я смогла войти. Пыльные, холодные, тёмные коридоры с низкими сводами встретили меня не слишком радушно. Ступая осторожно, дабы не привлечь раньше времени внимание тех, кто мог там обитать, я озиралась по сторонам на каждый шорох. Вдруг, в одном из коридоров мне привиделось бледное свечение. Из темноты, медленно, как облако, ко мне выплыл призрак, издающий звук на вроде тяжёлого предсмертного хрипа. От этого звука по коже прошёл мороз. Он не видел меня, но смотрел прямо в мою сторону, от чего мне стало жутко. Решив не связываться с бесплотной тенью, я пошла дальше, но чем глубже в катакомбы уходила, тем чаще мне попадались эти призраки. Медленно паря над полом, издавая мучительные звуки тяжёлого дыхания, воя, плача, они передвигались из одного помещение в другое, словно искали что-то, или кого-то. Один из призраков вопил так истошно, что кровь застыла у меня в жилах. Чьи были эти души, я не знала и даже не предполагала. Но беспокоить их мне совершенно не хотелось. Стараясь незаметно проскользнуть мимо них, я прокрадывалась очень близко, ощущая холод и тоску, что от них исходили. Мне удалось не привлечь внимание духов и выйти к какому-то открытому помещению, где также неприкаянно бродил скелет. Одет бедолага был в доспехи Клинков, а кости рук сжимали акавирскую катану. Глядя на него, я сразу поняла, кто он. Когда-то я слышала, что воин, который при жизни не выполнил какую-то клятву, и после смерти останется бродить вокруг того места, потеряв разум и забыв зачем пришёл, а освободить его можно лишь вызвав на поединок. Я решила попробовать и, выйдя из невидимости, подошла ближе к мертвецу, тот заметил меня и угрожающе выставил оружие. Я обнажила меч, встала в боевую стойку, вызывая тем самым Клинка на бой. После чего мертвец кинулся на меня, размахивая мечом. Зная приёмы Клинков, я уже могла предугадать его удары. Вероятно из-за того, что он был мёртв, действия производил нечёткие и однообразные, что позволило мне быстро понять как он двигается и сложить против него тактику. Бой был нелёгким, однако недолгим. После нескольких моих сильных ударов скелет стал потихоньку рассыпаться, и когда развалился полностью, бой был окончен. Из останков рыцаря поднялся дух. Фантом мужчины в доспехах заговорил со мной. — Наконец-то, — послышался его облегчённый голос, — я свободен благодаря тебе. — Кто ты? — Спросила я, всё ещё не веря, что вообще говорю с призраком. — Я был Риелусом, — гордо ответил призрак, — верным Клинком Тайбера Септима! Не важно сколько прошло времени с момента моей смерти. Но я должен выполнить клятву, данную моему Лорду! — Что случилось здесь? Ты ведь был тут не один? — О да, со мною были три моих товарища. Нас послал сюда наш Император, чтобы мы узнали, что оскверняет святилище Санкр Тора и искоренили это. Как оказалось, Подземный Король — Зурин Арктус восстал и желал мести. Его злые чары убили нас и захватили наши души. Мы вынуждены были долгие века охранять осквернённые катакомбы. — Так этот Король, он всё ещё здесь? — Нет. Куда он ушёл, я не знаю, но это было давно. Его злые чары остались, беспокоя и терзая души тех, кто был здесь до осквернения и кто приходил после. Мертвецы не давали никому почтить Святилище Тайбера Септима. — В катакомбах полно призраков, как им помочь? — Достаточно снять проклятье с этого места и духи упокоятся. За бесчисленные годы рабства мы были тесно связаны с аурой этого места и могли обдумывать обстоятельства нашего поражения. Мы были разобщены и ослаблены чарами Подземного Короля, но собравшись воедино снова, мы сможем одолеть это проклятье, ведь теперь некому его поддерживать. — То есть вас нужно только освободить? — Именно. Я хочу отдать долг своему Повелителю и выполнить данную мною и моими братьями клятву. Поэтому прошу тебя, освободи остальных, также, как ты освободила меня. После этих слов призрак Риелуса развернулся и ушёл куда-то через стену, вероятно, в само святилище, которое мне предстояло ещё найти. «Если их всех убили ещё до того, как они вообще добрались до святилища, — размышляла я, — значит я найду по пути каждого из них и смогу освободить. Вот задачка-то… Дерись с каждым… А снесёт мне кто-то из них голову, так я никакого проклятья снять не смогу… Так, Мира, соберись, трусиха! Ты в Обливион гоняла и дреморам по щам стучала! Что, не справишься с парой древних скелетов? Главное призракам не попасться. Без понятия, сработает на них моё оружие или нет. Они всё-таки бесплотные.» Вдруг на глаза мне попалась катана Риелуса, которая лежала в груде костей. Я подумала о том, что на обратном пути хорошо было бы прихватить с собой их мечи, чтобы отдать их Джоффри. Орден Клинков бережно хранил память о павших братьях и сёстрах. Я посчитала, что верные Клинки Тайбера Септима тоже это заслужили. С этими мыслями, снова используя невидимость, направилась дальше в глубь катакомб. Обходя каждого призрака, что плутали по коридорам, я наткнулась на какие-то чёрные пятна на каменных плитах. Вдруг до меня дошло, что это всё ж таки кровь. Этим пятнам, по меньшей мере, четыре сотни лет. Пойдя по следу из крови, я наткнулась на очередное помещение, где этих пятен была просто тьма. Среди этого слонялся второй погибший и околдованный Клинок. Точно также, как и в первый раз я вызвала Клинка на поединок. Этот скелет уже был со щитом, которым активно прикрывался. Я бы ни за что его не пробила, но вот отсечь сгнившую руку, держащую щит, мне удалось, а дальше всё пошло легче. Скелет наконец-то рассыпался и передо мной снова встал павший рыцарь. — Кто ты, Клинок? — Спросила я призрака. — Я Каснар, — ответил тот, — не встречались ли тебе мои братья? — Я встретила Риелуса. Он освобождён и ждёт других своих братьев в Святилище. — Тогда, я иду к нему. Всё, что здесь произошло, похоже на ужасный сон. Теперь я проснулся. Спасибо тебе, Клинок. Я сдержу клятву, данную Императору и, наконец, упокоюсь. Призрак покинул меня, уходя сквозь стены. Я отправилась дальше. Следующего Клинка я нашла в помещении, больше похожем уже даже на пещеру. Он был с двуручной катаной. Вызвав его на поединок, я столкнулась с приёмами, к которым готова не была. Как резвый заяц скача со стороны в сторону от тяжёлых взмахов меча, старалась найти слабые места. Я быстро смекнула, главная слабость мертвеца — медлительность. Всего несколько тычков по костям позволили мне развалить скелет. Из праха поднялся очередной фантом давно погибшего Клинка. Не дав мне даже задать вопрос, призрак грозно воскликнул: — Именем Тайбера Септима, Именем Клинков, отойди с дороги! Мешая мне, накличешь беду на свою голову! Я от неожиданности отступила в сторону. Призрак, отчеканивая каждый шаг, гордо и ровно идя, направился куда-то через каменные стены. «Фу-ты ну-ты, какие мы серьёзные, — подумала я, возмущённо, — хоть бы представился, прежде чем угрожать. Ему тут помочь пытаются, а он… Н-да, чего я хотела от призрака? Фанфары? Да я спасибо должна сказать, что он меня тут пополам не разрубил. Ну тебя, иди уже в своё святилище.» Остался последний Клинок, которого нужно было освободить. Но для этого его ещё нужно найти. И я продолжила свою прогулку по древним катакомбам, старательно обходя каждого призрака, что печально блуждали здесь не в силах уйти. Последнего беднягу я нашла в небольшом зале со странной колонной. Он был без щита и с одной простой катаной, но оказался слишком ловким для мертвеца. Если другие были медлительны, а двуручник так вообще черепахой, то этот был на порядок шустрее. С ним пришлось побегать куда больше. Мне повезло отделить его руку с мечом, но скелет оказался ещё и сообразительным и поднял меч другой рукой. «Боюсь представить, каким он был смертоносным при жизни, — думала я, уворачиваясь от лезвия его катаны, — такой и дюжину перережет и не запыхается. А тут он ещё и мёртвый и из нас двоих запыхаться возможно только мне.» Но, моя удача оказалась мне верна. Я смогла снести трупу голову, тогда он и развалился окончательно. С облегчением выдохнув, я наблюдала, как из останков поднимается призрак ловкача. — Благодаря тебе я свободен, — радостно воскликнул дух, — я — Вальдемар! — Ага, значит тот грубый был Алан. — Уточняя сама себе, вслух произнесла я. — Алан? Да, этот зануда и после смерти остаётся таким же несносным! — Странным рассеянным гулом послышался смех призрака. — А как мои другие братья? — Они все уже свободны и ушли к Святилищу. — Спасибо тебе, Клинок! В таком случае, мы идём туда! Святилище находится дальше, иди за мной! Я направилась вслед за призраком наконец к самому Святилищу Тайбера Септима. Фантом провёл меня ещё через несколько коридоров катакомб, приведя к округлому помещению с лестницей, ведущей к большим дверям. Дух с лёгкостью прошёл через эти двери, мне же пришлось их открывать. От времени они заржавели и открывались очень туго, но всё же я смогла раздвинуть их так, чтобы мне было достаточно пройти. Перед моими глазами предстало Святилище, скорее напоминавшее гробницу. Такое же тёмное и пыльное помещение, но чуть более опрятное, с саркофагами и статуями. Впереди виднелся проход туда, где, по всей видимости, покоились доспехи Тайбера Септима. Но пространство вокруг было очень странным. Воздух был плотный, мутный, густился облаком. Я бы не смогла пройти через это облако. Призраки всех четырёх клинков встали вокруг этой дымки и через пару мгновений облако рассеялось, открыв мне дорогу. Пройдя вперёд, я обнаружила чудесные резные доспехи, красивее которых я в жизни не видела. По старой памяти промелькнула мысль об их стоимости. Однако здравый смысл всё же преобладал и я действительно понимала, что эта реликвия воистину бесценна. Несмотря на столетия, что доспехи пролежали здесь, они выглядели так, будто только что сделаны. Узоры пламени на них сияли, а гербовый дракон был слегка другим, не точь-в-точь таким же, как на имперском гербе сейчас, но в целом вид его не особенно изменился. На сияющем металле осталась кровь, которая даже не потемнела от времени. Вот, что значит кровь Божества. Я бережно завернула доспехи в плащ и направилась обратно. Все четверо погибших Клинков подошли ко мне и Вальдемар с улыбкой сказал: — Мы выполнили наш последний долг! Теперь мы отправимся в Этериус, не испытывая стыда. Прощай, Клинок! Каждый из призраков сказал мне: «Прощай!» — и все они с блаженными лицами рассеялись в воздухе. В душе разлилось какое-то непонятное, приятное чувство покоя и облегчения, но это были не мои чувства, а лишь отголоски четырёх призраков, что покидали Нирн с лёгкостью. Ещё несколько минут я побыла в этом Святилище, которое по моим ощущениям стало каким-то более приветливым и приятным, даже воздух здесь стал чище. Хотя, кое что меня смутило. Я рассмотрела некоторые надписи: «Здесь лежит Реман lll, гроза тёмных эльфов.» — стало неловко. «Я тут, надеюсь, никого не раздражаю, — пробормотала я вслух, оглядываясь, — а то… знаете, я тут эльф… тёмный… кхм. Тайбер устроил себе святилище на могилах древних королей? Очень логично… ну да ладно. Пойду, пожалуй…» В катакомбах уже не было тех несчастных призраков, что стенали и мучились здесь долгие века, а сами коридоры уже не были такими холодными, в них воцарилась аура умиротворения. Как я и хотела, я обошла вновь все катакомбы и собрала мечи погибших клинков. Выйдя, наконец, из руин на свежий воздух, я отыскала Сэру, закрепив на седле свёрток с мечами, уселась в седло, держа реликвию в руках, и направилась обратно в Храм Повелителя Облаков. Всю дорогу обратно я размышляла над тем, что вообще происходит со мной: «Если этот Санкр Тор был настолько опасным, что все, кто когда-либо приходил туда, не возвращались и оставались там, почему я смогла там выжить? Нет, это действительно было нелегко, но не сказать, что невозможно. Я, конечно, могу предположить. что туда ходили неумелые, самонадеянные зелёные юнцы, которые даже не представляли, что там они увидят. Но, что, все разом что-ли? Или, может, всё дело именно во мне? Меня кто-то хранит? Талос? Хм нет… Какой-то слишком простой ответ получается. Если всё дело только в Богах, почему они не уберегли этих несчастных клинков? Почему допустили гибель Императорской семьи и вторжение Обливиона в Нирн? А вот именно стараниям какой-то безымянной девчонки они способствуют. Как-то глупо выходит. А, может быть, я просто такая удачливая? Хм. На удаче далеко не уедешь. Умелая? Пф… Да нет. Ловкая? Ну, может быть. Сообразительная? От части. Может ли быть что-то третье? Даэдра? Тьхе. Ага. И Дрожащие Острова в подарок от самого Шеогората. Вряд ли. Тут что-то иное. Зачем я вообще голову ломаю? Радоваться надо! Я живая, целая и невредимая, у меня всё получилось! И я несу в Храм реликвию Тайбера Септима! Подумать только, у меня в руках доспехи, которые носил Бог! Бог… Хм. А он и правда стал богом? Как это всё сложно и непонятно… Понятно только одно, я добыла эту реликвию для Мартина. Ну то есть не для него конкретно… Для дела… Хотя, если честно, хотелось бы увидеть его в этих доспехах… И вообще хоть в чём-то, кроме этой рясы. Он такой красивый, а носит этот балахон постоянно. Вот без него… Та-а-ак… Стоп, куда-то не туда ушли Ваши мысли, мэм… Кхм. А чего это я так спокойно еду?» Я вдруг заметила, что лошадь прошла уже пару таких подвесных мостов, на которых до этого просто сума сходила. От изумления я обратилась к лошади вслух: — И что это мы так идём, как ни в чём не бывало? А почему сразу так было нельзя? Обязательно надо повыпендриваться? Я тебя спрашиваю, Сэра! Кого я уговаривала пройти через эти мостики? А сейчас ты просто идёшь вперёд, как нехер делать? Интересная история… Кобыла на мои возмущения только дёрнула ухом и спокойно шла дальше. «Ну что она скажет? Ничего, как и положено лошади.» — хоть для меня это и было весьма удивительно, но я даже обрадовалась, что не придётся слазить с седла на каждом повороте, благодаря чему, дорога обратно шла чуть быстрее. Небо ещё было светлым, солнце отражалось от заснеженных склонов, Вдали уже виднелась Брума. Ехать оставалось недолго. К закату я добралась и до Храма Повелителя Облаков. Закинув за спину свёрток с мечами, а в руках держа укутанную в плащ реликвию, я с гордостью чеканя шаг, подобно призракам погибших Клинков, вошла в Храм. Вокруг Мартина уже было столько книг, что к нему приставили ещё один стол. Видимо его работа над расшифровкой Мистериума шла более усиленными темпами. Уверенные шаги мои, конечно отвлекли Марина, всё ещё сидящего за книгами, от записей, и тот поднял на меня изумлённый взгляд. Когда я подошла со счастливой улыбкой, ничего не говоря, протягивая своему принцу важную деталь ритуала, он поднялся, но на ткань плаща даже не взглянул. Мартин смотрел на меня и тоже не говорил ничего. По его взгляду было видно, что он волновался и очень рад меня видеть. — Доспехи самого Тайбера Септима. — Сказала я с улыбкой, обращая внимание Мартина на то, что держала в руках. — Да, точно! Мартин взволнованно принял из моих рук свёрток, уложил его на свободную часть стола и очень аккуратно развернул панцирь. Он молча разглядывал узоры, выбитые на стали и любовался каждой его чертой. — Никогда не думал, что своими глазами увижу что-то подобное, — восхищался Мартин, — это невероятно. — Они прекрасны, — подтвердила я, — и теперь они здесь. — Может, в моих жилах и течёт кровь Септимов, — сказал он, взглянув на меня, — но в твоих течёт кровь героя. В этом нет сомнений. — Да чего там… — От его слов у меня загорелись щёки. — Скажешь тоже… Герой. — Не скромничай. Как прошло всё? Хм… — Взгляд его упал на свёрток с мечами. — А это что? — Ах это. Это для Джоффри. Мечи тех самых Клинков, что погибли в Санкр Торе. — А ещё говоришь, что не герой. С твоей стороны очень благородно принести их сюда. Надеюсь, теперь их души упокоятся с миром. — Это точно. Они были прокляты каким-то Подземным Королём, как они его называли, честно, не знаю, кто он. — А не о Зурине Арктусе идёт речь? — Задумчиво спросил Мартин. — О, да, один из призраков назвал это имя. — Тогда всё ясно. Зурин Арктус был первым в истории императорским магом, ещё при Тайбере Септиме. Его личным боевым волшебником. Он долго служил своему Лорду, лечил его, помогал при восшествии. Этот человек во многом приложил руку к созданию Империи. Его стараниями к Империи был присоединён Морровинд. Победа в сражении, писал он в своих книгах, ничто. Победа без сражения — вот истинное могущество. — Но раз этот Зурин был таким выдающимся, почему он осквернил Святилище? — По легенде Зурин Арктус убил советника Тайбера Септима — Вульфхарта, бывшего в ту пору королём Скайрима. За что Император лишил своего мага жизни. Он стал чем-то невообразимо злым и невероятно могущественным. Имперским пантеоном существование Подземного Короля не признаётся, а вера в него является ересью. Однако, не всё то, что считается ересью официально, является ложью. По еретической версии сам Тайбер Септим убил обоих, как Вульфхарта, так и Зурина, объединив их души в одну озлобленную сущность. — Но зачем?! — Не могу точно сказать. Эта версия считается неправильной и мало где описывается. Кажется это что-то было связано с… — Мартин вдруг замолк, глядя на меня. — В общем не важно. Не бери в голову. По твоему лицу вижу, что загрузил тебя. — Эхех… да… немного, — ответила я, пытаясь переварить услышанное, — погоди. Так, есть вероятность, что сам непогрешимый Тайбер Септим мог намеренно убить своих верных последователей? — Ну, возможно. Не стану отрицать эту версию. В конце концов, нас там не было, мы не можем судить. — Он слегка задумался. — На самом деле мы не можем судить и о том, насколько вообще верны обе версии. В конце концов, Тайбер Септим каким-то образом получил Амулет Королей от самого Акатоша, а в последствии сам вознёсся и стал Талосом. Как это работает, меня лучше не спрашивай. — Мартин улыбнулся. — Я сам не всё понимаю. — Ну да, ты ведь не всеведущий. — Я усмехнулась. — Но, невероятно умный. — Скорее просто начитанный. — Мартин вновь взглянул на изукрашенный божественный панцирь. — Можешь передать Джоффри, пусть не волнуется, я не наврежу этим доспехам. Всё, что мне нужно, это лишь отскрести частицы божественной крови Талоса. — А что, у Джоффри были какие-то возражения на этот счёт? — Скорее просто волнения. Похоже, что Клинки относятся к реликвиям Аэдра не менее ревностно, чем священники. — Не сомневаюсь, что Джоффри будет в восторге, когда увидит их. Пойду, кстати, найду его. Надо отдать ему катаны. — Да, конечно. Он вроде как был в столовой. — Мартин стал осматривать панцирь, чтобы понять, как лучше к нему подступиться. — Помощь нужна? — Спросила я, перед уходом. — Как всегда, Мира, как только понадобится, ты будешь первая, к кому я обращусь. — Хорошо! Я тихонько подошла к Мартину, озадаченно оглядывающему доспехи, и невзначай чмокнула его в щёку, оставив в лёгком недоумении, довольная пошла за Джоффри. Грандмастер действительно находился в столовой и, увидев меня, встал из-за стола и подошёл ко мне, к моему удивлению, даже обняв меня. — Ты вернулась, — облегчённо воскликнул он, — слава Девяти! Ты не ранена, чувствуешь себя нормально? — Всё в порядке, Мастер. — Успокоила его я. — Ну как всё прошло в Санкр Торе? — Вроде неплохо. — Я гордо вручила ему свёрток с мечами. — Вот, держите, здесь мечи Риелуса, Каснара, Вальдемара и Алана. Думаю, Вы знаете, что с ними делать. — О Девять, — ошарашенно произнёс Джоффри, бережно беря свёрток из моих рук, — этим мечам более половины тысячи лет. Храни тебя Талос, девочка моя! Ты не представляешь, что ты сделала! Теперь эти мечи смогут упокоиться в Зале Памяти Храма, рядом с сотнями таких же, напоминая ныне живущим клинкам о доблести их погибших братьев! Спасибо, Мира. — Да, в общем, не за что. — Я скромно потирала затылок. — Любой Клинок на моём месте поступил бы также. — Это верно! Так что же всё-таки было в Святилище Тайбера Септима? Я постаралась в подробностях рассказать Джоффри о том, что по руинам Санкр Тора бродили мертвецы, о чарах Подземного Короля и том, что мне удалось освободить погибших Клинков, а они в свою очередь помогли пройти к доспехам, после чего смогли уйти. — Четыреста лет мучений… Как же это ужасно. — Джоффри скорбно вздохнул. — Надеюсь, сейчас души всех этих бедняг обрели покой. — Я уверена, обрели. — А что же с доспехами? — А, так они уже у Мартина! Можете на них взглянуть. — Чудесно, — радовался Джоффри, — да, я очень хотел бы их увидеть. А ты можешь отдохнуть и подкрепиться. О, кстати о еде, я отправлял Сайруса в город, он принёс сладкие рулеты всем, тебе тоже остался. И ужин ждёт, так что приятного аппетита. Ты как никто заслуживаешь отдых! Джоффри по-отечески потряс меня за плечо и радостно помчался в главный зал. «Сладкий рулет, — с предвкушением я стала искать его глазами на столе и обнаружила тарелку с одним, — вот же он. Как я люблю сладкое, кто бы знал.» Даже не беря то, что было приготовлено на ужин, я накинулась с удовольствием на рулет. Его одного хватило, чтобы я наелась и ужинать больше не захотела. С довольным видом, икая и умирая от чувства полного желудка, сидела за столом и думала, как хорошо на свете жить. Я не заметила, как ко мне подсел Баурус, обратив на него внимание только когда он заговорил со мной. Я вздрогнула от его голоса и ошарашено уставилась на него. — Напугал, — удивился парень, — извини. Так, как дела-то? — Ну, как видишь, ещё живая. — В этом я и не сомневался! Видел доспехи Тайбера Септима! Они просто бесподобны! Настоящая божественная реликвия! Ты просто герой. — Да хватит вам всем, — стушевалась я, — герой, герой. Просто делаю то, что должна. Наверное. — Так и поступают герои, Сестра. — Баурус ткнул меня локтем и подмигнул. — И при этом очень скромные. Ты что, правда общалась с призраками Клинков? — Правда. Сама не верю, но правда. — Какие они? — Обычные люди, как ты, да я. Очень им сочувствую. Они столько времени были околдованы и не могли найти покоя. Как и сотни других призраков, что блуждали по руинам и катакомбам. — Пожалуй это действительно страшно, — согласился он, грустно вздохнув, — не жить, не умереть, а просто безвольно бродить вокруг святилища, которое должны были защитить. — Скажи, Баурус, — задумчиво спросила я, — ты боишься умереть? — Хм. Сложный вопрос. Сейчас ответить на него затруднительно. Но, сколько раз я был близок к гибели, об этом даже не думал. Вернее, думал, что погибну, но не боялся этого, был готов умереть. Скорее меня бы это просто огорчило. Я ведь тогда больше не смогу участвовать в сражениях против даэдра. — А какая смерть для тебя была бы лучшая, естественная, или боевая? — Конечно боевая! — Баурус утвердительно кивнул, хлопая по столу ладонью. — Я же Клинок! А ты вообще к чему спрашиваешь? — Да так. Просто думаю. Я ведь сама очень боюсь, — призналась со вздохом я, — боюсь погибнуть. Всякий раз, когда нужно рисковать, я рискую, не колеблюсь. Но это не значит, что делаю это без страха. — Уверен, ты не одна такая. Бояться смерти, я думаю, это естественно. Смелость и бесстрашие — вещи разные. Бесстрашие — это скорее безрассудство, а вот смелость — и есть готовность действовать, несмотря на страх. Я не философ, я просто рыцарь, делающий свою работу. Я вообще думаю, что если размышлять об этом слишком долго, то эти мысли в конце концов тебя до уныния доведут. А рыцарю унывать не полагается. Я согласилась с рассуждениями Бауруса. Видя моё печально-задумчивое лицо, он решил отвлечь меня разговорами. Рассказал, пару забавных случаев из своей службы, что меня действительно отвлекло. Иногда я могу быть излишне склонна к сложным моральным рассуждениям. Я это и раньше за собой наблюдала, но в какой-то момент, просто перестала раздумывать, мол, правильно ли поступаю. Возможно, это и стало причиной моей бессовестности в дальнейшем. Мне осталось только надеяться, что я не стану вновь такой же.