Часть 40 ЗА ДВЕРЬЮ

Анна устала держать улыбку на лице, прощаясь, но приходилось терпеть. Еще немного и все разъедутся! Тут рядом с ней оказалась дама, что невольно занимала ее мысли почти весь вечер. -Анна Викторовна, благодарю за прекрасный вечер!- проворковала ей госпожа Нежинская елейным голоском.- Вы сотворили почти чудо не только в стенах этого дома, но и в душе господина барона Штольмана. Мы давненько с ним знакомы, но впервые он выглядел столь радостным и довольным… Обычно Платон Генрихович скуп на эмоции… Анна вгляделась в лицо дамы, что с таким искренним сочувствием разговаривала сейчас с ней. -Я поняла, что Вы были знакомы прежде,- спокойно произнесла она.- Да, господин барон не слишком эмоциональный человек, но очень достойный.. -Это Вы о бароне старшем?- лукаво усмехнулась Нина, блестя своими тёмными очами. Анна удивлённо повела бровью, но тут же пожала плечами: -Так же, как и Вы! -Конечно, конечно!- поспешила согласиться Нежинская.- Надеюсь, Вы будете счастливы с ним, милая… -Благодарю, сударыня,- склонила в лёгком поклоне голову Анна и собралась отойти. Но дама в бордовом платье все ещё смотрела на неё каким-то сочувствующим взглядом. Девушка невольно обернулась. -Вы так молоды, госпожа баронесса. - тихим, доверительным тоном произнесла Нина, заглядывая в глаза барышни.- Поэтому ещё не знаете, как мужчины быстро устают от добродетели… Мне жаль Вас разочаровывать, но это правда… Прощайте… Анна смотрела на нее, пытаясь сообразить о смысле сказанного, а госпожа Нежинская легко устремилась на выход. «Как будто радостно,»- подумала Анна, пожала плечами и направилась к другим гостям. Она хотела бы не обращать внимания на слова этой странной особы… Но на душе стало ещё одной грустью больше… И последней целью на сегодня был барон младший. Нина нашла его и отозвала кокетливым взглядом… -Рада была знакомству, Яков Платонович,- обволакивала того своим обаянием дама. -Взаимно, сударыня,- галантно поклонился ей Штольман младший. -Жаль, что Вы хоронитесь здесь в глуши, как медведь,- лукаво улыбаясь надула губки Нина.- Быть может после этого милого, но скромного праздника Вам захочется больше веселья, блеска… и женского общества.. В карих глазах дамы зажглись дьявольские огоньки. Штольман понял намек и в словах, и в глазах. Он говорили более откровенно, чем губы красавицы. -Я, сударыня, уже давно не мастак веселиться… Балы не для меня. Подпирать стены скучно… Предпочитаю свободу, верховую езду и… дело…- усмехнулся барон. Он знал, что начинает втягиваться в легкий флирт, но пока не решил для себя нужно это ему или нет… -Вот и потянуло от Вас, сударь, папенькиным духом,- наигранно сморщила носик Нежинская.- А верховую езду я тоже уважаю…. И свободу не меньше… Я не юная барышня и не дама связанная узами брака, которые бояться сделать неверный шаг… И не требую никаких обещаний, Яков Платонович… Они несколько секунд смотрели в глаза друг друга. Барон прекрасно понял посыл этой дамы. Ему предлагали много и не собирались требовать ничего... Многообещающе! Но Яков еще не определился…. Он прищурил глаза и тихо спросил: -Уверен, столь яркая особа имеет много поклонников в обществе. Зачем ей хромой медведь, не стремящийся к светской жизни? Нина окинула его тягучим оценивающим взглядом и улыбнулась: -Подозреваю, что мужчина имеющий физический недостаток компенсирует его другими достоинствами… - тихим интимным шепотом выдала она. -Подозреваете, но не уверены,- хмыкнул Штольман. -Зато хочу проверить,- обдала его жарким взглядом Нежинская и махнула рукой, призывая своего слугу.- До встречи, Яков Платонович! Она села в карету и выглянула в окно: -Кстати, завтра я организую в своем особняке скромный, но очень интересный ужин… Приезжайте, не пожалеете!.. Завтра! Ее карета рванула с места. Яков смотрел вслед несколько секунд. «Что это? Насмешка красавицы? Или судьба предлагает ему спасение от сердечных мук?» Он обернулся и заметил супружескую пару Штольманов. Они вежливо прощались с последними гостями. И выглядели такими… Он не знал, как это выразить словами. Вообщем, парой они были. Под руку, с улыбкой… В сердце молодого барона снова кольнуло острой иглой… зависти, боли… понимания своей ненужности… «Зачем он здесь? У отца с Анной уже все налаживается, не сейчас, так скоро… обязательно… Отец не эталон галантности, но справится. Найдет нужные слова к этой доброй, душевной девушке… А он, Яков Штольман, будет за них очень рад! Только не здесь!» Платон Генрихович устал от непривычной для него суматохи, но старался улыбаться как подобает гостеприимному хозяину дома. Его супруга на удивление тоже держалась хорошо. Хотя наверняка с непривычки так же устала. Он обязательно поблагодарит ее за все хлопоты и старания… Чуть позже… Единственно, что нервировало барона старшего, это Нина Нежинская и его сын. Платон заметил их прощание. Разговор длился дольше, чем необходимо по этикету. Ах, эта Нина! Она никогда не упускала возможности поиграть в кокетство. Лишь бы зрители были. А Яков! Не мальчик ведь! Но ничего! Он кое что намекнет ему про эту даму!.. Завтра!» Анна улыбаясь принимала благодарности. Слава богу, уезжали последние гости! Она держалась как подобает ее положению и взгляд барона говорил, что он удовлетворен. «Она выполнила свои обязанности! Граф уехал довольный приемом. Барон получил, что желал! Она может перевести дух и заняться своими делами!» Так Анна мысленно пыталась себя поддержать.. Потому что замеченная ей сцена прощания барона младшего с новой гостей девушку в очередной раз огорчила. «Вот больно ей было и все! Сердце ныло, а от чего? Не должна она думать о том, с кем говорит ее пасынок и кому улыбается! Но это было ей не подвластно!.. Возьми же себя в руки и… займись своими делами!» Они под руку прошли в дом. Теперь обоим можно было перевести дух и снять маски… Анна уже предвкушала отдых в своей комнате. Время близилось к полуночи…. -Анна Викторовна,- вдруг повернулся к ней барон и заглянул в глаза,- благодарю за сегодняшний вечер! Все прошло отлично… Вы справились со своей задачей как настоящая хозяйка светского салона. И танцы, и игры пришлись гостям по душе… Спасибо..- он склонился к ее руке и поцеловал. Анна была польщена столь откровенным для барона признанием: -Благодарю, Платон Генрихович… Я рада, что Вы остались довольны… - улыбнулась она тому. Они обменялись взглядами. -Я провожу Вас наверх,- предложил барон, протягивая руку. Анна приняла ее и они поднялись к ее комнате. Штольман вновь поцеловал руку жены, задержался взглядом на ее лице и ушел к себе. Анна, наконец, оказалась в спальне. Домна помогла облачиться в домашний халат и расчесывала хозяйке волосы. Барышня делилась какими то впечатлениями. Вдруг послышался стук. Девушки обернулись. Дверь в смежную комнату слегка приоткрылась и голос барона произнес: -Анна Викторовна, позвольте войти? Хозяйка и ее служанка обменялись тревожными взглядами. -Уже поздно, Платон Генрихович. Давайте отложим до утра,- постаралась спокойно проговорить Анна. Но дверь распахнулась и на пороге в своем бархатном длинном халате стоял барон старший. -Думаю, сейчас самое время…- возразил он и прошел на женскую половину. Приказным взглядом Штольман старший велел служанке удалиться. Домна взглянула на барышню. Та держалась спокойно, хоть и была бледнее обычного. Поклон и их оставили наедине. В комнате повисла тишина. Супруги молча смотрели друг на друга. Платон Генрихович впервые видел барышню без прически. Ее распущенные волосы доставали до талии. Да, ему во многом повезло. Его супруга обладала прекрасными достоинствами… -Анна Викторовна, сегодня я окончательно убедился, - заговорил глухо мужчина.- что титул баронессы Штольман достался достойной во всех отношениях женщине… Вы продемонстрировали нашим гостям эталон образцовой супруги, хозяйки и светской дамы… Я с полным правом горжусь Вами и… - тут барон сделал паузу и наконец, добавил.- имею намерение окончательно узаконить наши отношения… Они снова обменялись взглядами. Анна все поняла. Было ли это совпадением или нет, но сегодня заканчивался месяц, что ей выделили на раздумье или привыкание… Срок истекал и барон потребовал исполнения обещания… Барышня внешне казалась спокойной. Она уже неоднократно подходила к этому рубежу и сейчас почти не боялась. Слова гадалки невольно заставили Анну взглянуть на ситуацию со стороны. Она НЕ ХОТЕЛА становиться разлучницей отца и сына, поэтому приняла для себя мысль, что останется с человеком, которому являлась женой. А тот, к кому тянулась ее душа никогда с ней не будет… Яков Платонович должен уйти из ее сердца и головы… Сейчас она его мысленно отпускала и прощалась… Но от себя уйти было невозможно! Ее взгляд метнулся к кровати и она попыталась представить в ней мужчину рядом с собой. Она не имела ясных понятий, что там будет происходить, но, наверняка, ее тела станут касаться мужские руки… Чьим рукам она хотела бы вверить себя? Анна качнула головой, как будто прогоняя видения. От нее ждали ответа.. -Платон Генрихович,- наконец, заговорила барышня слегка осипшим от волнения голосом.- Сегодня был очень насыщенный переживаниями день, право, я устала.. Надеюсь, Вы поймете меня… -Я это слышал от Вас, сударыня, и раньше…- возразил Платон, приближаясь к ней.- Вы устаете, возможно, с непривычки… Надеюсь, в ближайшем будущем Вам не придется проводить таких мероприятий… А вот наши отношения, наоборот, наладятся, если Вы… согласны стать моей женой по настоящему… Анна невольно порозовела щеками. Ей снова представилась расправленная постель и она в ней с кем то … «С бароном старшим?..» Несколько секунд барышня принимала решение… «Она с большим трудом, но отпускала свою симпатию. А вот через себя переступить не могла! Ее тело не хотело оказаться в руках этого человека!» Поэтому сцепив пальцы в замок, чтобы унять предательскую дрожь, Анна подняла подбородок и тихо заговорила: -Платон Генрихович, я сделала все от меня зависящее для блага Вашей семьи… Через меня Вы вернули свой долг. Во многом благодаря моему приданому Вы смогли выкупить акции интересующей Вас компании… Я постаралась вникнуть в дела имения, чтобы облегчить Вам ведение хозяйства… На большем, сударь, Вы, не вправе настаивать.. Их взгляды на несколько секунд скрестились. Барон Штольман невольно стал хмуриться. -Я давал Вам время, Анна Викторовна, на осознание своего нового статуса… Вы прекрасно себя в нем проявили… Я надеялся, что это дает мне право рассчитывать…- сухо заговорил он, но был прерван тихим, но уверенным: -Я, сударь, пожалуй, еще… не готова… -Мы договаривались, сударыня… - остановился напротив барон и окинул ее строгим взглядом.- Месяц закончился… -Этот срок установили Вы, Платон Генрихович… -Зачем откладывать неизбежное, Анна Викторовна?- он склонился к ее лицу, вглядываясь в голубые глаза и пытаясь понять мысли этой женщины. Анна задрожала от нахлынувшего волнения, потому как отстаивать свои права перед этим человеком было тревожно, но уступить казалось еще страшнее… -Если это и неизбежно, сударь,- возразила барышня дрогнувшим голосом,- то мне хотелось бы почувствовать от этого решения радость… -Она придет.. Со временем… Не с первого раза, к сожалению.- спокойно пообещал ей барон. Анна покраснела и отвернулась: -Вы неправильно меня поняли, сударь… Но это не важно.. Главное, чтобы поняли Вы, Платон Генрихович… Я обязуюсь и дальше достойно представлять Вашу фамилию и быть примерной супругой на людях… Но наши спальни так и останутся разными.. -Анна Викторовна.. это не разумно ….- начал сухо у нее за спиной барон, сжимая ее плечи. Девушка повела ими, пытаясь освободиться: -И учитывая это, Платон Генрихович… Я не стану претендовать на Вашу мужскую свободу… Ладони на ее плечах сжались сильнее: -Свобода?- повторил задумчиво у нее над ухом барон и резко развернул девушку лицом к себе. -А себе?.. Значит Вы тоже желаете свободы, так?- сердито прошипел он в бледнеющее лицо супруги. -Себе,- несмотря на дрожащие колени Анна вскинула подбородок,- я бы тоже ее хотела…- ее плечи сжали до боли, но она продолжила,- но в личных увлечениях… Которые никак не отразятся на Вашей репутации, сударь… Штольман подозрительно всматривался в ее глаза: -Вы не желаете делить постель со мной… А с кем?- тихо и холодно поинтересовался он. -Ни с кем, сударь!- уверенно смотрела в серые глаза Анна. -Вы еще слишком юны и даете невыполнимые обещания,- усмехнулся Платон, отпуская хрупкие плечи.- Но наступит время, когда Вам захочется… Анна вновь порозовела от этих слов и опустила глаза: -Возможно, тогда и будет смысл это обсуждать…. -Хорошо… я подожду…- после паузы согласился Штольман.- Остановимся на еще одном месяце, сударыня… Он отступил от нее и окинул взглядом: -Надеюсь, Вы не станете возражать… Анна взглянула в его суровое лицо. Хотелось сказать: «нет!», но она не рискнула. Лишь опустила глаза. -Поверьте, Анна Викторовна, Ваш муж еще очень терпелив. Не любой на его месте так бы ждал… Спокойной ночи, дорогая! Он отвесил короткий поклон и удалился в свою комнату. Колени Анны подогнулись и она села на кровать. Ещё до конца не верилось, что она выиграла этот поединок. Выиграть спор у Платона Генриховича казалось невозможным… но ей повезло, наверно… Она откинулась на спину и закрыла глаза. В них вдруг набежали слёзы, Анна всхлипнула и зажмурилась. Нет! У неё поводов для слез не так уж много! «Яков Платонович!»- нарисовался знакомый образ в голове. Так захотелось заглянуть в его глаза и услышать голос, который шутил с ней… «Но нет! Она не имеет права думать и мечтать об этом человеке. Пусть он будет счастлив! А она попытается найти… если не счастье, то просто радость в каких-то своих увлечениях…» Девушка закрыла снова глаза и задремала с улыбкой на губах… Там во сне ей улыбался молодой барон…