Часть 46

       Чак сидел на толстой ветке дерева и ел какой-то местный фрукт, который он сорвал тут же. Фрукт был ему незнаком, так как в Подземелье он его не встречал, но по вкусу тот напоминал странную помесь банана и сладкой сливы, внешне был похож на лимон и обладал довольно толстой шкуркой. Рядом с ним сидело какое-то местное мелкое млекопитающее, одновременно похожее на кошку и крысу, и тоже уминало за обе щеки аналогичный фрукт. Но они забрались сюда не только для того, чтобы поесть. Просто дерево стояло на краю скального обрыва и с него открывался прекрасный вид на место падения космического корабля. Впрочем, реально наблюдал за местом крушения только Чак, а кошкокрыса сидела с ним за компанию и ради вкусного фрукта, почистить который ей самой было сложно.        С момента знакомства с инопланетянами прошло уже несколько дней. Само знакомство как-то не задалось. Вместо того, чтобы как разумные существа вежливо пригласить его на борт своего корабля, если уж у них появился к нему интерес, пришлые попытались вырубить его с помощью какого-то оружия, а когда он уклонился от выстрела, то принялись стрелять в него уже из боевого оружия. Тогда он не стал никого убивать, ограничившись тем, что воткнул одному из стрелков изготавливаемое им копьё сзади в левое колено, где не имелось жёсткой защиты, после чего скрылся в лесу. Вот только посмотрев на то, как те разорили его стоянку, ещё и сожгли то, что плохо ломалось (хорошо, что он всё важное и выбивающиеся из образа скрыл и пикап с грузом не пострадали), а потом охотились на выживших после падения корабля, понял, что зря церемонился с ними.        Так что немного подумав, он решил организовать себе развлечение в виде охоты в стиле Хищника и Рембо, разве что в исполнении "доисторического охотника". Благо его жертвы не могли просто сбежать с планеты, так как были вынуждены выслеживать разбежавшихся в разные стороны разумных. И это оказалось неожиданно забавно, если сознательно ограничить себя в уровне допустимых возможностей. Так что пришельцев ожидали всевозможные ловушки изготовленные из добытых тут же в природе материалов, из-за чего на те не реагировали имевшиеся в броне чудаков сканеры, и неожиданные атаки на отделившегося от остальных бойца, обычно заканчивающиеся разнообразными ранениями.        Всё же сверхсовременные доспехи чужаков хоть и были очень хорошими, но не обеспечивали полное перекрытие всего тела твёрдыми броневыми пластинами. Мягкая же защита хоть и была достаточно прочной, чтобы обычно не рваться под ударом заточенной деревяшкой или даже острого обломка кости, но при определённой силе удара достаточно сильно проминалась внутрь, чтобы происходил разрыв мягких тканей под ней. А уж с тем, чтобы обеспечить необходимую силу удара, у него никаких проблем не было. Конечно, можно было бы сделать так, чтобы деревянное или костяное пыряло приобрело прочность хорошей стали и остроту иглы, чтобы пробивать доспех, но это была бы нечестная игра. Да и выглядело бы это подозрительно для любого, хоть немного разбирающегося в материалах. А так всё выглядит вполне себе аутентично и не выходит за рамки того, что мог бы совершить хороший древний охотник. Ну а то, что его не могут обнаружить их сканеры, то чего только в мире не случается. И вообще, пусть лучше следят за своим оборудованием, а то закупают не пойми у кого, а потом оказывается, что приёмные матрицы сенсоров с дефектом и нормально не работают, при этом все стандартные проверки выдают работоспособность оборудования.        Чак не знал причину того, почему пришлые с таким маниакальным упорством продолжали преследовать выживших после крушения, даже игнорируя то, что на них самих начали охоту. И честно говоря, ему было плевать на эту причину, главное, что это подарило ему новое развлечение, позволяющее разнообразить свой отдых. Всё же жизнь в Подземелье, несмотря на то, какое там всё было разным, была довольно однообразна. Ведь Создатель в любой момент мог его призвать для исполнения своих обязанностей Гласа, поэтому он не мог слишком сильно погружаться в придуманные Создателем и Смотрителями истории, и участвовать в тех приключениях, которые требуют слишком много времени. Сейчас же он находился в отпуске, а потому мог позволить себе отдаться новому развлечению с полной отдачей. К тому же нужно признать, что размеренное путешествие по девственной планете с посещением разнообразных интересных мест хоть и имело свою прелесть, но уже успело немного... приесться, что ли. И даже охота уже не спасала, так как местное зверьё имело довольно примитивные модели поведения, поэтому он очень быстро выработал необходимые паттерны охоты и та стала довольно скучной. При этом он понял это далеко не сразу, а только после того, как начал охотиться на пришельцев.        Но сейчас он ненадолго оставил пришлых в покое, вернувшись к месту крушения. Пришельцы ещё в самом начале тщательно обыскали обломки корабля, изъяв оттуда всё, что посчитали нужным, так что больше сюда не возвращались, только дважды прилетая и проводя быстрое сканирование, чтобы убедиться, что никто из беглецов сюда не вернулся. Вот только оказалось, что не только он умеет избегать обнаружения с помощью имевшихся у пришельцев сканеров.        Доев фрукт, Чак вытер руки специально захваченным для этого листом одного местного растения. Эти листья, стоило им немного полежать, становились очень мягкими, почти как хороша тонкая ткань, при этом обладали приятной на ощупь текстурой, а выделяемый ими сок нейтрализовывал запах и оставлял на коже ощущение чистоты и свежести. Фактически, это был своеобразный естественный аналог влажных салфеток.       –Ну что, пойдём, поздороваемся? - спросил Чак у зверька, на что получил согласный стрёкот.        Спрыгнув с ветки, Чак быстро спустился со скального обрыва по одной из имевшихся на нём лиан. Зверёк следовал за ним, при этом было видно, что эта местность была ему хорошо знакома, а пути разведаны. Тот не искал пути, не изучал осторожно новый участок лозы или камень, а бежал уверенно, прекрасно зная тут каждый выступ.        Преодолев разделавшее скальный обрыв и обломки корабля расстояние, Чак присел возле дыры в корпусе, выполнявшей функцию скрытого от наблюдения сверху входа. Дыра была слишком узкой, чтобы в неё мог пролезть взрослый нормальной комплекции, поэтому Чак даже не стал пытаться проникнуть внутрь через неё. Нет, он мог бы, но зачем, если было полно и других путей проникновения? К тому же, он не забывал, что отыгрывает роль доисторического охотника, невероятно сурового и способного не просто выживать в местных условиях, а процветать, ведя вполне себе неплохую жизнь, ну, по опять же доисторическим меркам. Хотя если так посмотреть, то имея его знания и возможности, он мог очень даже неплохо устроиться тут даже по меркам того же Средиземья, не говоря уже о севере.        Так что посидев немного, словно изучая следы, он даже наклонился и несколько раз глубоко втянул воздух носом, принюхиваясь к запахам, и мазнул пальцами по земле перед дырой и металлу в проходе, проверяя состояние почвы и металла, не забыв лизнуть пальцы после этого, пробуя собранные частицы на вкус. В общем, он старался вести себя именно так, как мог бы себя вести древний и опытный охотник, способный читать даже незаметные обычному глазу следы.        Ну а затем он запрыгнул на останки корабля, прошёлся по местами искрорёженной, но большей частью сохранившей целостность внешней обшивке, и слегка отодвинул выглядящий неподъёмным кусок металла, открывая достаточный для взрослого проход. Правда, достаточный не значит, что там можно было пройти свободно, так что пришлось пригнуться и двигаться на полусогнутых ногах, но зато в ширину места было достаточно, чтобы ему не приходилось обдирать себе плечи от стены. Попав же во внутреннее пространство Чак на пару секунд остановился, словно пытаясь сориентироваться, после чего пошёл в нужную ему сторону.        Пробираясь по искорёженным коридорам и техническим тоннелям, пересекая какие-то служебные помещения, он иногда останавливался, рассматривая попадавшиеся ему по дороге вещи. Что-то было забыто, не найдено или утеряно во время побега, закатившись в какой-нибудь угол, что-то брошено на пол обыскивавшими корабль как ненужное, но в любом случае такие предметы позволяли лучше понять характер людей, путешествовавших на этом корабле. Не досконально, понятное дело, но это были хоть какие-то зацепки. Впрочем, надолго он возле находок не задерживался и вскоре оказался в нужном месте, точнее над ним. Осталось только придумать, как поймать скрывающегося в подпольном техническом пространстве подростка не выходя из образа древнего охотника-дикаря.       

      *****

              Замерев, и даже дышать постаравшись как можно тише, Никс прислушался. Внутренне чутьё сообщало ему об опасности того, что ходило сверху, а ему он привык доверять. Сколько он себя помнил, он всегда мог почуять опасность и найти выход из этой самой опасности. Да и в обычной жизни это чувство внутренней правильности хорошо помогало, сделав его не только прекрасным водителем, но и способным за несколько секунд разобраться с управлением любым транспортным средством, даже абсолютно ему незнакомым. Да и любое дело, где нужно было работать руками, ему давалось намного проще, чем всем остальным, так как он практически сразу всегда находил почти идеальную последовательность движений для выполнения работы. Вот с учёбой это чувство помогало уже не так хорошо, ведь оно не делало его память лучше, так что и давать правильные ответы на вопросы ему было так же сложно, как и любому другому ученику. А вот заполнить правильно тесты он уже мог довольно легко, просто угадывая нужный ответ.        Вот и во время нападения на их корабль его чувство опасности сработало как нужно и он вовремя успел покинуть каюту, ускользнув от надзирателя. Попавший точно в их каюту выстрел, пробивший окружавший корабль щит, сохранил достаточно энергии, чтобы убить всех внутри. Было ли ему их жалко? Несомненно, пусть и не всех. По крайней мере смерти надзирателей он даже порадовался, а большая часть детей и подростков в их каюте была ему незнакома. Но в любом случае собственное выживание в тот момент заботило его больше, чем чужие жизни. Нет, если бы у него была возможность спасти и других детей, хотя бы некоторых, он бы это обязательно сделал, вот только внутренне чутьё однозначно подсказывало, что это невозможно. Так что пришлось спасаться самому, а потом ещё и искать место, где можно было бы пережить крушение корабля на планету. И не просто пережить, но и обойтись без травм, а то потом выживать бы было сложно.        После этого было само падение и несколько дней выживания среди обломков, поиск еды и воды, а так же постоянные прятки с время от времени возвращавшимся к месту крушения нападавшими. Честно говоря, он не знал, кто это такие, но сомневался, что они были лучше тех, кто их купил и куда-то вёз. По крайней мере он видел, как те стреляли из боевого оружия не только по некоторым из выживших взрослых, но и по пытавшимся скрыться в лесу подросткам. А раз так, то и попадаться к ним в руки он совершенно не желал, продолжая прятаться. Другое дело, что он не знал, сколько ещё нападавшие будут заниматься поиском, а найденные им армейские пайки уже подходили к концу. Потому ему всё чаще приходилось выбираться на охоту и сбор еды, что создавало угрозу его обнаружения. Да и за водой приходилось хотя бы раз в день ходить к протекающей неподалёку речке. Всё же стоячая вода довольно быстро приходила в негодность, ведь в ней заводилась самая разная живность. И это после обработки воды специальной таблеткой, которые, кстати, тоже подходили к концу.        А сегодня, стоило ему вернуться после очередной вылазки, как он почуял чужое присутствие. Проблема была в том, что он никак не мог определить, кто это был и где тот находился. А потом ощущение чужого присутствия и вовсе стало настолько плотным, что он понял, что тот уже внутри корабля. Единственное, что немного успокаивало, это отсутствие острого чувства непосредственной опасности, только общее ощущение того, что заявившийся в его убежище разумный очень опасен. Так что он сидел не шевелясь в своём укрытии и старался дышать медленно и бесшумно, надеясь, что неизвестный уберётся так же, как и все остальные обыскивавшие корабль до него.        Неожиданно у него за спиной раздался тонкий короткий писк. Не механический, который мог бы издавать дроид, а живой, явно указывая на какое-то животное. Но для Никса такая разница не имела особенного значения, так как он нутром почуял, что это был не просто писк, а извещение о находке. Вот только всё, что он успел сделать, это обернуться, чтобы увидеть едва различимого в темноте мелкого зверька, который смотрел прямо на него, выглядывая из какой-то щели в потрескавшейся стене.       –Вот ты где, - произнесли у него над головой на неизвестном ему языке и верхняя часть тоннеля, в котором он скрывался, просто исчезла, сорванная одним движением.        Пискнув, ничуть не хуже того зверька, Никс рванулся вперёд, намереваясь скрыться в узких переходах покорёженных технических тоннелей, но вместо этого ощутил рывок и оказался висящим в воздухе, удерживаемый за ворот куртки. Дёрнувшись пару раз и поняв, что так просто ему не освободиться, он попытался выскользнуть из куртки, но не успел, так как его просто взяли и отпустили, от чего уже начавшая сползать куртка закрыла ему голову, мешая смотреть, ещё и руки оказались зафиксированными вверху.        Дёрнувшись, он в пару движений снова натянул на себя куртку, так как это было быстрее, чем ту снимать, и бросил быстрый взгляд вокруг, чтобы оценить обстановку. И только убедившись, что оказался в углу, откуда не так-то и просто будет выскользнуть, он обратил внимание на того, кто его выташил из убежища. Это оказался мужчина-человек среднего роста и крепкого телосложения, выдававшего в нём разумного привыкшего к физическим нагрузкам. Он был одет в кожаные одежды ручной выделки и пошива. Никс и сам умел изготавливать подобные одежды, ведь там, где он жил раньше, достать фабричную одежду было практически невозможно, а домотканая была для него слишком дорогой, чтобы он тратил на неё с таким трудом добытые монеты. Внутренне же чутьё позволяло выделывать шкурки так хорошо, как никто больше не умел. Но самым примечательным в этом неизвестном человеке были его глаза, цвет которых никак не удавалось понять. То казалось, что они серые, то вроде как и вовсе голубые, ещё через мгновение ты понимал, что они тёмно-карие.        Пока Никс осматривался в поисках пути побега, мужчина несколько секунд рассматривал его, а потом присел на корточки. Это не было подготовкой к рывку, да и вообще его поза была слишком расслабленной, словно у человека, присевшего отдохнуть. Вот только внутренне чутьё упорно твердил, что возможности проскочить мимо него просто нет. Неважно, как он попробует миновать мужчину, прорваться на скорости или положиться на ловкость, любая попытка была обречена на провал. И вообще, он не видел никакой возможности как-то сбежать, потому даже не пытался ничего предпринять, только напряжённо следил за странным чужаком.        Из дыры в полу выскользнула гибкое тело какого-то зверька и тот остановился возле мужчины, что-то пропищав. Мужчина на это усмехнулся и почесал зверька пальцем по голове, после чего полез в висевшую на поясе торбочку. Достав какой-то шарик, примерно в длину фаланги пальца рук взрослого мужчины, мужчина протянул тот зверьку.       –Держи, заслужил, - сказал мужчина на неизвестном ему языке.        Зверёк принюхался, радостно пискнул и схватил предложенный ему шарик двумя лапами. Усевшись на задницу, тот принялся облизывать угощение, а потом и обгрызать по кругу. Мужчина же извлёк из того же мешочка ещё один шарик и кинул его ему.       –Держи, тебе это нужно, - сопроводил он свой бросок непонятной фразой.        Ведомый своим чутьём, Никс не стал уворачиваться, а поймал брошенный ему предмет. Подняв его перед собой, чтобы не выпускать из поля зрения мужчину, он принялся изучать подарок, не только рассматривая, но и прихиваясь. От шарика пахло чем-то сладким, что он никогда не пробовал и не видел, и какими-то ягодами. Ещё он сумел уловить лёгкий аромат плода росшего тут неподалёку ореха... Ну или того, что он решил считать орехом, так как тот обладал прочной "костяной" кожурой и плотной, слегка жирноватой начинкой. Плоды этого дерева были довольно сытными, но к его сожалению знал об этом не только он, поэтому найти упавший орех было почти невозможно, местная живность быстро подбирала любой упавший плод. Лезть же на дерево он не рискнул, учитывая, какие там росли из ствола колючки и какие твари обитали в его ветвях.        Пока он изучал подарок, мужчина достал ещё один шарик и закинул себе в рот, принявшись жевать, с немного насмешливой улыбкой глядя на него. Так как все три шарика мужчина достал из одного и того же мешочка, а внутренне чутьё сообщало, что съесть подарок будет правильно, то Никс решил попробовать угощение. Правда, сразу кусать его он не стал, вначале только лизнув. Вкус был хоть и не обычный, но сладковатый и довольно приятный, так что рот моментально наполнился слюнями. Всё же в последнее время он питался довольно бедно и однообразно, ещё и в основном не отличавшимся хорошим вкусом военным пайком, так что ощутив такую вкусотень его организм однозначно потребовал дать ему эту штуку полностью. Так что больше не колеблясь, он сунул шарик в рот и принялся жевать.        Ему никогда не доводилось есть конфеты, так как это была прерогатива только очень богатых разумных, но Никс был уверен, что этот невзрачный на вид шарик намного вкуснее любой конфеты, а любой богач отдал бы руку за подобное угощение. Руку, понятное дело, не свою, а кого-то другого, но на то они и богачи, что могли себе такое позволить. Вкус уже знакомого ему ореха смешивался со вкусом какой-то непонятной, но приятной, вязкой пасты и яроматом незнакомой ему сочной ягоды, и всё это дополнялось ещё чем-то насыщенно сладким. И на некоторое время Никс пропал для реальности, полностью сосредоточившись на такой невероятной и приятной смеси вкусов.        В себя он пришёл только когда понял, что во рту уже ничего не осталось. Посмотрев на мужчину, он увидел, что тот так и сидит на корточках, ехидно усмехаясь и не предпринимая никаких попыток приблизиться. Зверёк же всё ещё грыз своё угощение, съев то хорошо если на треть. Ну да, размеры всё же у них были несопоставимы, а потому было не удивительно, что тот не успел справиться со своей порцией.       –Ну что, пошли? - спросил мужчина вставая, и Никс неожиданно осознал, что понял сказанное.        Нет, это не было сказано на известном ему языке, мужчина всё так же произносил какую-то тарабарщину, но каким-то образом он чётко понял, что было сказано. Это заставило его насторожиться, так как нечто подобное демонстрировали их надзиратели. Не совсем такое же, но очень похожее.       –Ты идёшь? - оглянулся мужчина, стоя возле входа в помещение. - Нужно поприветствовать гостя, раз уж он оказался таким догадливым.        До Никса не сразу дошло, о чём именно говорит мужчина, но потом он вздрогнул, а по спине пробежали мурашки. Ведь если он правильно понял сказанное мужчиной, а внутренне чутьё говорило, что понял он верно, то кто-то из напавших на них догадался, что он тут прячется, и прилетел, чтобы поймать его. И это же чутьё подсказывало, что безопаснее всего ему будет рядом с этим странным мужиком. Так что секунду подумав, он вылез из того угла, в котором сидел, и пошёл на выход. В конце концов, его тут спасало именно то, что про него не знали, а раз нападавшие узнали, что он тут скрывается, то безопасным данное укрытие быть перестало и рано или поздно, но его поймают. Так что лучше выйти сейчас, пока за ним прибыл кто-то один, исходя из слов мужчины, чем потом его будет ловить целая толпа. Не факт ведь, что тогда его просто не пристрелят от злости.        Немного попетляв по искорёженным коридорам они вышли наружу, оказавшись где-то наверху. Первое, что сразу же бросилось Нику в глаза, это зависший в тени раскидистого дерева на краю оставленной падающем кораблём просеки одноместный спидер. А вот его ездока он заметил только тогда, когда тот вышел из тени на открытое пространство, словно до этого та скрывала того от чужих взглядов. Хотя почему словно? Судя по ходившим среди народа байкам от колдунов всего можно было ожидать. А то, что перед ними был именно один из колдунов, было видно по тому, как тот был одет. Ну и по отсутствию у колдуна бластера, с которым в таких местах ни один нормальный разумный никогда бы не расстался.       –Ну надо же, я собирался поймать одну хитрую прячущуюся мышку, а нашёл ещё и крысу, - расплывался в довольной ухмылке колдун. - Какая удача.        Хоть Никс и не понял ничего из сказанного колдуном, но судя по интонациям ничего хорошего их не ждало. Впрочем, брошенный быстрый взгляд на нашедшего его мужчину успокоил Никса, так как тот смотрел на колдуна с каким-то даже сожалением, словно на больного, которого уже не спасти, но который ещё не знает о своей болезни и потому даже слушать тебя не будет.