---

Хлопать Замок позорного столба гремит, когда ты извиваешься. Хлопать Твоя задница болит так, что тебе хочется плакать. ХЛОПАТЬ Его рука со зловещей точностью касается твоей красной, раздраженной кожи. ХЛОПАТЬ! Ваши запястья и шея неприятно трутся о деревянные рейки, которые вас ограничивают. ХЛОПАТЬ!!! Еще одна слеза скатывается по твоей раскрасневшейся щеке... ХЛОПАТЬ!!! Ты готовишься к следующему удару, но вместо этого его рука ласкает болезненно опухший изгиб твоей задницы. -Ну что, милая... тебе уже достаточно? — спрашивает его голос, нежный, как шёпот возлюбленного. Вы бормочете что-то бессвязное, а кольцевой кляп во рту не позволяет вам произнести ни слова. -Что это было? — смеётся он. -Я же говорил тебе, я не смогу тебя понять, если ты не попытаешься говорить правильно. О, ты видишь, что ему очень нравится мучить тебя таким образом. -Иэх... ха... э-не-е... — пытаешься ты снова, и слюни текут из твоего разинутого рта. Шлепок, шлепок, шлепок!! -Я же говорил тебе говорить как следует, шлюха! — сердито кричит он. Вы всхлипываете и рефлекторно отшатываетесь от страха. -Не отходи от меня, черт возьми! Он возвращает твои бедра на место и снова и снова шлепает тебя по заднице, заставляя тебя кричать от боли. Чем больше ты плачешь, тем сильнее удары; и чем больше он возбуждается, тем более жестоким он становится. Это всегда начинается как игра, вызов: сколько он сможет выдержать, сколько издевательств можно будет спустить ему с рук. Ему втайне нравится, когда его проверяют твоим дерзким поведением. Конечно, это всегда мелочи, ничего слишком неуважительного, иначе игра очень быстро станет очень страшной. Речь идет о Маюри Куроцучи: переступите черту и станьте пищей для его яростного гнева. Сегодня ты проснулась возбужденной и жаждущей секса и решила, что не остановишься, пока он не уделит тебе давно заслуженного внимания. Рано утром ты указала на небольшой изъян в его макияже, а позже громко раскритиковала его почерк в главной лаборатории. Ты продолжала его раздражать и придираться к его работе, пока он не накричал на тебя. Обычно вы бы остановились там и подождали, пока он придет к вам ночью. Но на этот раз, должно быть, задели его за живое, потому что он дал выход всей своей злобе в тираде ядовитых оскорблений, унижая вас за каждую крошечную ошибку, которую вы совершили с тех пор, как много лет назад прибыли в 12-й корпус, его воспоминания были столь же острыми, сколь и жестокими, что вы едва не расплакались. А ты, дурак , закричала на него. - Иди на хер! - Твои слова эхом разнеслись во внезапно возникшей тишине. Вся лаборатория затаила дыхание, даже машины, казалось, перестали гудеть. -Что ты только что сказала? — спросил он опасно тихим тоном. Ты сразу поняла, что облажалася. -Я, э-э... э-э...- -Боюсь, я не понимаю. Пожалуйста, выскажи своё мнение, т/и. - Он даже не выглядел расстроенным, просто ехидно ухмыльнулся. -Я-я... э-э...- но страх охватил тебя, лишив дара речи. -Ты, ты, что? Э? Кот проглотил язык? Минуту назад ты, кажется, нормально говорила, что случилось?- Он приблизился к тебе, его янтарные глаза сверкали сдержанной яростью. -Может, кто-нибудь должен заткнуть тебе рот, если он только для этого и годится. Он позволял тебе заикаться и лепетать, неспособной связать даже одно слово, и широко улыбался, наблюдая, как ты унижаешься перед всеми, пока ты, покраснев, не упала к его ногам и не извинилась. -Посмотри на себя, т/и, тебе самое место — на полу, среди прочего мусора, — усмехнулся он. -Думаю, тебе придётся до конца года чистить туалеты. С этими словами он важно удалился. Но ты знала... ты знала, что он еще с тобой не закончил. И вы были правы. -Посмотри, что ты заставляешь меня делать, дорогая, — он тяжело дышит, задыхаясь от напряжения. -Но ты так и не усвоила урок... Вы барахтаетесь и снова пытаетесь умолять его остановиться, но из вашей вздымающейся груди вырывается лишь искаженная последовательность открытых гласных. -Какая ты неблагодарная сука, — мрачно пробормотал он. -Посмотрим, как ты себя будешь чувствовать после этого. Ужас учащает пульс. Не имея возможности оглянуться назад и увидеть, что он задумал, вы можете лишь догадываться по издаваемым им звукам, а то, что рисует ваше воображение, просто ужасает. Удар Резкий удар плетью рассекает твою задницу. На этот раз жгучая боль настолько сильна, что на секунду в глазах белеет. У вас перехватывает дыхание, и только немного позже вам удается издать сдавленный вскрик. -О? Немного пощипало? — злорадно усмехается он. -Шлёпанье — это слишком, шлюха? Надо было подумать об этом, прежде чем злить меня! Садизм Куроцучи вам не новинку, но многочисленные сеансы, в которых он ему предавался, не делают этот сеанс более легким. Закалённая кожа беспощадна. В отличие от руки, здесь он не получает никакой обратной связи и может бить так сильно, как пожелает, без каких-либо последствий (хотя собственная боль в противном случае его бы не остановила). Ты закрываешь глаза, плачешь и стонешь, пока удары один за другим впиваются в твою задницу и заднюю часть бёдер, иногда задевая твою бедную, подёргивающуюся киску. Он так жесток, что вскоре опухшая кожа лопается, и кровь начинает течь по твоим ногам. Но он все равно продолжает идти. Теперь вы едва можете дышать, так сильно давясь кляпом, что ваши зубы грозят расколоться. Наконец Маюри замедляется. Твоё тело сжалось от страха и боли. Его руки нежно скользят вверх и вниз по твоей спине, пока твои напряжённые мышцы не расслабляются, а всхлипывания не стихают до хныканья. -Готова ли моя маленькая сорванка вести себя хорошо? — спрашивает он с насмешливой снисходительностью. Вы энергично киваете головой и произносите как можно более похожее на -да, сэр,- отчаянно надеясь, что он вам поверит. -Очень хорошо... посмотрим, каких успехов ты достигла. Его ловкие пальцы начинают извилистое скольжение по выпуклостям вашего позвоночника, к середине вашей задницы, игриво постукивая по золотой пробке, которую он оставил уютно зажатой внутри, и спускаются к вашей щели, чтобы раздвинуть ваши пышные складки и интимно исследовать вас. Чувствуешь, как они скользят вверх и вниз по твоему входу, и надеешься, что безумное количество смазки, которое ты изливаешь, удовлетворит его в достаточной мере. Увы... -Ты недостаточно мокрая, лживая шлюха, — рычит он. Ты всхлипываешь и пытаешься умолять его больше не шлепать тебя, ты больше не можешь этого выносить, но он лишь испускает импульс гневной реатсу, который предупреждает тебя, чтобы ты замолчала. -Не жалуйся! Это полностью твоя вина, — говорит он, шаркая ногами позади тебя. -Если бы ты себя хорошо вела, мне бы не пришлось тебя наказывать. Всё просто… когда ты ведёшь себя как невоспитанный ребёнок, ты подтверждаешь, что хочешь, чтобы с тобой обращались соответственно. Он прикладывает что-то холодное к твоему бугорку, слегка надавливая, почти не ощущая. Ты слышишь щелчок, и оно начинает вибрировать, воздействуя на твой бедный, заброшенный клитор. Стимуляция такая сильная и внезапная, что сначала хочется отстраниться, но тут же меняешь решение, когда наступает наслаждение. Это чертовски вкусно. Разряды безумного электричества пробегают по вашим ногам и вверх по позвоночнику, ваша киска трепещет, и вы не можете удержаться, чтобы не потереть ее еще сильнее. Жестокий удар обрушивается на твою измученную задницу, но твой затуманенный мозг преобразует боль в еще большее возбуждение. Жужжание становится громче, весло обрушивает на вашу кожу огненный дождь, а ваши крики приобретают совсем иное качество. Ноги дрожат, а разум погружается в пустоту, когда он выжимает из тебя оргазм. Импульсы удовольствия разливаются по венам, словно смертельный токсин, вызывая монументальный эйфорический кайф прямо в твой пьянящий мозг. Он постепенно замедляет движение, идеально подстраивая ваш ритм, пока вы не достигнете кульминации. -Ах... Я такой щедрый, — мечтательно вздыхает он. — Я ещё не услышал благодарности. -Хан... к... ээ... — слабо бормочешь ты. Он весело усмехается: -Давай попробуем ещё раз, ладно? Боюсь, если на этот раз ты не будешь готова, мне придётся применить гораздо более суровое наказание. Он медленно и размеренно скользит рукой между твоих бёдер, вызывая мурашки по коже. Его пальцы погружаются в твою влагу задолго до того, как достигают твоего сочащегося входа. -Посмотри на себя, какая грязнуля... Ты вся мокрая, грязная шлюха, — говорит он, шлепая тебя по клитору, заставляя тебя тихонько скулить. Ваш разум слишком блажен, чтобы воспринимать большую часть внешнего мира, но вы смутно улавливаете шелест его одежды, падающей на пол, а затем чувствуете, как головка его члена трётся вверх и вниз между вашими складками. -Умоляй о моем члене. Он резко дергает тебя за волосы и шепчет тебе на ухо: -Ты мне отвратительна, шлюха, жадная до члена. Он свирепо вонзается в тебя, шипя сквозь зубы и погружаясь всё глубже. Вонзившись по самую рукоять, он на мгновение восстанавливает самообладание, обхватив тебя за талию и начав неторопливо покачивать бёдрами, как вдруг дверь в его покои со скрипом открывается. -Тайчо, в пятой лаборатории проблема с экстракторами, я…- Акон, сделав несколько шагов по комнате, отрывает взгляд от планшета и понимает, во что попал. -О… извините, не заметил, что вы заняты, — говорит он так же небрежно, как будто застал Маюри за мирным чтением книги. -Я вернусь позже. -В чем проблема? — с легкой обеспокоенностью спрашивает Куроцучи, продолжая медленно двигаться внутри тебя. -Э-э... — Акон смотрит на ваше лицо, покрасневшее от стыда и напряжения, и неловко трёт затылок. — Кажется, они загорелись, сэр. Всё уже потушено. Я могу найти замену, нужна только ваша подпись. -Ну, конечно, — Маюри делает приглашающий жест рукой, и Акон подходит ближе, позволяя двери захлопнуться. Маюри подписывает бумаги, прижавшись к твоей спине, а затем возвращает их, сильно толкая тебя так, что ты стонешь немного громче. -Мне нужен помощник. Акон, ты случайно не свободен? — в его голосе слышится улыбка. Молодой учёный задумался на долгую секунду, тщательно подбирая слова перед ответом. -Чем именно я могу помочь? Маюри усмехается, довольная тем, что пробудил его любопытство. -Эта шлюха в последнее время особенно сквернословит. Я великодушно предложила ей потренироваться, но мужчинам это по силам. Я надеялась, что ты поможешь мне потренировать её вульгарное горло, чтобы улучшить произношение и общие навыки устной речи Акон нервно смеется и вопросительно смотрит на своего капитана. Но Маюри не из тех, кто шутит, он может быть саркастичным и хитрым, но это не то. Ты пытаешься вытянуть шею, чтобы шокированно взглянуть на него, но позорный столб сковывает твои движения. Ты не можешь поверить, что он предлагает тебя вот так! Акон смотрит пустым взглядом, глубоко задумавшись, но затем откладывает бумаги в сторону и подходит к вам. Он освобождает член и начинает его гладить, откидывая свободной рукой влажные пряди волос, прилипшие к твоему лицу. Он нежен, но осторожен, обращаясь с тобой, как с раненым животным, которому не уверен, что может доверять. Его маленькие зрачки расширяются, когда он смотрит, как Маюри берёт тебя сзади, вбивая бёдра в твою окровавленную задницу. Он возбуждён меньше чем за минуту, его член растёт на глазах, полных слёз. -Почему ты так долго? — раздраженно спрашивает Маюри. Щёки Эйкона вспыхивают от смущения. -Я готов. -Тогда вперёд. Другого шанса у тебя больше не будет, так что советую тебе постараться. -Хорошо, — он кивает, не сводя глаз с твоих растянутых губ и струйки слюны, вытекающей из-под них. Крепко сжав основание своего члена, он просовывает его кончик во влажный теплый рот и издает хриплый стон, не войдя даже наполовину. Он плавно скользит им по твоему языку, короткими движениями бедрами, а затем зарывается обеими руками в твои волосы и надавливает, пока твой нос не упрется в его лобковые волосы. Он быстро отстраняется, испуская хриплый вздох, его член блестит, покрытый твоей слюной и соединённый тонкой ниточкой с твоим заткнутым ртом. Он несколько раз шлёпает раскрасневшуюся головку по твоей щеке – звук громче, чем ты ожидала – и снова входит в тебя, полный решимости трахнуть твою глотку и выполнить свою миссию. -Неплохо, а? — Маюри задыхается, его движения короткие и быстрые, хватка такая сильная, что пальцы больно впиваются в кожу. Он близко, это видно. И его возбуждение настолько заразительно, что ты не можешь не ответить ему, обняв его. -Кажется, эта шлюха получает удовольствие, — усмехается он. -Войди глубже, Акон, я хочу услышать, как она захлебнётся. Акон делает то, что ему говорят, и можно было бы поверить, что он делает это неохотно, если бы не стон, который он издаёт, когда тебя впервые тошнит. Он явно не так невинен, как кажется. Рука обхватывает твою шею спереди, чтобы он чувствовал, как его член прорывается сквозь твоё тугое горло, он снова и снова проталкивается мимо твоего мягкого нёба. Твои глаза начинают слезиться, слюни скапливаются у его ног. Ты пытаешься дышать носом при любой возможности, но с той скоростью, с которой Эйкон трахает тебя, это совсем не просто. Тебя используют, как дешёвую игрушку, оба мужчины трахают тебя без оглядки и заботы, не в силах и не желая остановиться, пока не получат желаемого от твоих дырочек. И ты невольно кончаешь от мысли, что так желана. Струя спермы ударяет вам в горло, ее терпкий вкус омывает ваш язык, когда Акон опорожняет свои яйца вам в рот, постанывая и тяжело дыша. Рука Маюри стремительно тянется к твоему чувствительному клитору, дергает тебя и неистово вонзается в тебя. Всплески удовольствия вырываются из твоей киски, оставляя тебя глухой ко всему миру. Ты кончаешь снова, обильно кончаешь на него и стонешь от непреодолимого наслаждения. Твои содрогания стенок и то, как ты хрипишь, пытаясь не вдыхать сперму Акона, сводят его с ума. Он замирает, глубоко вонзившись в тебя, и наполняет тебя бесконечными потоками раскаленного добела семени. ___ Принимая его ванну, чувствуя, как горячая вода успокаивает твое измученное тело, ты прижимаешься носом к его шее и вдыхаешь его чистый аромат. Он рассеянно играет с твоими влажными волосами, рассеянно глядя вдаль. Вероятно, решая в уме какое-то сложное уравнение, как он любит делать, чтобы расслабиться. -Ты это спланировал? -- Тебе почти стыдно за то, что ты нарушил тишину. Твой голос всё ещё звучит хрипло. - Акон? - Ага. - Нет, — он переводит на тебя свой золотистый взгляд. - Я подумал, что это может оживить обстановку. Иногда я боюсь, что тебе надоест повторять одни и те же сцены. Ты недоверчиво фыркаешь. - Ты с ума сошёл? Как я могу устать? Мне, блядь, нравится каждый раз, когда мы вместе. - Тсс, язык Ты хихикаешь. -Извини. Хотела бы я быть с тобой каждую ночь. - Знаешь, я бы так и сделал, если бы мог. Я не люблю торопиться, и наши сеансы могут быть долгими. У меня нет столько времени. Ты опускаешь глаза и занята тем, что пишешь своё имя водой на его загорелой груди. - Нам не всегда нужен такой секс. Нам не всегда нужен секс. Маюри с любопытством хмурится. - Что ты предлагаешь вместо этого? - Не знаю. А это? Принимать ванну вместе, спать вместе. Он наклоняет голову набок. - Думаешь, тебе бы это понравилось? -Ага. - Хм... пожалуй, я смогу тебе помочь, — он глубоко вздыхает. - Ты понимаешь, что твои просьбы мне нелегко дались? Со мной не всегда приятно находиться рядом, — предупреждает он. - Да ладно? Я и не заметила, — ты закатываешь глаза. Его губы кривятся в одной из его серповидных улыбок. - Ты можешь пожалеть о своей просьбе, малыш, но я её выполню. Сияя, ты обнимаешь его стройный торс и быстро целуешь в шею. - Ты всегда так делаешь.