Глава 1

Джинни Уизли, может, и не была самой блестящей ведьмой своего поколения, да и оценки на СОВ и ЖАБА у неё были далеко не лучшие. Но, Мерлин её побери, она уж точно не считала себя настолько глупой, чтобы залететь от своего случайного любовника, пока восстанавливалась после травмы, которую получила во время игры в квиддич. На вечеринке по случаю рождения ребёнка у одной из её напарниц по команде всем в шутку положили в подарочные пакеты тесты на беременность. Всё-таки, несмотря на то, что магическая война закончилась больше десяти лет назад, волшебный мир по-прежнему переживал настоящий бэби-бум. И вот, на спор с одной из девушек по команде, Джинни взяла и сделала тест.   И результат оказался положительным.   Тест окрасился в голубой цвет.   Она была беременна. Джинни выбросила тест, прежде чем кто-то успел его увидеть, что привело к проигрышу трёх галлеонов в рамках пари, но деньги её не волновали. Уизли была гораздо больше обеспокоена своим неожиданным сюрпризом. Мерлин, да она же ежедневно принимала зелье со времён самой юности! Как она забеременела? Джинни предположила (как она позже узнала, ошибочно), что тест на беременность просто оказался ложным, особенно после того, как в раннее уже применялись противозачаточные зелья, и вместо этого она направилась к единственной ведьме, которой доверяла свои тайны. Гермиона точно знала, что делать. Джинни быстро поднялась по тропинке к дому Гермионы и Драко. После свадьбы Малфой категорически отказался жить в родовом поместье Малфоев, и Гермиона его полностью поддержала. Поэтому, они купили себе новый, отдельный дом. Тихонько постучав в дверь, Джинни принялась расхаживать взад-вперёд по крыльцу, дожидаясь, пока кто-то откроет. В конце концов, было воскресенье, и они должны были быть дома. Драко открыл дверь, и лёгкая тревога на его лице исчезла, когда он увидел Джинни, стоящую на пороге своего дома. — Чем обязаны такому удовольствию, Уизлетта? — Гермиона дома? — спросила Джинни, проигнорировав прозвище, от которого Малфой не отказывался уже много лет. В основном, чтобы просто позлить её. Но на самом деле потому, что оно её раздражало. — Мне нужно с ней поговорить. — Она наверху, в кабинете, — ответил Драко, распахивая дверь шире. — Рада, что тебе понравился мой свадебный подарок, —прокомментировала Джинни, бросив взгляд на ярко-розовый фартук с оборками, на котором спереди было вышито «Мистер Грейнджер». Она увидела его однажды в маггловском магазине и, с небольшой помощью Молли, слегка изменила дизайн. — Я переживала, что не подойдёт по размеру. — Очень смешно, — процедил Драко. — Я стараюсь, — отозвалась Джинни и направилась вверх по лестнице. Она быстро забежала в кабинет Гермионы, который больше походил на библиотеку из-за множества книг на полках. Честно говоря, Гарри был прав, когда, увидев количество книг в доме Грейнджер-Малфоев, назвал Драко «пособником». — Джинни? Что ты здесь делаешь? — спросила Гермиона, оторвавшись от своей работы. — Мне нужна помощь, — ответила Джинни, и глаза Гермионы тут же расширились. Она жестом указала на стул напротив стола, и Джинни быстро опустилась на него. — С чем именно? — Я… честно, это звучит глупо, но я на спор сделала тест на беременность на вечеринке, и он оказался положительным, — объяснила Джинни, нервно усмехаясь от абсурдности происходящего. Гермиона открыла рот от шока, но Джинни отмахнулась от её беспокойства. — Но это же полный бред! Я не могу быть беременна, ну никак! — То есть… — осторожно начала Гермиона, стараясь не усиливать стресс подруги, — у тебя недавно… был секс? — Пару недель назад, — фыркнула Джинни, не заметив, как Гермиона слегка выпрямилась. — Без защиты? — Конечно нет! — А какую защиту ты использовала? — Зелье. Я принимаю его уже сто лет, — ответила Джинни, скрестив руки на груди. — Хорошо, — кивнула Гермиона, видимо, мысленно перебирая список возможных причин. — Твоя травма во время квиддича… ты принимала какие-то другие зелья в связи с ней? — Да, стандартный набор: обезболивающее и немного расслабляющего для мышц. А что? Гермиона поморщилась и подалась вперёд: — Ты не помнишь, какое именно обезболивающее зелье? В нём случайно не было сока мурлокомля? — Кажется, был… А что? — насторожилась Джинни, вспоминая разговоры с целителями команды во время восстановления. — Ну… — протянула Гермиона, и выражение её лица до боли напомнило Джинни Минерву Макгонагалл перед тем, как сообщить плохие новости. — …сок мурлокомля, к сожалению, нейтрализует действие большинства контрацептивных зелий. У Джинни отвисла челюсть, когда она уставилась на Гермиону: — Да ты издеваешься надо мной. — Боюсь, что нет, — ответила Гермиона и поднялась со стула. — Я могу наложить диагностическое заклинание… если хочешь убедиться наверняка. — Пожалуйста, — выдохнула Джинни, всё ещё пребывая в шоке. Гермиона взмахнула палочкой, направив её на всё ещё плоский живот Джинни. Секунду ничего не происходило, а потом мягкое розовое сияние окутало её живот. Положительный. Она была беременна. Она, драккл, была беременна. — Святой Мерлин… — прошептала Джинни, глядя на Гермиону широко раскрытыми глазами. — Не переживай, — тут же вмешалась Гермиона, не желая допустить, чтобы подруга впала в панику. За эти годы Джинни уже не раз устраивала себе нервные срывы, и Гермиона хотела избежать ещё одного, когда Уизли прибывала в таком состоянии. — Давай просто проработаем хронологию вместе, хорошо? Мы во всём разберёмся. — Я знаю, кто отец, если тебя это беспокоит, — пробормотала Джинни, отводя взгляд. Гермиона замерла, облокотившись на стол. — Это ребёнок... Маклаггена? — осторожно спросила она, имея в виду последнего партнёра Джинни. — Блять, нет, — фыркнула Джинни, качнув головой. — В последний раз мы трахались больше десяти месяцев назад, ещё до травмы. Думаю, если бы это был он, я бы уже давно выносила и родила его визгливого отпрыска. — Хочешь, я определю, на каком ты сроке? — предложила Гермиона. Джинни не подняла взгляд, но молча кивнула. У неё было предчувствие, однако услышать подтверждение не помешало бы. Гермиона призвала к себе котёл и несколько ингредиентов. Работая быстро, она недовольно проворчала что-то себе под нос, заметив, что у неё закончилась эссенция окопника. Она метнулась к двери и позвала мужа: — Драко? У тебя внизу случайно не осталось эссенции окопника? — Сейчас посмотрю! Пока Гермиона возвращалась к работе, Джинни сидела в оцепенении, нервно перебирая пальцами. А когда Грейнджер помешивала зелье, Драко постучал в открытую дверь и протянул ей маленький чёрный флакон. — Нашёл немного в шкафу. Если нужно больше, могу сбегать, но не уверен, что её можно найти в каждой открытой лавке. — Этого достаточно. Спасибо, — улыбнулась Гермиона мужу. Она быстро чмокнула его в губы и снова сосредоточилась на зелье. Время тянулось мучительно долго, но наконец варево было готово. Гермиона зачерпнула немного и перелила в маленький пузырёк, затем протянула его Джинни. — Нужно пописать в это, — проинструктировала она. — Совсем чуть-чуть, буквально пару капель. Джинни молча кивнула и вышла из комнаты, чтобы воспользоваться туалетом. Вернувшись с пузырьком в руке, она поставила его на стол Гермионы. Уизли подняла взгляд на самую умную ведьму своего поколения, ожидая дальнейших указаний или, возможно, просто чего-то, чем можно было бы занять разум на некоторое время. — И что теперь? — Теперь ждём, — ответила Гермиона, убирая остатки ингредиентов. — Зелью нужно настояться от десяти до двадцати минут, чтобы подействовать полностью. — Хорошо, а потом что? — Потом я сравню цвет зелья с таблицей, и мы сможем определить, на каком ты сроке, — объяснила Гермиона, призвав к себе небольшой свёрток. Раскрыв его, она показала Джинни глянцевые страницы. — Цвет соответствует сроку. Как только мы узнаем, у тебя будет ответ. — Думаю, я уже знаю, — тихо произнесла Джинни, а Гермиона аккуратно положила свёрток на стол. — Просто… у меня внутреннее предчувствие. — Ты… ты готова поговорить с ним об этом? — осторожно спросила Гермиона. — Я его не боюсь, если ты на это намекаешь, — вздохнула Джинни, устало проведя рукой по лицу. — Я справлюсь. Они молча подождали ещё несколько минут, прежде чем Гермиона заметила, как зелье начало менять цвет. Аккуратно встряхнув пузырёк, чтобы убедиться, что всё смешалось как следует, она приложила его к таблице, сверяя оттенки. Когда всё совпало, Гермиона поставила пузырёк на стол и повернулась к Джинни. — Похоже, у тебя срок где-то от шестнадцати до восемнадцати недель, — объяснила она подруге. Джинни подошла ближе, сравнивая цвет жидкости с таблицей. Прочитав информацию под нужным оттенком, она перевела дух. Шестнадцать — восемнадцать недель. Всё идеально совпало с человеком, которого она имела в виду. А чтобы окончательно добавить немного глазури на дерьмовый торт, она вспомнила, что за тот период у них всё случилось не один раз. — Мне нужно… э-э… кое с кем поговорить. — Позвони, если понадобится помощь, — мягко сказала Гермиона и обняла подругу. — Всё будет хорошо. И если он окажется настоящим идиотом, знай, что в этом Мире у тебя будет огромная поддержка от тех, кто тебя любит. Что бы ты ни решила, Джинни.

***

Блейз Забини считал себя человеком довольно сдержанным. Он не позволял эмоциям брать над ним верх, как это делали многие другие волшебники и ведьмы. Не то чтобы у него не было эмоций, просто он был чертовски хорош в том, чтобы скрывать их от посторонних глаз.   Но, как оказалось, у Джинни Уизли был поразительный глаз-алмаз.   Вернувшись домой после рабочего дня в офисе, Блейз удивлённо приподнял бровь, заметив Джинни, которая сидела на диване и ждала его. Её руки были скрещены на груди, лицо напряжено. А губы надуты так, что ему просто захотелось её поцеловать, но, как он уже говорил, Блейз Забини не опускался настолько низко, чтобы позволить своим эмоциям или низменным побуждениям управлять им. — Знаешь, Уизли, большинство людей обычно стучатся, прежде чем войти в чужие дома, — протянул он саркастически, ставя рабочей портфель на стол.   Забини снял пальто и повесил его на крючок, ожидая её ответа. Но Блейз нахмурился, когда Джинни не ответила на его выпад своим саркастическим комментарием, как она обычно делала. Повернувшись к ней, он окинул Джинни оценивающим взглядом, пока она продолжала сидеть на диване.   — Молчим?   — Нам нужно поговорить, — произнесла Джинни, решив не ходить вокруг да около.   Их отношения с Блейзом никогда не были обременены мелочами — они были прямолинейными и чётко определёнными. По крайней мере, так было до того, как она узнала, что беременная. Теперь их отношения должны были стать невероятно сложными.   — О чём? — озадаченно спросил он. Блейз прошёлся по квартире, раскладывая свои рабочие записи и другие вещи. Джинни на мгновение присела на диван, казалось, сама переживая эту новость. Она глубоко вздохнула, собрала всё своё гриффиндорское мужество и повернулась к нему, слегка вздёрнув подбородок.   — Я беременна.   Его портфель с грохотом упал на пол. Джинни даже не вздрогнула от этого звука. Увидев выражение его лица, она опустила взгляд на ковёр. Он посмотрел на неё широко раскрытыми глазами и, казалось, не дышал. Просто смотрел с отвисшей челюстью.   Блейз Забини всегда считал себя человеком сдержанным. Но это хрупкое самообладание рухнуло в тот самый миг, когда Джинни сообщила ему эту новость.   — Ты уверена? — это был первый вопрос, сорвавшийся с его губ.   — Я сделала тест и проверила заклинанием, так что да, уверена, — ответила Джинни.   Её руки всё ещё были скрещены — нет, оберегающе прижаты к себе. — И… это моё?   Очевидно, эти слова были не теми, которые стоило говорить, если судить по взгляду, который Забини получил в ответ.   — Думаешь, я пришла бы сюда, если бы не была уверена? — фыркнула Джинни оскорблённо.   — Но мы ведь предохранялись, — настаивал Блейз, и в его голосе проскользнули нотки эмоций. — Ты же принимаешь зелье. Может, тест оказался ложным?   — Я попросила Гермиону проверить меня, — перебила Джинни, опустив руки на колени. — Она использовала диагностическое заклинание, и оно показало положительный результат. Потом я прошла тест, чтобы узнать срок, который показал шестнадцать-восемнадцать недель, что совпадает с нашим последним... свиданием. И, на всякий случай уточняю, в этот период у меня никого не было.   — Я варил это противозачаточное зелье тысячу раз. Оно мне знакомо. Не может быть, чтобы ты забеременела. Разве что ты его не принимала, — настаивал Блейз. — Гермиона считает, что сок мурлокомля в моём обезболивающем зелье вступил в реакцию с противозачаточным, — добавила Джинни, что заставило Блейза застыть на месте.   Через секунду он начал метаться по комнате, бормоча слова на итальянском, которых Джинни не знала, но была уверена, что это не те слова, которые обычно произносил бы достойный Блейз Забини. И уж точно не в присутствии других людей.   Как он мог быть таким идиотом?   Разумеется, сок мурлокомля всё испортил! Какой же кретин-зельевар не знает основ одного из самых простых зелий, с которыми работает? На мгновение Блейзу показалось, что призрак самого Северуса Снейпа восстанет из могилы, чтобы собственноручно разорвать его лицензию зельевара за такую вопиющую оплошность.   — Я вижу, тебе нелегко это осознать, — начала Джинни, поднимаясь на ноги. — Почему бы нам не поговорить, когда у тебя будет время...   — Не уходи, — вмешалась Блейз, мгновенно разворачиваясь к ней лицом. — Не надо. — Ты сейчас в панике, Забини, — прокомментировала она, закидывая сумочку на плечо. — Честно говоря, я думаю, что тебе нужно время подумать.   Джинни собралась уходить, но Блейз мягко схватил её за запястье.   Уизли повернулась к нему лицом, поджав губы. Она явно пыталась сохранять спокойствие. Годрик, хоть кто-то должен был сохранять хладнокровие, но глаза выдавали её реальные чувства.   — Останься, — Блейз практически умолял.   Обычно он избегал унижений в любой форме, но не смог сдержать эмоциональной реакции. Только не после того, как на него свалились такие важные новости.   — Пожалуйста. Я приготовлю ужин. Мы всё обсудим и придумаем план. Только... не уходи.   Джинни немного помолчала, и просто сказала:   — Хорошо.

***

После долгого и неловкого разговора они договорились разобраться со всей ситуацией вместе. Джинни немедленно подала заявление о длительном отпуске, и тренер "Гарпий", признаться, был куда больше поражён тем, что она всё это время летала, будучи беременной, чем самой новостью. Затем она записалась на приём к целителю-акушеру. Блейз сидел рядом с Джинни, которая, облачённая в больничный халат, устроилась на кушетке. Честно говоря, он, пожалуй, нервничал больше всех из них двоих — что само по себе было абсурдно, поскольку не он был беременен, — но Джинни уже успела заметить новые стопки книг о беременности и родительстве, появившиеся в квартире Блейза. Блейз Забини был в тихой панике, хотя, конечно, никому бы в этом не признался. — Ты уверена насчёт этого целителя? — спросил он Джинни. — Флёр обращалась к ней во время всех беременностей, и ей понравилось, — рассеянно ответила Джинни. — А спрашивать у кого-то рекомендации я не могла, пришлось бы объяснять, зачем мне нужен акушер. — Справедливо, — вздохнул Блейз, подперев голову рукой. От дальнейшей светской беседы их спас стук в дверь. — Войдите, — позвала Джинни целительницу. В комнату скользнула невысокая женщина лет сорока с доброй улыбкой и папкой в руках. На взгляд Блейза, она была немного похожа на молодую профессор Стебль. — Вы, должно быть, Джинни. Я целительница Тарон. Очень приятно познакомиться. — Спасибо, что приняли меня, — ответила Джинни, пожимая ей руку. — А это, очевидно, отец, — добавила Тарон, повернувшись к Блейзу. Они обменялись вежливыми приветствиями, после чего целительница села. — Итак, что привело вас сегодня ко мне? — Я беременна, — тихо произнесла Джинни, словно всё ещё не могла в это поверить. — Я приняла зелье и сделала проверочное заклинание. И диагностическое зелье показало срок между шестнадцатой и восемнадцатой неделями, что соответствует... э-э-э... времени, когда у меня в последний раз был секс. Это была новая информация для Блейза, хотя выражение его лица оставалось невозмутимым. — Понимаю. Сначала я сама проведу проверку, — сказала целительница Тарон, поднимаясь.   Она уложила пациентку на спину и приподняла халат, чтобы обнажить живот. После того, как Джинни узнала, что беременна, она обнаружила, что ощущает небольшой изгиб. А может, ей просто показалось. В любом случае, она всё ещё была беременна, так что это не имело значения. Целительница Тарон произнесла серию заклинаний, незнакомых ни Джинни, ни Блейзу, а затем вновь заняла место за столом.   — Прежде всего, Вы действительно беременны, — сообщила Тарон, и Джинни медленно кивнула. — А по сроку у Вас немного не дотягивает до восемнадцати недель, то есть примерно четыре с половиной месяца. Вы говорили, что это совпадает с вашей сексуальной активностью?   — Да, совпадает.   — И есть ли у Вас какие-то опасения? Судя по моим диагностическим заклинаниям, ребёнок развивается нормально и абсолютно здоров, — ответила целительница, заполняя карту.   Блейз и Джинни обменялись взглядом, прежде чем Уизли снова повернулась к Тарон.   — Я принимала противозачаточное зелье, уже будучи беременной, сама того не зная. Это могло как-то повлиять на ребёнка или навредить ему? — спросила Джинни.   — Нет, не могло. Современные противозачаточные зелья создаются с настолько низкой дозировкой, что не способны навредить даже при случайной беременности. К тому же, судя по моей диагностике, ваш ребёнок абсолютно здоров, — объяснила целительница Тарон, глядя на Джинни.   Она отложила папку в сторону.   — У вас есть ещё вопросы? Или, может быть, вы хотите узнать пол ребёнка?   — Можно узнать пол? — удивилась Джинни, прежде чем успела себя остановить.   — Да, Вы уже на таком сроке, что я могу определить, — объяснила целительница. — Разумеется, вы можете узнать позже или уже после родов, если захотите сохранить интригу.   Джинни и Блейз снова обменялись взглядами.   Забини едва заметно пожал плечами, давая понять, что решение за ней. Конечно, ему самому было любопытно, но, учитывая весь хаос, с которым им предстояло разобраться, пол ребёнка был, пожалуй, самым несущественным из всех вопросов, и единственным, на который они никак не могли повлиять.   — Мы подождём, — наконец решила Джинни.   Целительница Тарон понимающе улыбнулась и кивнула.