Арка 1. Глава 10.2. В морской бой играть легче, чем в ваших Героев

Когда Еся вылезает из временной берлоги в пять утра, то чешет затылок и недоуменно моргает, не веря собственным ушам. Выглядит обстановка как начало анекдота - сидят Белуха и Локатор, в морской бой рубятся, вокруг них пару человек присело, хохоча в пол голоса. Весело же нынче экипаж развлекается, пока Босатка не видит. Чтодер думает, думает хорошенько пару секунд, а потом подсаживается рядышком с играющими, от нечего делать становясь неким комментатором игры. Белуха весело прикрывает рот рукой, пряча весёлый оскал и предвкушая очередную победу - Судье по секрету успел рассказать Орел, что женщина идёт на мировой рекорд по количеству побед в морской бой подряд -, а Локатор качает головой, усмехаясь на язвительные комментарии Белухи. Под нос суют небольшую тарелку с едой и Еся, морщась от чувства отвращения, суёт в рот ложку супа как можно быстрее, стараясь не распробовать вкус ненавистных продуктов. И не так жила, и не так голодала по двое суток. Не удивили. Жаль только, выкинуть некуда суп и не схлопотать затрещину тоже не выйдет. Гайка трясётся от нетерпения, а над душой Белухи стоит Малевол. Были бы они на суше, точно бы поставили на кого-нибудь, а на корабле получат за всех десятерых от Босатки, если учует азартные игры на своём борту. Правда, в долгих плаваниях правило практически исчезает, а Босатка начинает закрывать глаза на подобное. Пусть веселятся, пока могут. Игра выдаётся жаркой, Локатор и Белуха капают друг другу на нервы, но Героиня первая уничтожает последний корабль товарища, радостно вскидывая руки вверх. — Видишь, какой у тебя проводник! — Обращается женщина к Есе и та высовывает язык, растягивая губы. Моряки медленно расползаются по своим местам и Белуха занимает свое место прямо в момент, пока в дверях не показывается Босатка, окидывая всех строгим взглядом. Судья затылком ощущает твёрдый настрой и фонящее от Героя недовольство. Если что, она тут не причём, Еси тут в помине не было и вообще, стажируется в другом городе. Второй день стажировки, к счастью, начинается весело. Уже достижение - Чтодер не отхватила пизды за какое-то неправильное действие при задержании контрабандиста и даже получает похвалу от Белухи! Босатка одобрительно кивает головой, уводя преступника на полицейский катер, приплывший минутой назад. Судья кусает нижнюю губу, стараясь сдержать самую довольную улыбку в мире - сотрудник полиции благодарит её за проделанную службу, когда узнает, что преступника словил не Босатка, а молодой Герой. Конечно же, под присмотром про-Героя, только сейчас это не играет роли. Еся учится. Учится быть Героем и спасать чужие жизни от опасности, когда они ловят преступников с оружием. По словам Босатки, обязана научится приводить людей в чувство и оказывать им первую помощь. Спрашивать про состояние человека, а потом успокаивать чужое сердце, готовое разорваться от ужаса или страха, боли и отчаяния. А ещё, с какого-то неземного чуда, Босатки приспичило запретить ей использовать причуду в воде и строго на строго плавать только в физическом теле, до тех пор, пока не появится новая угроза для берегов. Хотел посмотреть, как Еся существует без причуды - наслышался от Айзавы про её проблемы с выносливостью - и закаляться в слегка прохладной воде пойдёт бонусом. Чтодер мечтает заболеть бронхитом, пока раскачивается на воде туда-сюда, и откусить Босатке голову. Белуха весело хохочет, снимая свою униформу и показывая под ним Геройский костюм, похожий на водолазный, а потом лезет к ней. Чтобы скучно не было, и надо же им научить Судью быстро гребсти, на глубину в конце концов опускаться! Еся крутит пальцем у виска, не видя ничего смешного в том, что она как мокрая собака с недовольной мордой. Чтодер ещё по мелочи хереет от количества смельчаков, услышавшие новость о серии убийств Героев Пятном и все как один прут в Хосю. Злодей оказывается, местная звезда среди своих! Крутить уже третьего человека, пылающего желанием учудить какое-то Злодейство в зазвездившемся городе Еся устала, но плотоядно улыбается, когда морская полиция увозит преступника в порт. — А он автографы раздаёт? — Судья выглядывает из-за руки Босатки, которой он держит планшет с включёнными новостями Японии. Мужчина щурится, перекладывая планшет в другую ладонь и замахивается для хорошего подзатыльника, но рука просто режет воздух. Использовала причуду? Нет! Еся садится на корточки, а потом отпрыгивает на разных ногах в сторону, сдерживая горластый смех. Уворачиваться от чужой руки без Неприкосновенности становится легче и Чтодер невольно замечает, как рефлексы реагируют мальца быстрее, вспоминая давно минувшие времена, когда не увернуться было равно смерти. Не использовать причуду при любом удобном случае вызывает мелкий диссонанс, без своих способностей Еся никуда и они без неё не могут. На такой аргумент Босатка качает головой, осведомляя, что пусть она лучше готовится отвыкать от причуды. "— Ты могла сделать два лишних движения и увернуться без Неприкосновенности. Провокация и трата сил." — Тычет Судье в нос острым карандашом Босатка, разочек стукнув по лбу скорчившуюся в недовольстве стажерку. Без причуды, работать тихо, не делать лишних движений, всегда следить за чужими руками, ногами и дополнительными конечностями, если те присутствуют - Чтодер выучила это за три часа как стишок, из раза в раз крутя слова в голове. Вариантов не запомнить эти правила нет, Босатка как назло в самый неподходящий момент тренерует чужую память и за неправильный ответ, либо же долгое ожидание легонько заносит руку для затрещины. Есть две развилки событий, первое - сигануть в воду, ведь, как узналось, Босатка за ней в воду не пойдёт, второе - спрятаться за спину Белухи. Женщина защищает её, как родную дочь и Судья совсем немного этим попользовалась, пока при третьей проверки про-Героя не смогла скороговоркой ответить на чужой вопрос. Босатка довольно хмыкает, возвращаясь к прежним делам, от которых оторвался, а Еся быстро показывает ему язык в спину. С этого момента её, кстати, и отпустили в свободное плавание, наказав учиться быть Героем, пашить в новой обстановке одной и хуярить на все сто двадцать. Совет хорош, не придраться. Учитель из Босатки хорош, лучше подавайте Сущего Мика, от которого трещит голова. Лучше мигрень, чем седые волосы в пятнадцать лет! Босатка использует быструю человеческую адаптацию к новой обстановке, грозный рокот из горла, когда орёт, что трогать нельзя, а что лучше схватить покрепче и натренерованную для подзатыльников правую руку. Белуха рассказывала, как учились на борту местные Чип и Дейл - с какого-то там допричудного мультика бурундуки-спасатели -, но в умноженном на два количестве. Семейка механиков на ходу запоминала, как нужно ходить за спиной Босатки, если накосячил, где быстро достать ключ для детали мотора или в какой момент лучше притвориться мёртвым, чем появится у босса перед глазами. По мнению Белухи - хорошие времена, по мнению Еси - выездной дурном на лопастях и сумасшедшим психотерапевтом. Врача другого не дадут, переживите этого. За чашкой горячего чая - удивительно, но не черного, а приятно малинового привкуса -, при попытках согреться после шарахания в воду, Судья узнала пару историй о нынешних коллег с борта. Как Локатор руками тормозил катер на ходу, пытавшийся проторанить их корабль. Босатка был в сотне метров от собственного судна, дрался с предводителем Кракена, под рукой не было ничего, что могло бы сломать лопасти у мотора. Вот пришла в раненную головешку суицидальная мысль - руки сунуть и самому устроить временный привал. Причуда мальца уберегла, покрыв руки небольшим слоем металла, остался Локатор с пальцами, да правда шрамов нахватался на три года вперёд и одну лопасть в лицо получил. Есе показалось, что она попала на кружок групповой терапии бывших суицидников-Героев. От мысли, что иногда и ей придётся так жертвовать на языке стало горько. Неизбежно - принять и смириться единственный вариант. Несправедливо, что люди умирают из-за других или отдают собственную жизнь, чтобы какая-то тварь прожила ещё года три. Общество такое, жадное, требующее больше, чем ты можешь дать. Успокаивать чужие аппетиты тоже нужно, иначе сожрут и глазом не моргнув. В одиннадцать утра Еся смотрит, как мать одного дурака, решившего свернуть не на тот путь и барыжить чем не стоит, перевозя товар по воде, проклинает Босатку, замахивается ладонью, но не бьёт. Колени дрожат от страха при виде узких зрачков, кровь в жилах стынет от громкого дыхания. Много контробандистов, дилеров и террористов в море, особенно у крупных городов и там, где легко потерять на скорости катер. Одних никто не встречает в порту, не берут трубку родители, у кого родственники. Кто-то получает те, кому плевать на собственное чадо, а кто-то отбивается от собственной матери, что доказывает с пеной у рта - у неё самый хороший сын, не мог он такого сделать! Судья склоняет голову к плечу, не убирая упавших прядей с лица и пытается понять, что чувствует. Жаль, наверное, родителей, что положили жизнь на то, чтобы воспитать ребёнка, но стоя ещё глухо затворы, идущие с Есей рука об руку несколько лет. Эту жалость с трудом выкопала она для Ииды и то, сказать ему ничего не смогла. В Чтодер сейчас больше ненависти. Гнева к тем, кто провез оружие на берег или дурь. Хочется подойти к решеткам, за которыми эти черти сидят и спросить, стоило ли оно того. Люди порождают злость, потом ненависть и месть, тюрьму. Греют в душе затаенную обиду на всех, кого можно. Люди сами себе враги, общество само себя травит ядом. В этом человечество отвратительно и прекрасно. Глаза у Судьи застелает холодной пеленой, нечитаемым взором наблюдая, как мужчину в наручникаж наконец-то запирают в полицейской машине. Белуха глазами бегает по чужому лицу, отчего-то хмыкая слегка громковато. На приподнятую бровь Чтодер отмахивается, следуя за Босаткой на борт корабля и ни слова не скажет. Еся перемешивает кашу в голове, усердно сдерживая желания сгрызть щеку изнутри. Герои лечат общество - то раненное, дикое и которое они защищают своими делами, горячей кровью. Даже у лечащих причуд нет мгновенного исцеления, заживление происходит медленно и долго, с осторожностью. Одно неверное движение - рана разойдется хуже прежнего. И даже не смотря на неосознанное сопротивление людей меняться, принимать что-то новое или отдавать столько же, сколько Герои, раны все рано заматывают крепким бинтом, даже если у самих Героев нет головы на плечах.