Пробуждение Джека.

Джек открыл глаза и, как во всех триллерах, оказался в совершенно чужом месте. — Где я? — спросил он. Никто не ответил. и это его не удивило, потому что он был совершенно один в комнате, похожей на детский рисунок. — Какого черта? — это был второй вопрос, который он задал. Причиной тому стали наручники, которые были у него на обеих руках и благодаря которым он мог очень долгое время находиться на своей кровати в лежачем положении. — Я в сексуальном рабстве? — спросил он себя. И снова никто не ответил. Все здесь начало его раздражать. это нежелательное чувство одиночества и яркие краски вокруг. — Я на детском празднике? — снова спросил он себя И как же вы, мои дорогие друзья, согласились, ему никто не ответил. он сидел и ждал, когда кто-нибудь придет и сможет убедить его, что он послушный мальчик (или что-то в этом роде) и он покинет это место. — Эй-эй! — крикнул он. — Вытащи меня отсюда, я хочу есть. Никто не ответил. Снова. — Эй, освободи меня по-хорошему, или тебе конец. — кричал он агрессивно. Его желания для кого-то сбываются. дверь отворилась, и в его комнату вошла молодая, стройная, высокая девушка, светлокожая, с длинными пепельными волосами и голубыми глазами. — Эльза! — он ужаснулся, когда увидел ее. — Да, это я, — ответила она, зайдя внутрь. — Будете ли вы суп из морских гребешков, Джек? — Я поем? — он ответил вопрос на вопрос. — Да, единственная проблема в том, что я не умею пользоваться руками. — Это не проблема, — Эльза подошла к нему, поставила суп и села рядом. — Пока ты не придешь в норму, я буду твоими руками. — А если я захочу в туалет? — растерянно спросил Джек. — Я не раз меняла тебе подгузники, пока ты спал, но скоро все будет хорошо, — заверила она, подавая ему ложку с супом. — есть. Джек с подозрением посмотрел на суп. — Ешь, это очень вкусно, — настаивала Эльза. — Верю, но я не голоден, — сказал он, стараясь не слишком широко открывать рот. В этот момент из его живота в виде урчащего звука появилась родинка. Об этом говорили у всех народов мира и во все времена, что человеку хочется есть. — Это канализация засорилась, — сказал он с легкой долей веры, что в него кто-нибудь поверит. — Джек, скажи это кому-нибудь другому, — сказала она. — А пока ешь свой суп. — Нет. — Пожалуйста, Джек, съешь суп. — Нет. — Джек, ешь свой суп. — Нет, он продолжал отказываться. — Джек, перестань вести себя как ребенок, — настойчиво попросила его Эльза. — Я ребенок, — хихикнул он. — Вчера ты был самым взрослым человеком, а теперь видишь себя ребенком, — уверенно и с некоторым разочарованием сказала Эльза. — Мне плевать на твои слова, — воскликнул он. — Я тебя ненавижу! Для Эльзы эти слова были болезненными. У Джека эти слова были решительными и уверенными, как и он сам. — Ты можешь сколько угодно меня ненавидеть, но я не желаю тебе зла, — сказала Эльза. — Докажите мне это, — сказал он. — Ну, начнем с того, что ты жив, — сказала она. — Вот и все? — его глаза смотрели на наручники. — Джек, это для твоей безопасности. — сказала она. — И за твои похотливые мысли, — упрекнул он ее. — Что? Нет! — Если нет, объясни мне, что произошло? — спросил он ее. — потому что я ничего не помню. — Серьезно? — удивилась Эльза. — Да, — он кивнул. Эльза была в восторге от слов Джека. Немного подумав, она решила рассказать все как есть. — Ну, все началось с…