Глава 1. Чёрный цвет вам к лицу

      Каково это - впервые возвращаться домой, который тебя встретит неизбежной, звенящей тишиной, одиночеством и болью потери? Лэйн этого еще не знала, однако раз за разом прокручивала бесконечный ворох мыслей, ведь жирная точка в отношениях была поставлена, и путь к отступлению отрезан. От тягот этих дум каждый шаг в сторону дома давался сложнее, будто подошва туфель увязала в тягучем асфальте, а каблуки наливалась бетоном. Безостановочно барабанящий по цветастой поверхности зонтика дождь, ветер, ловко пробирающийся сквозь плотный кожаный тренч и морозом обжигающий разгоряченное тело, разметающиеся от каждого сильного порыва тёмные волосы – погода вторила состоянию её души. Ещё никогда на ее памяти сентябрь не был таким холодным.       Лэйн стояла в дверях своей квартиры, а потерянный взгляд темно-карих глаз то и дело скользил по пустым стенам ее такой любимой квартиры, еще совсем недавно пестривших яркими постерами и фотографиями. Теперь этого не было, сохранились лишь узоры обоев в мелкую крапинку. Захлопнув за собой дверь с тихим характерным щелчком и прижавшись к её холодной поверхности спиной и затылком, девушка тяжело вздохнула. Она поставила сумочку на небывало пустую навесную тумбу – та обычно была густо завалена хламом. Сейчас же на ней лишь сумочка, флакон парфюма и ключи Лэйн. Нос щекотал все ещё родной запах мужского одеколона, однако, увы, принадлежал он ныне чужому для нее человеку. И права, как и желания называть его «своим» у девушки больше не было. Хотя недавно все было иначе. Но сегодня он, с вещами наперевес, покинул двери её квартиры. В этот раз - навсегда.       - Так, Лэйн! Прочь слезы! - вдохновляюще пробормотала она себе, скидывая с ног изрядно надавившие за день туфельки. Красивые, изящные, ужасно дорогие, но и чертовки неудобные! И чем она думала, покупая заведомо меньший размер? Видимо лишь о том, как они прекрасно сидели. Минуя гостиную и осторожно пройдя в спальню, она ахнула и оперлась плечом о дверной косяк. Какой же хаос царил вокруг! На глаза то и дело попадались небрежно разбросанные вещи - пол буквально устилали элементы её гардероба. - Ты так спешил, сбегая от меня, что не удосужился вернуть мои вещи на место в шкаф? Сам их выкинул оттуда, а убирать мне? Сошлась же однажды с таким неряхой! - Лэйн зло пнула одиноко лежащий свёрток, коим оказалась её любимая зимняя куртка. Вся обстановка в квартира выглядела так, словно в ней ни одни сутки бушевал ураган. Сейчас же осталась тишина и разруха после бури.       Девушка устало присела на край кровати, присмотрелась к месту, где ещё виднелась вмятина от его тела. Она провела кончиками пальцев по прилично скомканной, уже не хранившей его тепло, простыне. Отчаянно захотелось сдернуть её, простирать так, чтобы навсегда стереть его запах, ставший родным за два года их отношений, а также перевернуть несчастный матрас, чтобы эта вмятина пропала хотя бы с ее глаз. Она готова потратить всю бутылку едко-пахнущего кондиционера для белья, лишь бы ничего в этой квартире больше не напоминало о нем! На прикроватной тумбочке с его стороны по обыкновению стояла её любимая чашка из бабушкиного сервиза с остывшим чаем, который он всегда заваривал перед сном, но засыпал прежде, чем вспоминал о нем. Девушка каждое утро ругалась, оттирая темные кольца с поверхности чашки. И почему он никогда не брал другую кружку, попроще, не обладающую историей и раритетной ценностью?       Лэйн подошла к окну, распахивая форточку - внезапно от накативших эмоций ей стало очень душно, и дышать - в сто крат тяжелее, будто из легкий выбили весь воздух. Ветер, бесцеремонно вторгаясь в квартиру, разбросал по полу стопку бумаг с её туалетного столика. В основном, это были коммунальные счета, но среди них - их общее фото, так и не поставленное в красивую рамку, ведь Лэйн постоянно было не до этого. Она шепнула, глядя на снимок: «Я ведь старалась…». Почему-то слезы совсем не щипали глаза, как будто Лэйн уже давно смирилась с неизбежностью их расставания, и боль была приглушенной. Стыдно, что даже такие эмоции, как головокружительная любовь и боль разочарования притупляются быстрее, чем зарождаются.       Лэйн сменила строгую юбку-карандаш и скользящую по коже шелковую блузку на любимую объемную толстовку с вышивками на рукавах, джинсовые шортики и мягкие махровые носочки. Девушка устало вздохнула, принимаясь за уборку: стирка постельного белья с обильным количеством порошка и кондиционера, наведение порядка в шкафу с избавлением от оставшихся его вещей, например, пары носков, которые он сам запинал под кровать и уже год благополучно о них не вспоминал. Лэйн лишь покачала головой, смяла носки комком и отправила в мусорное ведро как очередное воспоминание, которое не нужно сохранять. Ее телефон завибрировал, заставив девушку, погруженную в перебирание своих носков в выкатном ящике, нервно дёрнуться на месте. Она надела беспроводные наушники и приняла звонок.       - Ой, Аня! - довольный голос Лэйн, наконец, прорезал тишину. Общение с подругой ей было очень необходимо. Тем более, что та была осведомленной о разладе в паре и скором расставании едва ли не лучше самой Лэйн. - Как раз вспоминала о тебе, - голос её потеплел, впервые за день появилось живое звучание.       - Так, ты не плачешь? Это уже хорошо. Только не говори, что вы опять помирились! Очередной раз ваше воссоединение я не переживу! Пощади мои нервы! - на том конце провода послышался недовольное цоканье языком. Лэйн была уверена, что сейчас иссиня-голубые глаза Ани закатились в раздражении, а тонкие брови изумленно изогнулись.       - Успокойся, не скажу. Напротив, он собрал свои монатки и ушёл восвояси. Я вернулась домой с работы, а его и след простыл, только ключи от двери моей квартиры в почтовом ящике оставил. Даже свой брелок, подаренный мной, с ключей снял, скупердяй! Так что, все, пары Лэйн и Кирюша больше нет!       - Боже, наконец-то! Туда этого тюбика! Пусть катится колбаской, - смех Лэйн звоном прокатился по комнате - такая реакция Ани была более, чем ожидаемой. - Хочешь, я приеду, если тебе тяжко?       - Милая, тебе из Серпухова ехать целую вечность, а, если мне не изменяет память, завтра ты работаешь с раннего утра. Так что, пожалуйста, сиди спокойно дома! И со мной все в порядке, если не говорить о том, что он устроил тут Армагеддон, который мне предстоит убирать весь вечер.       - Что? Он еще и насвинячил перед уездом? Он мне никогда не нравился. Видишь, не просто так, - подруга перестала сдерживаться в нелестных выражениях, да и как, как ни вспомнить о бывшем парне подруги без негативного комментария?       - Не то слово! Ань, ты лучше приезжай на выходные с ночёвкой, как в старые добрые времена. Только в этот раз вместо сладкой газировки возьмём чего-нибудь покрепче, - девушка осторожно уложила стопку вещей на полку в шкафу, придирчиво и с прирождённым перфекционизмом оценивая, ровно ли утрамбовала многочисленные брюки и юбки, которые были куплены также под чётким руководством Ани. Лэйн пыхтела, старательно разглаживая каждую складочку.       - Смотри, завтра пятница, так что в субботу, если ты не занята, я могу приехать. Тем более, у меня столько сплетен подготовлено, а обсудить не с кем! Уши завянут, дорогуша! Вот надо было тебе переехать от меня в такую даль? Нет, чтобы как раньше - в одном доме... – Мечтательным тоном протянула подруга.       - Ну уж нет, я не готова снова ездить на работу по три часа. Тем более, ты же знаешь, Романов за каждую секунду опоздания плешь проедает, - Романовым Лэйн называла за глаза своего начальника - Бориса Романова - симпатичного, молодого, но бесконечно строгого. - Скряга. Такой он правильный, до абсурда.       - Погоди, так ты же говорила, что он адекватный. По крайней мере, лучше того старикашки, которого ты на дух не переносила. Даже защищала Романова перед престарелыми коллегами. Когда же твоё мнение о нем так изменилось?       - Не прям изменилось... просто он сегодня за опоздание на одну несчастную минуту отчитывал меня так, как будто я... блин, не знаю... Коммерческую тайну выдала конкурентам! Ну что я поделаю, если автобус заглох, и я потратила драгоценные минуты на ожидание. А все утро цапалась с… Ну, ты понимаешь, – с губ невольно сорвался тяжелый вздох, - Ань, тебя так Дима ни разу не отчитывал, ни за одну провинность, как меня Романов, - в голове обеих невольно всплыли воспоминания, когда гиперответственный брат Ани их мог часами отчитывать то за позднее возвращение, то за пачку сигарет, то за запах алкоголя от подруг... и этот список можно было бесконечно продолжать. - Только Романов это делает с такой доброй улыбочкой, без криков! Однако тебя такое глубокое чувство вины пожирает… Невозможно!       - А ты не думаешь, что он просто заботливый и ответственный? Но явно не плохой. По крайней мере, если вспомнить все твои многочисленные рассказы...       - Он неплохой, да. И как руководитель – цены нет, - Лэйн непроизвольно сжала пальцами мягкий шифон юбки, которую складывала на коленях, оставив на ткани заломы, - Наверное, стоит злиться не на него, а на себя. Он-то в моих опозданиях не виноват.       - И ты не виновата. Вини своего Кирилла! Точнее, уже не своего.       Девушки за разговором провели несколько часов кряду, незаметно, на одном дыхании, говоря обо всем и ни о чем. Время от времени заливисто хохотали, продолжая шутки друг за другом и вспоминая беззаботное прошлое, а порой замолкали с невысказанной тоской. За это время Лэйн успела разложить все вываленные вещи по полкам, развесить излюбленные платья и костюмы на пластиковые вешалки, подготовив заодно и одежду на завтра - расставание расставанием, а работу никто не отменял. Она долго не могла выбрать юбку, но все-таки остановила свой выбор на серой юбочке в едва расчерченную клеточку, которую Кирилл не позволял ей носить. Он считал, что с её высоким ростом просто недопустимо надевать юбки такой длины - лишь ниже колен, иначе мужчины будут слишком явно засматриваться на её длинные ноги. И также он был против, чтобы она носила черные водолазки. По его мнению, они ее не красили, а черный цвет и вовсе на ней не смотрелся. Хотя Аня, как самый придирчивый стилист, наоборот всякий раз делала комплименты этим элементам гардероба, и просила девушку так одеваться почаще. Назло ли ему, или просто потому что эти вещи долго лежали без дела, выбор пал на них. Она прошлась по ним отпаривателем, чтобы ни единой складочки, способной испортить образ, не было.       Девушка достала вещи из стиральной машины, придирчиво повела носом, вдыхая аромат "Чарующего лотоса", и, удовлетворенно кивнув, направилась развешивать их на сушилке. Сейчас уборка действовала лучше медитации, хотя раньше, когда её в это время дергали и просили совета, каким спреем мыть раковину, а каким - плиту, все внутри горело синим пламенем, и она взрывалась от злости. Но теперь она предоставлена лишь себе, и темп уборки задавала самостоятельно. Из умной колонки звучали какие-то популярные песни с битом, заставляющим временами покачивать бедрами или взмахивать руками, а иногда и напевать бессмысленный текст. Давно процесс уборки не приносил столько удовольствия, когда под конец весь дом благоухает обилием разных запахов от потолка до пола, зато более ни одна деталь не выбивала Лэйн из равновесия.       И, наконец, перед сном она могла вдоволь понежиться в ванной с пышной пеной и эфирными маслами, а уже в постели почитать любимый детектив, а не выслушивать раздраженное и раздражающее: "Ленка, выруби свет! Я не могу уснуть!". Однако вчитываться в текст не удавалось – сюжет ловко увиливал, ведь мысли снежным комом множились в голове. Пока Лэйн не понимала, как ей относиться к сложившейся ситуации, к этой внезапной свободе - в этом опустошение или же благодать? С одной стороны, девушка ощущала небывалое спокойствие, ведь теперь не нужно оправдывать выбор диффузора, который не нравится твоему партнёру; ты вольна выбирать сама, хочешь ты выпить перед сном чашку мятного чай или бокал вишневого вина; тебе не нужно спорить за выбор фильма перед сном, ведь он так ненавидит сопливые мелодрамы, а тебя тошнит от глупых ужастиков. Но с другой стороны - спать во внезапно слишком пустой, холодной постели совершенно одной, завтракать не за беседой, а в тишине… Все ощущалось странным и незнакомым, и вместе с тем - пугающим. Однако, жизнь не стоит на месте, и порой нам лишь остается поспевать за быстрыми шагами времени. Правда, за те три месяца, когда их отношения накалились до предела, и пара больше напоминала вынужденных сожителей, чем влюблённых, Лэйн уже привыкла засыпать в опустевшей кровати или на диване в гостиной, разогревать ужин только для себя, проводить свободное время одной. Но сегодня изменилось ключевое - в соседней комнате больше никто не дышит, не шумит и внезапно не потревожит её, не придет к ней за порцией нежности. Поэтому чувство пустоты все равно на неё обрушилось вместе с непрошенными слезами, обжигающими щеки. Дрожащие пальцы смахивали слезинки.       - Почему ты плачешь, дура? - она злобно прошипела на себя за эту слабость. – Ты знала, что все к этому идет. Не реви! Перетерпи, - закрыв холодными ладонями глаза, Лэйн старалась размеренно дышать. "Вдох – выдох, и повтори". Она осталась одна со своими мыслями, и в этой пустоте, казалось, таились одновременно и опасность, и исцеление. Она медленно отвела ладони от глаз и позволила взгляду блуждать по мрачным углам комнаты, где прошлое, набухшее болью, еще не ушло. Она знала, что с рассветом станет проще, а через пару дней сердце не будет так болезненно сжиматься от упоминаний о некогда большой любви. Нужно только подождать. Время лечит и глубокие раны, стало быть, этот незначительный ушиб быстро перестанет кровоточить. Она вновь взяла раскрытую книгу, перевернутую вниз страницами, чтобы не потерять разворот, где внимание ее покинуло, и вновь погрузилась в чтение – вдумчиво и внимательно.       Утро наступило быстрее, чем хотелось. Лэйн с трудом разлепила глаза - все-таки оторваться от страниц книги она смогла лишь к двум часам ночи, когда стало очевидно, что убийца - садовник, а уже в шесть утра, когда ленивые солнечные лучи пробивались в щель меж плотных портьер, её разбудила ненавистная трель будильника.       - Завтра выходной, потерпи... - пробормотала она себе, ожидая, когда капельная кофемашина оповестит о готовности спасительного напитка. Без чашки обжигающего, отвратительно-горького кофе, день она не начнёт - глаза то и дело будут слипаться, а руки - все ронять. А пятница обещает быть весьма сложной.       Аппетита не было, поэтому, сделав пару глотков кофе, девушка поспешила приводить себя в порядок. Яркие тени и алые помады она не признавала, зато от чётких стрелок отказываться не собиралась. Несколько штрихов консилера под глаза - и следы ночного чтения исчезли. Подчеркнув красоту тёмных глаз изящными «лисьими» стрелками, Лэйн принялась расчесывать длинные темно-шоколадные волны волос, любуясь их блеском в рассветных солнечных лучах. Надев чёрную вязаную водолазку и короткую юбку-шорты, она довольно осмотрела себя в зеркало в полный рост в коридоре, крутанувшись на месте и подтягивая тонкий капрон колготок.       - М-да, Кирюша, кусай локти! - она игриво улыбнулась своему отражению, но тут же грусть отразилась влажным блеском в ее взгляде. В зеркальном отражении промелькнули воспоминания, как она поправляет волосы, а он трепетно обнимает её со спины, утыкается носом в шею и умоляет её хоть разок забить на работу и вернуться в постель. Девушка даже испуганно обернулась, но, как и ожидалось, позади никого не оказалось. - Так, уйди из мыслей! - грозно буркнула она, затягивая ремешок на туфельках, и помолилась, что стертые в кровь пятки, заклеенные несколькими пластырями, не дадут о себе знать. Надев излюбленный кожаный плащ и потуже затянув пояс, она вновь придирчиво осмотрела себя в зеркало и, наконец, покинула квартиру.       Офис встречал приятной прохладой кондиционера, запахом прогорклого кофе из автомата и несмолкающим гулом спешащих на работу сотрудников. В воздухе витал лёгкий запах бумаги и тонкий шлейф духов. Привычно поднявшись на четвёртый этаж на лифте, Лэйн прошла в большую аудиторию, заставленную столами. Помещение просторное, но кажется тесным, ведь каждый метр занят рабочими местами и людьми, увлечёнными работой. Вдоль стен тянулись ряды столов с компьютерами, разделённых низкими перегородками. На мониторах открыты таблицы с цифрами и диаграммы, письма, страховые полисы. В единую симфонию смешивались звуки: стук пальцев по клавиатуре, короткие телефонные разговоры, тихие обсуждения и смех у соседних столов. Пятница всегда была суматошной даже в утренний час: отчёты, согласования, дедлайны. Лэйн, пройдя к своему излюбленному месту - у окна, поставила сумочку и бумажный стаканчик с кофе на стол, привычно включила монитор и, сев на приветственно поскрипывающее кресло, принялась проверять рабочую почту, рассортировывая письма по папкам. Письмо от руководства, директора, куратора ее отдела… Работы – непочатый край!       - Коллеги, доброе утро! - весь гул аудитории мгновенно стих, когда низкий бас громом прокатился по кабинету - вошёл Борис Романов. Он стоял в дверях, как обычно – совершенный: идеально выглаженная голубая рубашка под цвет его глаз, элегантный, с иголочки, черный костюм, однотонный галстук с неброской вышивкой, дорогие часы, поблескивающие на запястье, лёгкая непринужденная улыбка. Светлые, аккуратно уложенные на бок волосы дополняли собранный образ человека, который никогда не спешит. В руках он сжимал папку с документами, - Уважаемые эксперты, через двадцать минут ожидаю вас в своём кабинете на традиционном пятничном совещании. Пожалуйста, подготовьте отчеты.       - Ругать будете, Борис Викторович? - со смехом отозвался один из экспертов. Несколько нервный хохот разошёлся по кабинету. Лэйн лишь показательно закатила глаза от акта неуместного ребячества.       - Как знать, - задумчиво приложив палец к губам, произнес Борис. - Кого - ругать, кого - хвалить, - в этот момент их с Лэйн взгляды будто случайно пересеклись - холодная сибирская морозность его глаз и теплая шоколадная нежность её. Девушка чуть смущённо опустила голову: а её хвалить будет? Или ругать тоже? Лэйн лишь сдержанно кивнула, и, пальцем машинально поддев тонкую цепь на шее, принялась перечитывать свой отчёт за неделю. К сожалению, она ожидала, что совещание окажется напряженным, так как неделя выдалась не из простых - шквал критики от клиентов компании в связи с большим количеством задержек в выдаче направлений на проведение ремонтных работ транспортных средств. И, увы, ее отдел на этой неделе демонстрировал совершенно неутешительные результаты. Была ли в этом ее вина? Она что-то упустила, пытаясь одновременно и в личной жизни преуспеть, и в рабочей сфере не ударить в грязь лицом?       В кабинете Бориса был такой же безукоризненный порядок, как и в его внешнем виде: светлые стены без безвкусного обилия картин, аккуратные, ровные стопки документов, будто выверенные по линейке. Небольшой стол у панорамных окон, за которым стоял тихогудящий раскрытый ноутбук - рабочее место Бориса, а также большой овальный стол, за которым сейчас усаживались эксперты, нервно сжимающие в руках распечатанные отчёты. Атмосфера в воздухе витала тяжёлая, практически осязаемая, ведь каждый знал, что совещание в пятницу редко оканчивается на позитивной ноте, а уж об отсутствии споров и мечтать нечего. Каждый зачитывал отчёт по проведенной на этой неделе работе в своём отделе, на что Борис удовлетворенно кивал и делал краткие заметки в ежедневнике, давая свой комментарий или задавая уточняющие вопросы. Лэйн слушала отчёты вполуха и ловила отдельные, вырванные из контекста фразы, устремив взгляд в окно и думая о чем-то своём. За окном проплывала дымка белых облаков средь нагромождения грозных туч.       - Спасибо за отчет, Григорий, - Борис кивнул смуглому молодому мужчине, который закончил зачитывать свой документ с подробными объяснениями, на что Борис мог лишь кивнуть. Он перевел взгляд на девушку, сидевшую по соседству. - Далее, Елена... – заприметив ее отсутствующий взгляд и нулевую реакцию на свое имя, он повторил громче. - Елена, вы с нами? - Её уха коснулся низкий голос Бориса, вмиг вырвавший из водоворота мыслей. Девушка тут же встрепенулась, повернув голову в сторону блондина.       - Извините, заслушалась и задумалась. Моя очередь? – Лэйн нервно отвела от лица одинокий локон, заправляя его за ухо. Борис на её реплику сдержанно кивнул, опираясь ладонью о край стола позади себя. - В моем подразделении сейчас основная проблема - задержка в сроках выдачи направлений на станции технического обслуживания. Увы, за эту неделю у нас огромные показатели недовольства среди клиентов. Это негативно сказывается на работе каждого сотрудника, поскольку поступает много писем с жалобами. На этой неделе отмечен сильный рост досудебных обращений, даже в сравнении с предыдущей неделей, например.       - Да, Елена, об этом, увы, я наслышан, в том числе от сотрудников вашего подразделения, а также смежных, - он бросил на неё прищуренный взгляд. - Как мы сможем решить данную проблему? Мы ведь не пустим это на самотек, так?       - К сожалению, ситуация не на нашей стороне, Борис Викторович. Решать проблему нужно комплексно. Часть направлений была отклонена самой станцией в связи с невозможностью выполнения ремонта, и время уходит на поиск той станции, что готова взять транспортное средство. А другая часть дел зависает на моменте уточнения цен за ремонт. И мы не можем повлиять на это, - Лэйн без конца смотрела в отчёт, что не ускользнуло от проницательного Бориса и его хмурого взгляда. Неузнаваемая... Он никогда не видел девушку столь несобранной, рассеянной. Она всегда приходила на совещания заряженной, козыряя фактами и фонтанируя идеями. Но сейчас... как будто от прежней Елены была лишь её тень...       - Я понимаю, но для клиента все эти задержки – слабый аргумент. И вина только наша. Для них это все - пустое затягивание с нашей же стороны, и их не особо интересует, с чем и кем связана проблема, - жестко отрезал он, а его взгляд недобро сверкнул. Все эксперты были готовы к спору между ними - без этого не проходило ни одно совещания. И, очевидно, Борис тоже был в ожидании. Он надеялся своими репликами зажечь огонь в ней.       - Борис Викторович, - Лэйн поднялась с места, ладонями упираясь в стол, - станция поднимет цены, и начнётся переписка, возвраты, недоплаты. В данном случае только мы-же и потеряем больше, - девушка подняла голову. - И речь не только о денежной выгоде, но и о нашем времени. Нам и так сейчас поступает все больше тревожных звонков, следовательно, мы тратим время на совершенно лишние телодвижения, когда могли бы получить больше профита и тратить время на более важные задачи, не так ли?       - Но, Елена, вопрос нужно как-то решить, и, к сожалению, мы не располагаем достаточным временем для того, чтобы на проблему не обращать свое внимание. Ведь дальше - больше.       - А её игнорировать и не следует. Как вы и заметили - это приведёт к увеличенному количеству звонков и сообщений в чатах, а, насколько я знаю, отдел по работе с клиентами на этой неделе и так работает сверхурочно. У нас сейчас уже проседает главное - лояльность клиентов.       - Тогда... - Борис призадумался, не сводя глаз с нее, - Елена, я что-то не улавливаю в вашей речи решения вопроса, - Борис снял пиджак, аккуратно повесил его на кресло и, повернув голову в сторону Лэйн, ожидал продолжения. И она продолжала.       - А я только подвожу к нему, Борис Викторович, - на её губах вспыхнула улыбка - мягкая и хитрая, - нам необходимо уведомить клиентов о данных… скажем так, непредвиденных обстоятельствах. Это можно сделать смс-рассылкой - быстро и современно. Да, одномоментно это может вызвать шквал критики и негодования, но, так, как это лишь временная мера, впоследствии мы решим, как лучше поступить, когда увидим реакцию со стороны клиентов. Я могу подготовить необходимый скрипт для сотрудников отдела по работе с клиентами, дабы наиболее доходчиво и просто обрисовать ситуацию, чтобы у клиентов не осталось ненужных вопросов. А так как отдел по работе со станциями уже уведомлен о проблемах, будем ожидать и от них решения в приоритетном порядке. Таким образом, держим руку на пульсе и решаем вопрос комплексно.       - Мне нравится ваш подход, Елена! - Романов довольно хлопнул ладонью по кожаной обложке ежедневника, следом сделал пару пометок. - Тогда я сегодня обсужу данный вопрос с руководителями обоих подразделений. Елена, вечером от вас жду скрипты. Подойдите ко мне к концу рабочего дня. Управитесь? - его глаза блеснули уверенностью.       - Не сомневайтесь! Я не подведу! - заверила Лэйн. Ее даже задело, что Борис засомневался в ней и ее профессионализме. В моменте все эксперты выдохнули – спор этих двух никогда не переходил в неконтролируемый конфликт. Наоборот, они всегда находили компромисс слишком быстро, понимая друг друга будто бы с полуслова. Борис всегда был с коллегами на одной волне, оставаясь очень мягким и лояльным руководителям: он внимательно слушал, по мере своих сил помогал, не осуждал за возникающие ошибки, а помогал в решение проблемных ситуаций. Но с Лэйн связь ощущалась более крепкой – не раз они вместе решали проблему, висевшую больше месяца грозовой тучей, в мгновение ока. И всегда результат был выше всяких похвал. Эксперты лишь удивлялись, как гармонично работает этот тандем - без лишних слов и слаженно, как хорошо отрегулированный механизм.       - Всем спасибо за информативное совещание, коллеги. По острым вопросам, надеюсь, мы всё тщательно обсудили и движемся к решению, чтобы уже на следующей неделе пожинать плоды наших усилий. Всем желаю хорошего рабочего дня перед выходными. Благодарю! - совещание всегда завершалось подбадривающими аплодисментами друг другу. Коллеги обменивались одобрительными взглядами и шутками. - Елена, задержитесь на пару слов, пожалуйста.       Девушка несколько занервничала, опустившись обратно на свое кресло, внезапно ставшее неудобным. Пальцы перебирали документы – это действие заземляло взволнованную девушку. Сердце замирало, пока коллеги один за другим покидали кабинет, кидая в ее сторону беспокойные, озабоченные взгляды. Дверь, наконец, закрылась за последним выходящим, и в помещении установилась долгожданная тишина. Борис подошёл ближе, опустился на соседний стул и обратил на неё внимательный взгляд, подперев кулаком подбородок. Лэйн ощутила лёгкий аромат его парфюма - свежий, морозный. Аромат под стать ему!       - Что-то не так, Борис Викторович? – Несмотря на внешнюю спокойность, голос девушки дрогнул. Невольно в голове строились самые страшные развития событий, однако мягкая улыбка мужчины, спокойный взгляд и расслабленные брови не сулили чего-то плохого.       - Все в порядке, Елена. Вы слишком напряженная. Расслабьтесь, пожалуйста, я вас задержал не для выговора. Просто обратил внимание, что вы всю неделю были словно взвинченной немного, поникшей. В общем, сама не своя. А сегодня вы и вовсе кажетесь потерянной. Вы так сильно переживаете из-за возникшей ситуации в вашем отделе? - его мягкий взгляд задержался на её пальцах, что нервно прокручивали ручку. Этот жест ему был знаком - он видел его всякий раз, когда она перед ним нервничала на совещаниях.       - Я... - Лэйн осеклась. А как ему ответить? Он начальник, и ему должно быть плевать на неурядицы сотрудника. Она, в первую очередь, специалист, профессионал в своём деле. А уже во вторую очередь - человек со своими проблемами. И она совсем не хотела жаловаться, что переживает расставание. Точнее, не хотела жаловаться именно ему. - Я в норме, просто возникли определенные жизненные неурядицы.       - Если вам потребуется дополнительный выходной... - он не успел договорить, как девушка грубо прервала его.       - Напротив! Сейчас мне лучше погрузиться в работу с головой. Это отвлечет от проблем, и я быстрее приду в прежнее состояние. Извините за беспокойство, но мои проблемы не отразятся на моей работе, - Девушка стыдливо опустила взгляд. Она все еще винила себя в возникших ошибках. Должно быть, не доглядела, допустила непростительную промашку, а страдают и коллеги, и иные подразделения.       - Елена, все мы люди. Не нужно чрезмерно храбриться и взваливать на себя все. Я вам доверяю, и, надеюсь, вы не лукавите, говоря, что у вас все в порядке. Но если потребуется моя помощь - вы знаете, где меня найти. Тем более, вы же понимаете, что все рабочие проблемы – временные. Мы не раз их решали совместными усилиями, и выходили из боя с высоко поднятой головой. Этот раз не станет исключением. Повторюсь, я вам доверяю. Вы ни разу не подводили и не обманывали мое доверие.       - Благодарю за теплые слова, Борис Викторович, - она подняла полный искренней благодарности взгляд. Такие слова услышать от директора – приятная редкость. Хотя Борис не скупился на похвалу, если коллеги предлагали что-то уникальное. - Я, пожалуй, пойду работать. Вечером предоставлю вам скрипты, - Лэйн встала со стула и на негнущихся ногах поспешила к выходу. Ее одолевало смятение – она чувствовала, что недостойна эти добрых слов. Сейчас ей хотелось одного – оправдать это уважение. - Непременно буду ждать. И да, Елена, - девушка остановилась, удерживая ладонь на дверной ручке, - Никогда не видел вас в подобном образе. Черный цвет вам к лицу.