Глава 3

      Гермиона сладко потянулась в своей кровати. Эти минуты истинного наслаждения отпуском предвещали отличный день, и она была совсем не прочь немного сдвинуть привычный режим в пользу неторопливого подъема. Она откинула одеяло и первым делом взяла в руки палочку.       — Акцио заколка! — Полушепотом испытала она заклинание. Действия не последовало. Магия по-прежнему была недоступна. Она слегка расстроилась, но пообещала себе не дать ничему испортить этот отдых. Пэнси на другой половине кровати спала беспробудно, разметав по подушке иссиня-черные пряди. Гермиона не стала ее тревожить. Она только раскрыла шторы, чтобы впустить в комнату магию утра. Буря ночью была сильная и долгая. Снега намело по колено — это в два раза больше, чем было изначально. Он искрился и ослеплял, словно лезвиями проникая в радужки глаз и заставляя веки сомкнуться от режущей боли.       «Красиво, но как же неприятно», — подумала она про снег, но невольно вспомнила Малфоя, который этой ночью спал в их гостиной. В ее глазах он был тем же противным и надменным слизеринцем. Может, чуточку терпимее его предыдущей версии. Когда она вышла в гостиную, парни уже не спали.       — Доброе утро, Гермиона! — Радостно выпалил Рон. Судя по всему, делить одну комнату с Малфоем удавалось ему с большим трудом.       — Доброе! Как спалось? — Спросила она, метая взгляды то на друга, то на Драко, который так и не удосужился повернуться и поприветствовать ее.       — Отлично! На новом месте мне всегда крепко спится, а тебе? — спросил в ответ Рон.       — Мне вро…— начала говорить Гермиона, но ее нагло перебили.       — Конечно тебе отлично спалось. Думаю, это было слышно даже в Лондоне. — Послышался мрачный сарказм от Малфоя и Гермиона разглядела, что он прижимал ко лбу пакетик со льдом.       — Что, похмелье? — Злорадствовала она.       — Грейнджер, убавь сонорус, ради Морганы, — Драко простонал и завалился на бок.       Из кухни потянуло чарующим, великолепным ароматом. Гермиона даже в жерло вулкана за этим запахом была готова отправиться, поэтому, бросив Малфоя в похмельной агонии, она пошла на кухню. Там Рон варил в турке кофе. Это она его научила однажды, но кажется, ученик превзошел учителя.       — Если ты сейчас же не нальешь мне это волшебство в кружку, я за себя не ручаюсь, — улыбалась она другу.       — Потерпи немного, еще не все готово, — Рон смущенно потер мочку уха, — а где остальные?       Гермиона хотела уточнить время, но настенные часы стояли. Стрелки замерли на одиннадцати часах и пятнадцати минутах вечера.       — Я пойду, разбужу их. — сказала она, все еще косясь на свежесваренный кофе.       Самая первая спальня от кухни была ее и Пэнси. Гермиона тихо вошла, обнаруживая, что девушка до сих пор спит сном младенца. Даже позу не меняла.       — Пэнси, вставай, доброе утро! — Она пошире раздвинула шторы и всю комнату залило ярким теплым светом, — Подъем, нас ждет потрясающий кофе.       Реакции не поступило. Гермиона мысленно позавидовала такому крепкому сну и решила пока разбудить Гарри с Джинни. Прежде, чем зайти к ним, она постучала в дверь, но не услышав ответа, заглянула в комнату.       — Так вот как на всех действует горный воздух! Уже почти обед, просыпайтесь, сони! Рон там над завтраком колдует. — И снова ее реплика осталась без внимания. Они оба мирно спали: Джинни — положив голову на плечо мужу, он — обнимая во сне ее животик.              ***              Малфой встал с дивана, морщась в болезненных муках, когда в гостиную вошел Рон с подносом сендвичей.       — Драккл, где носит Блейза? Он выходил?       — Я его не видел. Кроме Гермионы пока никто не появлялся. Она, вроде, пошла всех будить. — Ответил Уизли, совершая второй заход с подносом, на котором теперь дышал жаром кофейник и одна, с трудом вместившаяся, чайная пара.       Он был уже на полпути к столику, как вдруг, откуда-то из комнат, раздался пронзительный крик. Гермиона. Она звала его. Поднос вылетел из рук и содержимое с грохотом разлетелось по всей комнате на мелкие осколки. Он рванул на крик подруги и сообразил, что тот доносится из спальни Гарри и Джинни.       Гермиона сидела на кровати возле его сестры, тормошила ее, легонько била по щекам. Затем схватила за руку Гарри и зажала большим пальцем его запястье. Она умоляла их проснуться. Рон кинулся к ним, повинуясь дурному предчувствию.       — Гермиона, проверь у Джинни пульс, — Он собрался с мыслями, дал команду и приложил указательный палец к шее Гарри, пытаясь нащупать пульсацию крови в сонной артерии.       — Я его не слышу, — сквозь слезы сказала Гермиона и обернулась на дверь, — Драко, проверь Дафну с Блейзом!       — Есть! — Вскрикнул Рон, и подорвался к сестре, — у Гарри есть пульс!       Гермиона отошла в сторону, пребывая в небольшом оцепенении. Рон начал повторять те же манипуляции что и с Гарри, когда в комнату ворвался Малфой.       — Что, черт возьми, было в вашем глинтвейне? Чем вы нас напоили? Почему они не встают? — Гневно шипел он, надвигаясь на Уизли.       — Драко, перестань! — Гермиона зашлась в рыданиях и вцепилась в руку Малфоя, останавливая его.       — Может это в вашем вине была отрава и вы просто перепутали бутылки? Травить людей в твоем стиле, — рявкнул в ответ Рон, все еще пытаясь найти пульс у Джинни, — ну давай же, ну!       — Рон, пожалуйста! Мы должны им помочь! Перестаньте! — Она сделала несколько судорожных вдохов, постаралась взять себя в руки и ринулась в спальню к Пэнси. Припав перед ней на колени, она начала трясущимися руками прощупывать ее шею. Затем запястье. Затем приложила ухо к груди и, наконец, услышала глухое, но такое живое сердцебиение.       Вернувшись в комнату друзей, она увидела, что Малфоя уже нет. Рон посмотрел на нее с облегчением.       — Я не нашел пульс, но она дышит. — Он держал в руках маленькое зеркальце.       — Слава Мерлину! Пэнси тоже жива. Дай мне зеркало, — она почти выхватила его из рук парня и двинулась в последнюю спальню.       — Я за помощью! — крикнул ей вслед Рон.       — Драко, ну что? — Она резко притормозила в дверном проеме. Что бы это ни было — оно застигло Блейза и Дафну в очень провокационный момент. Наспех снятая одежда была разбросана по всей комнате, одеяло валялось на полу. На оконном стекле четко виднелись следы от рук. Обнаженное фарфорово-белое тело Дафны лежало поверх такого же обнаженного смуглого тела Блейза в неподходящей для сна позе. Судя по тому, как они были накрыты простыней — было ясно, что это дело рук Драко. Он сидел рядом, с глазами, полными ужаса.       — Пульса нет. У них обоих нет этого грёбаного пульса! — Он все еще сжимал пальцами предплечье друга.       Гермиона подскочила к кровати и проложила зеркальце к дыхательным путям Блейза, чуть разомкнув его челюсть. Три секунды. Пять. Десять. На гладкой отражающей поверхности проступила испарина.       — Блейз дышит. Помоги перевернуть Дафну.       Драко поднял и отряхнул одеяло с пола и бросил на кровать. Затем, укутав подругу простыней, приподнял ее под руки и уложил на спину, укрыв обоих одеялом. Гермиона повторила проверку дыхания на ней. Зеркало уже сильно нагрелось в ее горячих и влажных ладонях.       — Дафна, пожалуйста, дыши, — просила она шепотом, но конденсата не появлялось. Гермиона почувствовала подступающую тошноту и то, как сильно подкосились ноги. — Давай же, милая.       Зеркало больше не потело. Грейнджер припала к ее грудной клетке и замерла, в надежде услышать хотя бы один признак того, что сердечная мышца все еще качает кровь. Когда паника начала накрывать ее с головой, она отчаянно предприняла последнюю попытку: прильнула ухом к еле раскрытому рту девушки.       — Не молчи, скажи, что-нибудь, Грейнджер! — Драко нервно сжимал кончик одеяла, сидя рядом.       — Кажется, мы опоздали.              ***              Легкие жгло и разрывало на части, бок простреливала предательская резь. «Наверное, так чувствуется ранение от кинжала». — Думал Рон, но продолжал нестись по глубоким сугробам к горнолыжному городку в миле от дома, в который он с друзьями заселился. Ему оставалось совсем немного до того самого антикварного магазина, в котором они с Гарри забирали ключи. Парень уже еле передвигал ноги, чувствуя, как в ботинках чавкал растаявший снег и студил без того онемевшие ступни. Он буквально ввалился в лавку, удерживаясь от падения за дверную ручку.       — Доброго дня, мистер! Чем могу быть любезен? — Послышался знакомый голос Фергуса — домовладельца, с которым они и заключали сделку на аренду, — о, да это же вы, мистер…       — Здравствуйте… — Рон пытался отдышаться, — Нам нужна помощь… вы можете позвать целителя?       — Вы имеете в виду врача? — Приподнял одну бровь Фергус — Кому нужна помощь?       — Моим друзьям. Они в беде. Вчера уснули и сегодня не проснулись, но пока что живы. Нужно торопиться, чтобы их спасти, — волнуясь, тараторил Рон.       — Даа, этот случай не из первых, — озадаченно протянул Фергус, — подождите меня здесь, я позвоню в ближайшую больницу.       — То есть такое уже раньше было? Что это значит? — кричал Уизли, но мужчина исчез из виду, скрывшись в подсобном помещении.       Никто не считал минуты, сколько пробыл там Фергус, но, когда он вернулся, одетый в твидовое черное пальто, парень уже крепко спал, облокотившись на столешницу у кассового аппарата.       Домовладелец спустил парня на пол и за ноги оттащил его в чулан. Закончив с этим, он самодовольно ухмыльнулся и покинул магазин, звякнув напоследок дверными колокольчиками.              ***              Гермиона считала вслух, пока Драко, сложив крест-накрест руки на груди у Дафны совершал ритмичные нажатия. Затем он останавливался, и Гермиона припадала к ее губам своими, заполняя легкие воздухом. Девушка мысленно благодарила себя за то, что была любопытной ко всему на свете и освоила пару лет назад технику сердечно-легочной реанимации. Но одной благодарности было мало, мысленно она продолжала молиться, чтобы этот навык ей здесь помог.       Они бились за жизнь Дафны уже почти двадцать минут. Руки Драко немного затекли и стали сопротивляться, через раз сбиваясь с ритма. Гермиона предложила ему поменяться местами, после чего они повторяли действия снова и снова еще какое-то время, пока грудная клетка Дафны резко не дернулась вверх и девушка не раскрыла рот, хрипло хватая опаляющий внутренности воздух. Голубые глаза широко распахнулись и налились слезами, когда она стала захлебываться в кашле. Гермиона, ощущая, как победно трепещет ее сердце внутри, обтерла влажные от стресса руки об одеяло и помогла Дафне сесть на кровати. Драко наполнил стакан водой из графина, который удачно оказался на тумбе рядом с кроватью.       — Что случилось? Почему вы тут? — Грубым от кашля голосом спросила девушка. — Долго я спала?       — Даф, мы потом все объясним. Главное, что ты в порядке, — Драко убирал запутанные волосы с ее лица и гладил щеку тыльной стороной ладони.       — А Блейз? Он еще спит? Сколько времени? — она начинала нервничать.       — С ним все хорошо, успокойся. Ты обо всем узнаешь, просто чуть позже. Доверься. — тихо проговорил он.       — Я чувствую какую-то тревогу. Мне снился странный сон. Он был сильно похож на реальность, а потом меня словно выкинуло оттуда.       Гермиона и Драко притихли, ожидая продолжения.       — Метель, какой-то странный мужчина пришел к этому дому и стал заглядывать в окна… тут была компания. Семья…или друзья…не помню. Помню, что у этого мужчины была в руках та штука, которую ты нашел на втором этаже, Драко.       — Компас? — спросила Гермиона, округлив глаза.       — Да, он самый… — Дафна замерла, глядя в одну точку.       — Что там еще было? Ты помнишь? — Драко выжидающе замер.       — Кажется… вроде бы тот мужчина стучал, как и мы, во входную дверь. Только вот его не впустили. О, Салазар! — девушка закрыла ладонями и замотала головой.       — Тише-тише. Все хорошо, — гладила ее по руке Гермиона.       — Нет, вовсе нет, — голубые глаза вновь наполнились слезами. — Этот человек умер. Он замерз в снегу той ночью…       Гермиона уставилась на Драко с тревожностью в глазах. Он тоже размышлял, ковыряя в кровь кутикулу.       — Даф, а что ты помнишь перед тем, как уснула? — озвучил он мысли Гермионы.       — Я помню, что мы все сидели у камина, пили вино и смеялись. Потом Блейз утащил меня в спальню, и мы занялись… эм… любовью. Больше ничего.       — Ничего подозрительного, необычного не происходило? — Давил Драко.       — Нет вроде. Хотя… было кое-что. Но это вряд ли имеет для вас значение.       — Дафна, пожалуйста, — нетерпеливо сжала ее руку Гермиона, — важна каждая мелочь.       — В один из моментов я почувствовала себя неуютно. Мы никогда с Блейзом раньше не пробовали это перед окнами. Ну, с раздвинутыми шторами. Сами понимаете, в городе такая возможность есть только у самых безбашенных, — смущённо опустив глаза, девушка замолкла.       — Ближе к делу, — торопил Малфой.       — И вот, стоим мы у окна, а Блейз начинает невовремя шутить. Он попросил представить, что за нами с улицы наблюдает какой-то любопытный вуайерист. Я посмотрела в окно и уловила движение. Буквально на секунду. Но списала это на разыгравшееся воображение, — закончила она и укуталась в одеяло сильнее.       — Спасибо, Даф. Набирайся сил, нам надо отойти, — поднялась с кровати Гермиона и увлекла следом Драко.       Как только дверь закрылась с обратной стороны, Гермиона начала шептать: — Окно. Гарри и Джинни тоже вчера стояли у окна и что-то там высматривали. Я еще удивилась: что можно разглядеть в темноте? А ты не смотрел в него, верно?       — Я к окнам даже не подходил, как и рыжий. Мы были уже не в состоянии шариться по дому. Ладно, а Пэнс? — Парень спросил, сдвинув брови.       — Я не знаю. Она раньше меня ушла в спальню…ну точно же! Шторы! — Она чуть ли не подскочила на месте, — когда я пришла, они были уже закрыты. Пэнси их и задвинула, по всей видимости.       — Супер, мы имеем дело с извращенцем, у которого зрение Василиска. И что эта информация нам дает?       — Так… — задумалась Грейнджер, — мы имеем компас, возможную слежку за нами с улицы, после которой все уснули. И сон Дафны. Кажется, я…       Ее фраза оборвалась от громкого стука во входную дверь.       — Это Рон, я открою. Ты принеси пока тот самый компас! — Она сорвалась идти, но Драко схватил ее за кофту.       — Стой. Если это Уизли, то зачем ему стучаться?       — Верно. Сделаем вот как... — И она поделилась с ним планом, который только что созрел в ее кудрявой голове. После этого они оба направились в гостиную: Гермиона — к двери, Драко — к лестнице, ведущей на второй этаж.       — Гермиона! — Окликнул он ее на середине пути.       Она не успела обернуться, как оказалась в крепких объятиях Малфоя. Он так сильно стиснул ее, что она позвонками чувствовала на себе каждый его палец. Второй рукой он зарылся в ее волосы, прижимая макушку к своей щеке. Его тело сотрясала мелкая дрожь, а нос еле слышно зашмыгал у нее над ухом, когда девушка обняла его в ответ.       — Будь осторожна. Не смотри ему в лицо. — Прошептал он, — я мигом.       Этот безумный момент казался ей одним из тех, с которыми она в составе Золотого Трио все время сталкивалась, будучи еще совсем ребенком. Но здесь и сейчас она ощутила жуткий страх, потому что не от Гарри Поттера зависит финал истории, а от ее действий. А еще от действий того, кому она никогда бы в жизни не доверилась раньше.       Она шумно выдохнула и открыла дверь. Ее взгляд упёрся в стертые от времени ботинки.       — Добрый день, красавица! А почему ты еще не спишь вместе со всеми?       Она старалась сдержаться и не поднять голову на этот мерзкий ехидный голос.       — О, юная леди вообще ничего не знает о вежливости! Собеседнику, по правилам приличия, нужно смотреть в глаза, — мужчина сделал шаг за порог и пальцем коснулся ее подбородка.       — Что вам от нас нужно? Мы ничего плохого не сделали. — процедила она сквозь зубы, по-прежнему глядя на обувь гостя и чёрные полы твидового пальто.       — Как что, дорогая? Поиграть. А потом дождаться, пока вы умрете и обрести себе, наконец, нового хозяина. Старый уже истощился за столько лет. — слащаво захихикал он.       — Вы — дух, верно? Вы вселились в тело человека. — Гермиона почувствовала, как у нее сжимается всё нутро. То ли от холода, что по-хозяйски заползал в распахнутую дверь, то ли от собственной смелости задать вопрос в лоб.       — А ты умница, — он надавил пальцем ей на подбородок и приподнял юное лицо вверх. — Ну не жмурься ты так, морщинки появятся. Неприятно потом будет кому-то хоронить такое непривлекательное создание.       Девушка сморщилась в отвращении, отворачивая лицо в сторону. От гостя напротив исходил гнилостный запах компостной ямы.       — Людишки такие надменные и бессердечные. Они так тревожатся о своих бесполезных шкурах и с чего-то решили, что могут вершить судьбы других. Почему бы мне не отплатить им той же монетой? — Голос уже звучал у самого уха Гермионы, разгоняя по ее телу мурашки омерзения. — Открой глазки. Умниц нельзя оставлять в живых.       — Умницы не работают в одиночку. — Послышался голос, которому девушка еще никогда так не была рада. — Отправляйся домой, гнида.       С этими словами Драко швырнул компас в пламя, что медленно умирало в камине. По звуку битого стекла можно было догадаться, что изделие ударилось о стенку дымохода и повредилось, прежде, чем упасть в огонь.       Мужчина, вернее, то, что от него осталось, с нечеловеческим яростным воплем рассыпалось в прах прямо под ноги Гермионе, сквозняком развеваясь по полу гостиной.       Драко подошел к Гермионе и взял ее за руку, переплетая пальцы в крепкий замок. Они оба стояли и наблюдали, как пылинки праха исчезают в щелях между половиц. Очищающие чары работали. Магия снова вибрировала в воздухе.       — Почему тут так холодно? Вас не учили закрывать две…рь? — из комнаты показался помятого вида Гарри и замер, глядя на настенные часы. — Я видел их во сне. Они показывали такое же время: одиннадцать-пятнадцать после полудня.       — Время смерти. — Шепнула Гермиона Малфою.       Гарри перевел взгляд на раскрытую настежь входную дверь, затем на слой пыли, исчезающий на глазах, а потом и на Гермиону с Малфоем, держащихся за руки.       — Так…я точно уже не сплю? Что тут вообще произошло?       Гермиона улыбнулась ему, смущенно дернув бровью.       — Да так, ничего особенного. Просто пришла очередь Драко спасать нам жизни. Теперь мы квиты.