Глава 7, Начало эпидемии

Прошло несколько дней.       Ибрагим и Хатидже с детьми возвращались с Эдирне, правда Хуриджихан, Эсманур и Осману совсем не хотелось уезжать, так как им очень понравилось проводить время с отцом. Но родители пообещали им, что это не последний отдых здесь, и когда-нибудь они снова вернуться, и лишь после этого дети успокоились. — А когда мы приедем в столицу, будет уже поздно? — неожиданно поинтересовалась Хуриджихан. — Нет, мы вернёмся к ужину, а что ты хотела, дочь? — Хатидже удивил вопрос девочки.       Хуриджихан немного подумав осмелилась попросить родителей отправится сразу в Топкапы, Ибрагим сразу догадался, какова причина и без сомнения согласился на просьбу дочери, в прочем Хатидже также не возражала поскольку дети соскучились по сестре и братьям, то нет смысла откладывать визит на завтра. ***       Осман был рад, тому, что они сразу же отправятся в Топкапы, по правде говоря, мальчик и сам хотел попросить об этом, но Хуриджихан его опередила, всё-таки мысли у детей иногда совпадали, но это пока касалось их двоих, Эсманур была ещё маленькая и поэтому равнялась на сестру и брата. Семья Ибрагима приехала в Топкапы спустя пару часов. Как только они оказались во дворце, то Ибрагим заметил странное волнение. «Аллах, надеюсь ничего серьезного не произошло!» — подумал мужчина.       Хатидже тоже заметила странное поведение стражи и некоторых девушек. «Что могло произойти пока нас не было?» — задалась она вопросом. *** Дворец Топкапы.       Сулейман провёл совет Дивана, и собирался провести время с детьми и Махидевран, но внезапно прибежал взволнованный Сюмбюль, который сообщил, что главный лекарь, просит аудиенции. Султан обеспокоился и приказал евнуху немедленно впустить лекаря. — Повелитель, простите, что побеспокоил вас, но дело серьёзное. — Что случилось, Ёсеф-Эфенди, что за срочность? — взволнованно поинтересовался султан Сулейман.              Главный лекарь тяжко вздохнул и сообщил: — В городе зафиксировано заболевание Чумы, признаки болезни обнаружили у девятилетнего мальчика, который сейчас находится дома, в тяжёлом состоянии. — произнёс лекарь.       Выслушав доклад Ёсефа-Эфенди, султан приказал Сюмбюлю принять срочные меры. В этот же момент Сюмбюль сообщил о приезде во дворец Хатидже Султан и её семьи. — Скажи Ибрагиму пусть зайдёт ко мне срочно. И ещё подготовь покои для Хатидже и Ибрагима, а также их детей. Пока болезнь не пройдёт, то они останутся во дворце. — приказал Султан Сулейман.       Сюмбюль поклонился и ушёл исполнять приказ. Спустя пару минут Ибрагим будучи очень обеспокоенным пришёл в покои Повелителя. — Повелитель, что-то произошло? Я ничего не понял из того лепета Сюмбюля. — произнёс мужчина. — Да в столице зафиксирован случай вспышки Чумы. Раз вы приехали сюда, то останьтесь во дворце ради безопасности. Мало ли что. — произнёс Султан и Ибрагим кивнул, соглашаясь со словами Повелителя.       Султан в свою очередь оповестил Ибрагима, что покои для его семьи уже готовы. ***       Афифе-хатун вернувшись от Махидевран собиралась было отправить девушек на занятия, но прибежавший евнух нарушил её планы. — Сюмбюль, что ещё случилось? Чего ты такой взмыленный? — поинтересовалась Афифе-хатун. — Ох, Афифе-хатун, случилось несчастье. В столице вспышка Чумы. — произнёс евнух. Узнав причину хазнадар гарема тут же велела девушкам построится в ряд, для осмотра, и вдруг одна из них потеряла сознание. — Срочно отнести хатун в отдельные покои, и позвать лекаря. — скомандовала Афифе-хатун. — Слушаюсь. Афифе-хатун. — Сюмбюль помчался звать Ёсефа-Эфенди.       О случившемся сразу же доложили Махидевран. Султанша приказала на время эпидемии не выпускать девушек на улицу, и сделать влажную уборку в гареме, если ещё кто-то заболеет, то сразу сию секунду отправлять в лазарет. В это самое время Хатидже находилась в покоях Махидевран и услышала об эпидемии. — О, Аллах, что же делать? — спросила Хатидже-Султан. — Не беспокойтесь, господа, Султан Сулейман уже приказал приготовить покои для вашей семьи. Пока не закончится эпидемия вы останетесь во дворце. — произнёс Сюмбюль, что и сообщил Махидевран Султан о произошедшем в гареме. — Благодарю, Сюмбюль. — произнесла Хатидже-Султан и тяжко вздохнула, так как она всё равно переживала за своих детей и мужа. ***       Лекари не сидели сложа руки, пытаясь найти лекарство от этой страшной болезни, но все попытки к сожалению были неудачны, заболевание распространялось молниеносно, жители боялись выходить, в полудню у матери того самого девятилетнего мальчика также обнаружили оспу. Как только лекари поняли, что данную болезнь не возможно вылечить, то главный лекарь отправился с этой неутишитеной новостью к Повелителю. — Что ты можешь мне сказать? — поинтересовался Сулейман.       Главный лекарь опустил голову и произнёс: — Повелитель, мы не можем справиться с этой болезнью. Придется ждать, чтобы она сама прошла, но когда пройдёт эта эпидемия мы сказать не можем.       Сулейман тяжко вздохнул и кивнул, после чего взмахом руки отпустил лекаря, а сам принялся думать над тем, что делать дальше. *** Дворец Топкапы, покои Махидевран.       Махидевран не находила себе места от беспокойства, за детей, после того как стало известно о страшной эпидемии. Женщина подумывала, что непременно стоит навестить Шехзаде в санджаках, сердце Махидевран чувствовало тревогу. — Пусть придёт, Фидан-хатун. — приказала она обращаясь к одной из служанок. — Как прикажите госпожа.       Фидан пришла сразу как только ей передали, что Махидевран хочет её видеть, постучавшись и получив разрешение вошла в покои госпожи, султанша, написав два письма велела отправить их в санджаки шехзаде.       Сразу после этого Махидевран Султан решила пойти к Султану, чтобы обговорить с ним по поводу своей поездки. — Повелитель, могу ли я приехать в санжаки к Шехзаде? — спросила Махидевран оказавшись в покоях Султана. — Я бы и рад тебя отпустить, но не могу. Не сейчас. Это может быть опасно. Ты можешь заболеть в дороге. Так что давай подождем. — произнёс Сулейман и Махидевран Султан пришлось согласиться, хотя она и очень переживала за обоих Шехзаде. *** Амасья.       Тем временем расследования доказало вину Давуда-Паши в его доме, а также покоях дворца был проведён обыск при котором обнаружили немалую сумму акче, а также поддельные документы. Мехмет был в не себя от гнева, когда ему предъявили найденные доказательства. — Ильяз, пусть ко мне приведут этого предателя. — Как прикажите, шехзаде! Через несколько минут в покои Мехмета стражники ввели Давуда-Пашу, который сначала пытался оправдываться, что мол его подставили и оклеветали, а он об этом не знал, но стоило ему поднять голову на шехзаде, как слова застряли у предателя в горле. ***       Мехмет в порыве гневе очень напоминал отца, в прочем, как и Мустафа, оба шехзаде унаследовали от своего отца осанку и строгий взгляд, при котором любой, кто нарушил правила или порядок быстро осознавали свою вину. — Шехзаде, прошу, помилуйте. — Стража, увидите предателя с моих глаз. — произнёс Шехзаде.       Сев за стол Мехмет подписал приказ о казни Давуда-Паши, после обеденного намаза, и велел Ильязу подготовить всё для этого, парень отправился исполнять приказ Шехзаде. Буквально через час после этого глашатай объявил, о приказе шехзаде, и, что деньги будут возвращены обратно горожанам. Люди обрадовались тому, что справедливость восторжествовала и собирались пойти и посмотреть на казнь неверного.       Но через некоторое время в Амасью пришло письмо о том, что началась эпидемия Чумы поэтому скопления людей не желательны. Но Мехмет пообещал, что обязательно повесит голову Паши на ворота его дома, чтобы все знали и видели, что бывает за обман и воровство. Люди поняв, что Давуд паша ответит за свои деяния успокоились.       На следующий день всё произошло так как сказал Шехзаде Мехмет. Палачи провели казнь и продемонстрировали это народу. Все кто осмелился выйти на улицу и проходили мимо дома Давуда Паши видели его голову.