V Терзания Всеотца

сотни лет назад

Прохладной синей ночью вечное асгардское небо в компании с Луной стали свидетелями потерянного покоя Всеотца. Сегодня Один вновь отверг сон, отдав предпочтение думам, зная — грядут великие изменения, с каждым днем, часом и секундой, ведь для богов сотни лет — ничто. Изменения, которые, возможно, повлекут за собой страшную войну, где брат будет убивать брата, а дети — родителей. Которые приведут к падению и разрушению всех девяти миров, гибели богов, людей, великанов и всего живого. Встав с постели, седовласый старик обернулся на мирно спящую любимую жену Фригг. Она как никто другой чувствовала, что её супруга терзают муки незнания, ощущала, что и сам он боится того, что еще не случилось. Он боится, потому что, обладая вселенским знанием и мудростью, он не знает одного - что будет дальше. Тихим и медленным шагом, опираясь на свой верный Гунгнир, Один покинул спальню. Размеренные постукивания древка о полы раздавались в длинном коридоре, нарушая хрупкую тишину. Этой ночью он решил спросить вёльву очередной раз, уже зная, что ответит ему она, но в глубине души питая надежду, что она поведает ему то, отчего душа его навсегда либо вернётся в покой либо останется с обжигающей каждую секунду тревогой один на один. Воссев на своем величественном, искусно отделанном высеченными узорами, каменном троне Хлидскьяльве, Один видел все миры и все дела, но сейчас не это занимало его внимание. Хриплым низким голосом, негромко произнес он заклинание, эхом отразившееся от каменных стен, тянущихся высоко к небу и стукнул тихонько Гунгниром по полу. Появился еле уловимый запах сырости и температура в тускло освещаемой парой факелов зале понизилась точно на несколько градусов. Представший перед Всеотцом в метрах десяти клуб черного дыма, медленно рассеявшись, позволил увидеть очертания невысокой старухи. — Всевидящая Вендела, — Один медленно склонил голову в уважении. — Подойди. Ты знаешь, что я с той же просьбой обращаюсь за твоей помощью. Терзают меня муки и переживания уже не один год, унять их никто не в силах, кроме тебя, — говорил спокойно и размеренно. К вёльвам относились с уважением и почтением, ведь только они могли видеть прошлое, будущее и настоящее во всех мирах, они знали больше, чем кто-либо, больше, чем сам Один. Всеотец часто прибегал к помощи Венделы, чтобы знать, к чему приведет тот или иной путь, сколько и какие будут потери, какой лучше выбрать сценарий. Но вёльва никогда не раскрывала все карты, давая лишь малую долю желанной информации. Ведь изменив мелочь в настоящем, это может привести к полному изменению сюжета будущего, а идти все должно так, как предписано. — Всеотец, ты ведь знаешь, что я больше не скажу тебе ничего того, что в твоем неведении. Ты уже обладаешь возможным знанием, — подходя, говорила Вендела, скрипящим от старости голосом. Пожалуй, только голос и слегка сгорбленная спина выдавала её почтенный возраст, потому что ни по лицу, ни по чему-либо другому нельзя было определить сколько уже тысяч лет она прожила, скитаясь разумом по эпохам. Она была в черной переливающейся мантии из невесомого дыма, тащившейся за ней по каменному холодному полу. Длинные черные волосы ниспадали на острые плечи и тянулись до самого пояса. Пальцы и ногти ее были необычайно длинными, с ярко выделяющимися сквозь тонкую кожу белеющими костяшками. А лицо ни старое, ни молодое, будто ей всего шестьдесят и тысячи лет одновременно. А глаза — само стекло. В них глазах спрятана чутко охраняемая Венделой тайна судьбы всех девяти миров. — Ты уже знаешь, что явятся они, Покровители, во главе с самим неудержимым буйством и холодным спокойствием и изменят ход Пророчества, и появятся неудовлетворенные этим ходом, но и желающие занять место Всеотца, среди них будет твоя кровь. Трон твой, Один, займут нужные, но знание это для тебя недоступно. Жди дня, жди того часа и сам всё поймешь, — последние слова Вендела произнесла тихим, едва различимым, шепотом, растворяясь в черной дымке, оставляя Одина с уже привычным ощущением бессилия пред будущим. Он лишь еле слышно вздохнул, поглаживая пушистый затылок Фреки.

...

наши дни

ВСПЫШКА

Мари, после проведенного активного дня с Лив, решила, что было бы очень даже неплохо расслабиться вечером под какую-нибудь незамысловатую драму, сказочную историю любви, как обычно показывают в фильмах: простая девчонка с нелепой прической влюбляется в какого-нибудь успешного импозантного мужчину, у которого в окружении полно женщин. Таких женщин, которые носят Картье, пользуются дорогущими приторными парфюмами и никогда не готовят. И по всем правилам, мужчина сначала не признает простушку, но потом в ответ влюбляется в нее, сам того не ожидая, и все живут счастливо. Конец. Девушка всегда предусмотрительна к таким вечерам, поэтому у нее существует полка с "особого случая", полка, где она хранит чипсы нескольких вкусов, шоколад, конфеты и соленый попкорн на случай. Сегодня пришло время последнего. Стянув пачку воздушной кукурузы, чуть ли не в припрыжку, предвкушая хорошее окончание дня, она направилась в гостиную. Завалившись на диванчик с кучей цветных подушек, она взяла пульт и включила ТВ. Мари чуть было не переключила новостной канал, как услышала из уст красиво говорящего диктора: "Пару минут назад в Центральном районе Осло произошел масштабный сбой электроэнергии, причину специалисты пока не определили, но похоже на резкий всплеск...". — Хм, Лив как раз сейчас живет в центре, надо бы написать ей,— подумала Мари и нахмурившись потянулась за телефоном. "Лив, что у вас там с электричеством? По телеку сказали, что весь центр отключился. Если хочешь, приезжай ко мне, сегодня по плану просмотр фильма, буду рада твоей компании!",— написала Мари Ответа не последовало.