......

Узор ветвей на фоне неба складывается в буквы. Вы не хотите читать, но не можете оторваться. Деревья спрашивают вас, и вы говорите им: «Да». Теперь их мудрость принадлежит вам. В плеске вод ручьёв и рек вы слышите вопрос и отвечаете на него. Небо говорит с вами на языке, которого вы раньше не слышали, и вы понимаете каждое слово; птицы вычерчивают чёрные надписи, перелетая из одного мира в другой. Магия делает вас одиноким, но больше вы никогда не будете одни. Весь мир принадлежит вам, а вы принадлежите ему, и нет конца дорогам… Svengaly «Леди Поул, или Тернистый путь волшебства» Смеркалось. Из-за ломаной линии крыш в небо взошла огромная оранжевая луна, и тут же запуталась в скрюченных хищных когтях мертвых деревьев. Откуда-то впереди, из-за чернеющих в сумерках заброшенных зданий послышался жуткий звук. Страшный визг или рычание, которое вряд ли могло издавать любое животное из тех, что Алине были известны. Может, собака? Но тогда ЧТО надо сделать с собакой, чтобы она издавала подобные звуки? Она почувствовала, как по ее спине продрала ледяная дрожь. Нетвердо ступая, она сделала несколько шагов вперед, и вышла на перекресток. Туман, похоже, редел. Янтарная луна, изящно задрапировавшись в полоски облаков, светила сбоку, словно искоса, с равнодушным любопытством поглядывая на происходящее в этом кошмарном, богом забытом уголке города. Изначально Алину сюда завела просьба съездить посмотреть на архив, оставшийся после смерти одного досужего мирянина, нет ли там чего этакого… Чего-то, что может представлять угрозу для кого-то из общины, или по вине того бестолкового мирянина, для самой общины в целом. И Алина охотно поехала, гордясь оказанным доверием. Но теперь ей казалось самым главным выбраться отсюда, из этого рассадника греха и погибели, населенного безумцами и злыми тенями. Алина всхлипнула. Если бы не просьба наставника, разве она бы покинула родное Заречье, такое милое и благопристойное, с длинными прямыми улицами и нормальными домами, между которых никто не шныряет по темноте, в поисках заблудившихся. Проблемы с поиском нужного дома начались в паре улиц от остановки. Она просто запуталась в маленьких перекрестках, заросших старыми частично сухими липами, и вместо квартала частного сектора вышла к ограде дурдома, о чем ее уведомила табличка с надписью: «ПОСТОРОННИМ ВХОД ЗАПРЕЩЕН!» Оглянувшись вокруг, она увидела вынырнувшую как по заказу с незаметной тропинки между кустов сухонькую старушку в вязаной кофте и платке. – Не подскажете как пройти на улицу Маяковского? – как можно более внятно спросила Алина. – А что ж не подсказать? – как бы сама себя переспросила старушка. – Иди прямо, дочк, никуда не сворачивай, потом вот так налево, потом прямо, потом свернешь, так и выйдешь на Маяковского! Но на Маяковского она так не вышла. Даже не нашла тот второй поворот, о котором сказала старушка. Поплутав еще на удачу, Алина свернула на казалось бы, перспективный проезд – и вышла к обрыву. В центре города. Постояв на бетонном краю и посмотрев на крыши домов, кроны деревьев внизу, Алина повернула назад, и к счастью, встретила нормальную городскую пенсионерку, полную женщину с фиолетовой шевелюрой, в «дачном» платье и пластиковых шлепках, не шаставшую по кустам, просто выносящую мусор. – Не подскажете как пройти на улицу Маяковского? – А что ж не сказать? – подозрительно жизнерадостно подхватила пенсионерка. И объяснила как ей пройти ровно туда же, откуда пришла. Что ж. Вероятно, все так и есть. Просто Лина с самого начала свернула неправильно, а та безумная старуха в платке заплутала ее окончательно. Решив так, она быстро пошла обратно. Солнце зашло, и стало темнеть, но теперь ее мало заботило насколько приличное время стоит на дворе. В крайнем случае, договорится на завтра. Но обратно она не пришла. То есть пришла, но не туда, где начинала искать Маяковского, а в какое-то совершенно другое место. Перекресток обступили заколоченные темные дома и лабазы. Между темных домов начала позапрошлого века тянулась тропа, упиравшаяся в непроглядно-темные заросли сирени. Из подвалов пополз на тротуары стылый туман. С глухой стены дома напротив скалилась ей в лицо намалеванная белым огромная то ли лиса, то ли собака. Оглянувшись беспомощно, она увидела, как из-за угла вышла пара хихикающих девчонок, одетых черт-те во что, как сегодня одевается беспутная молодежь: в рваные тряпки и кеды. – Девушки! – она кинулась к ним через дорогу не глядя. – Девушки, подскажите как пройти на Маяковского! Случайные прохожие воззрились на нее с удивлением. – На Маякооовского… – протянула одна. – Наа Маякоовского сложно пройти… Или нет, смотря с какой стороны посмотреееть… – и на этом иссякла, лишь звучно откусив от брикета лапши. Тонкие сухие волокна захрустели на зубах как стекло под ногами. Белые крошки неряшливо сыпались на одежду, но странная девушка не обратила внимания. – На Маяковского здорово! Я сейчас объясню! – жизнерадостно подхватила вторая. – Просто повернитесь сейчас на триста шестьдесят градусов, и пилите туда, потом поверните прямо и вы на Маяковского! Все очень просто! В этот момент Алина с ужасом осознала, что у девочек совершенно черные глаза. И, кажется, синие руки. С воплем шарахнувшись от лукавой нежити, тянущей к ней свои тонкие паукообразные лапы, она кинулась бежать между домами, и не останавливалась пока не поняла, что почти что не видит дороги. Стемнело. Из-за ломаной линии крыш в небо взошла огромная оранжевая луна, и тут же запуталась в скрюченных хищных когтях мертвых лип. Откуда-то впереди, из-за чернеющих в сумерках заброшенных зданий, послышался жуткий звук. – Все еще орет. – недовольно прокомментировал кто-то слева. – Ты гляди-ко… Алина оглянулась. Из темноты к ней откуда-то вышли те самые бабки, в платке и в «дачном» платье, покачали головами, бормоча что-то еще, и об руку канули во мрак за лабазами. Алина снова бросилась бежать по тропе, но поскользнулась, и налетев на кусты, упала в траву. Страшный, нечеловеческий визг приближался. Алина почувствовала как ее сердце забилось буквально во рту. – ТЫ ГДЕ?!! – визжало неведомое существо нечеловеческим визгом, – Я УЖЕ ПОЛЧАСА ТУТ ХОЖУ!!! КАКОГО ХРЕНА ТЫ ДОЛБАНЫЙ АЛКОНАФТ МЕНЯ БРОСИЛ!!! – вопила в телефон, бредя по тротуару за кустами акации женщина средних лет. Но Алине было уже все равно. Она выбралась из кустов и попыталась идти, осторожно наступая на подвернутую ногу, но силы ее оставили, и присев на выступ фундамента, склонив голову она тихо заскулила. Совсем рядом послышались голоса. Алина не смогла поднять голову с рук, но увидела сквозь слезы, что к ней подбежала собака. Копия того страшного зверя, что скалился на нее со стены несколько кошмарных моментов раньше. Следом за собакой шли два подростка, две девочки в черном, держась за руки. – О… – Что там? – Кажется, девочка помирает… – Так помянем! – кивнули они друг другу, «чокнулись» туристическими бутылками с зеленой жидкостью и, прежде чем она смогла собраться с силами и задать вопрос, сделав по глотку канули в туман, все так же держать за руки. Бессильно всхлипнув, она поняла, что ноги ее больше не держат, и сползла в набегающий туман, на выгоревший газон, понимая что еще немного, и будет готова свернуться калачиком на тротуаре и заскулить от отчаяния. В этот момент до нее дошло, что из травы за ней наблюдают ясные, слегка светящиеся в подступающей темноте глаза. На стриженом газоне, покрытом клочковатыми обрывками мертвой побуревшей травы, лежала кошка точно такого же цвета. Пасмы длинной шерсти совершенно сливались по цвету с пыльным городским пейзажем, какой-то контраст составляли только зеленые глаза и такого же цвета ошейник. – Кис-кис?... – робко спросила Лана, опасаясь поверить глазам. Кошка в ответ утробно мурлыкнула, неожиданно низким, для такого небольшого создания. Затем встала на лапки, и от души потянулась, то низко стелясь вдоль земли, то вытягиваясь горбом и зевая, превращаясь на мгновение в страшно зубастого зверька. Затем села, облизываясь, и мурлыкнула еще раз. В траве вокруг кошки Лана разглядела мелкие птичьи перья и какие-то темные ошметки, к которым решила не присматриваться. – Где тебя носит? – сурово спросил голос сзади. Кошка с мурчанием кинулась на звук. Оглянувшись, Алина увидела женщину в шортах, с кошечкой на руках. – Не подскажете как пройти на улицу Маяковского? – дрожащим голосом спросила она. – На Маяковского? – скептически хмыкнула женщина, оглядывая Алину, по-прежнему сидящую на земле. – Мы на улице Маяковского, что вы тут ищете? – Остановку… – всхлипнула, едва удерживаясь чтоб не расплакаться, Алина. – Ну пойдемте, я вас провожу… P.S. Вот рецепт того недорогого и очень зеленого домашнего мохито, который пили персонажи истории: Три лайма, Стопка белого рома или хорошей водки, если ни того, ни другого нет, в крайнем случае подойдет белый джин или текила; Листья мяты или котовника по вкусу, на полтора литра коктейля оптимально штук пятнадцать – двадцать; Тростниковый сахар по вкусу; Лед по потребности; Полуторалитровая бутылка газированной воды; Приготовление: выдавить сок из лайма любым способом, какой вам удобен. Можно, например, порубить лайм на осьмушки, положить в глубокий стакан, посыпать сахаром и хорошенько подавить пестиком, так получается хороший густой вкус с оттенком цедры. Можно просто выдавить сок, и вылить в стакан. Размешать в нем немного тростникового сахара. Добавить мяту, перемешать и дать совсем немного так постоять. Затем добавить половину желаемого объема льда, алкоголь, если вы предпочитаете алкогольный вариант, и перемешать. Затем добавить еще льда, если нужно, и долить газировкой. При приготовлении мохито в бутылке последовательность примерно та же, только лед пропихивают через горлышко в самом конце. При желании в готовый напиток можно добавить щепотку порошка хлореллы или спирулины для полного удовольствия:) Ктулху фхтагн!