«Чтобы контролировать себя, ты должен сначала принять себя, идя со своей природой, а не против нее». - Брюс Ли

Спустя три недели…

      Ребята также тренировались возле маленького старого деревянного домика с просевшей и кое-где прохудившейся крышей, что стоял на отшибе. Это была их последняя тренировка перед тем самым «делом», оно больше не могло ждать. Братья давно чувствовали «грозовую тучу» над их головами, но впутывать в это дело и аборигенов они не могли. Совесть не позволяла им вести на смерть и так уже долгое время страдавших от гнёта людей. Да и что они могли сделать против арков, быть лишь живым щитом? Так и это только помешало бы всем. Не стоило забывать о том, как появились эти существа, и том, что именно смерти и подпитывают силу корабля.       Вернёмся к тренировке. На ней собралась вся семья, от старших до младшеньких.       Первый поединок был между макне. Те встали на изготовку, взяли оружие. Это были двадцати сантиметровые ножи и бо, лежащие чуть поодаль. Бой начался на счёт три. Соперники начали обходить друг друга по дуге, следя за движениями человека напротив — это раззадоривало и помогало оценить силы противника. Первым решил атаковать Ян, так как его бо был намного длиннее и почти доставал до Кима. Он замахнулся и попал по тому месту, где только что был Сынмин, не задевая его. Это раззадорило ещё сильнее. Тот, пользуясь своей ловкостью, кувыркнулся в бок и, встав на колено, полосанул левой рукой чётко по горизонтали. На что Чонин, пользуясь своим даром, вовремя отступил, отделавшись лишь маленькой царапиной на одежде. После такого хода он стал сосредоточеннее.       За время тренировок каждый из братьев заметно повзрослел и возмужал. Со временем и Чонин отбросил свои детские черты. Его скулы заострились, появилась развитая мускулатура, изменился цвет волос. Макне стал более взрослым, но всё равно изредка вызывал приступы мимишности. Магия одарила его глазами цвета тёплого моря в солнечный день. Его способность к прорицанию отражалась в татуировках на латыни по всему телу, те светились в темноте кислотно зелёным. Иногда казалось, что они движутся, как если бы вместо татуировки на теле Яна была ядовитая жидкость.       Тем временем он увёл бо вниз и оттуда ударил по Сынмину. На этот раз Ким не успел увернутся и поспешно закрыл своё лицо скрещёнными перед ним руками, коря себя за невнимательность. Удар у младшего был на редкость сильный, этому способствовали его жёсткие тренировки, поэтому, не удержав равновесия, его противник рухнул на пятую точку. Но Сынмин не привык сдаваться. Перекатившись на лопатки, он рывком прогнувшись в спине, поднялся на ноги и увернулся в бок от ещё одного удара соперника. Атмосфера накалялась.       Сынмин тоже не отставал от брата. Хоть он не имел мускулистого тела, но привлекал множество взглядов своей очаровательной внешностью и уравновешенным характером. Мило было видеть его с книгой в руках под тысячелетним деревом, через листья которого пробивались мягкие лучи солнца и ложились на его тёмную макушку цвета молочного шоколада. А когда он не нарочно засыпал, то на его щеке оставались явные следы коры дерева.       Однажды братья даже увидели, как тот заснул на одной из больших веток, а книга лежала на его лице, страницы которой подёргивались из-за воздуха, выдыхаемого им же. А затем тот вдруг дёрнулся и упал с ветки. Его когда-то уложенные волосы встали торчком, в них виднелись мелкие зелёные листья. Очки сползли на бок, футболка стянулась с плеча. Шедевром стал берет Кима, что, не удержавшись на ветке, когда подул ветер, слетел с неё и приземлился аккурат на его всклокоченные ранее волосы и съехал на лоб. Тот поморгал пару раз, встав, потёр свою больную пятую точку и, хромая «рубль двадцать» пошёл к дому под взрыв смеха со стороны задыхающегося от него же Джисона.       После небольшого провала в бою Ким вспомнил этот момент и залился краской, но его отрезвил удар сверху вниз. Поэтому, чертыхнувшись, Сынмин вынужден был схватиться за бо обеими руками и попытаться оттолкнуть Чонина, оттеснить его. Не стоило забывать, что Ким неоднократно бился на ножах с лучшими мастерами своего дела, и недооценивать его было большой ошибкой Яна. Его противник не выбросил ножи, тот при необходимости научился прятать их под одеждой. в считанные секунды. Это умение далось ему с таким трудом и болью, но всё же не раз спасало его в тренировочном бою. Оттолкнув на некоторое расстояние Чонина, Ким вытащил из-за пояса припрятанные оружие и кинул один из ножей в Яна. Тот успешно от него увернулся, но Сынмин и не хотел ранить младшего. Это был лишь хитрый ход, обманка, способная отвлечь драгоценное сейчас внимание соперника, а когда цель была достигнута, Ким подлетел к Чонину, выбил из его рук деревянное бо и зайдя за спину, приставил к шее оставшийся в его руках второй нож. После такого манёвра Ян застыл и потрясённо уставился на своего хёна, а тот лишь слабо улыбнулся и погладил по волосам макне, на что тот расплылся в ответной улыбке. Братья пожали друг другу руки? как жест примирения, обнялись и вместе уселись на лужайку под радостные возгласы.       Следующим для поединка поднялся Феликс, а в соперники себе выбрал Бана. От неожиданности тот подавился водой и, вставая, хрипел, как старая кошка, подавившаяся шерстью. Это было необычным выбором, казалось бы, для такого хрупкого и милого Феликса, который постоянно носил широкую одежду с забавным принтом. Но опять же, стоит брать во внимание тот факт, что внешность обманчива. Ещё одним шоком для всех стал выбор оружия. На этот раз это была метровая катана. Ли достал её из ножен, проверяя остроту лезвия, она ответила ему, сверкнув солнечным зайчиком в лицо. Кристофер же выбрал меч-дао тот, что по габаритам и весу так подходил его мускулистому телу и широкой спине, создавая гармоничный образ. При каждом взмахе меча его руки напрягались, показывая натруженные мышцы, которые с лёгкостью и мастерством выполняли различные приёмы: обматывания головы, оборачивания затылка, срубания, уколы, поднимания, разрезания, преграждения, пресечения, вспарывания. Это заставляло младшего быстрее уклонятся и каждый раз с лязгом метала отбивать удары. Каждый из них без устали сражался долгое время, а когда они поняли, что их силы равны, решили бороться до изнеможения.       В этом бою Феликс показал себя с новой стороны, так как раньше основной его силой был острый ум. Он стал одним из немногих, кто выучил несколько языков и диалектов, а также выступал как посол самого Кристофера на важных встречах кланов. Природа не обделила его естественной красотой. И без того светлые волосы выгорели на палящем солнце и стали медово русыми, как колоски ржи на предзакатном солнце. Оно же и оставило свои поцелуи у него на лице. Не смотря на положение, его характер так и не изменился, оставаясь таким-же добрым и отзывчивым «солнечным мальчиком». Контраст волосам составляли голубые глаза, подобные чистому безоблачному небу, в которых светилось бесконечное счастье. Ярким пятном на его лице, помимо глаз, были его пурпурно-розовые губы, оставляя отчётливый контраст на лице.       Всё это продолжалось, пока Бан Чан не отступил, приняв поражение. Он хотел порадовать победой так старавшегося выиграть младшего. Тот на радостях с криком «Урааа!» запрыгнул на Кристофера, обвив ногами его торс и обняв его руками, не ожидавший этого старший брат чуть не свалился на землю. Он аккуратно подкинул Феликса вверх, взяв того за бёдра, и прилёг на траву рядом с отдыхающими Сынмином и Чонином. Его короткие мягкие кудрявые волосы разметались по поверхности, превращая того в пушистого одуванчика. Тёплые карие глаза согревали душу, словно уютный плед в зимний вечер. В этот момент он выглядел как сытый волк, расслабленно валяясь с довольной улыбкой на губах.       Дальше по очереди шли Хёнджин и Минхо. Их бой был намного ожесточённее, красочнее и искуснее. Когда нападал Хёнджин, вокруг Ли появлялся барьер лилового цвета. Тот отражал удары, пуская тёмную дымку —исчезал, заметая следы и неожиданно появляясь за его спиной. Хван, давно изучивший трюки Минхо, не напрягаясь, быстро отражал удары. Его магия не была определённого цвета, тот скорее управлял стихией, и теперь он при помощи порывов ветра отводил от себя удары волшебного хлыста и фиолетовые стрелы. Бой всё больше закручивался в разноцветный водоворот, из которого, как не странно, победителем вышел Хёнджин, который был в пять раз опытнее Ли, получившего силы совсем недавно. Из магического водоворота вышел Хван, держа на руках бледного Минхо, тот по всей видимости, израсходовал свою энергию. Они остались в стороне от последних соперников.       Это были Хан и Со. Они по очереди выбрали оружие. Джисон выбрал «оленьи рога» довольно экзотический вид оружия, имеющий три острых конца и семь режущих граней, которые могли наносить смертельные раны со всех сторон. Чанбин же отдал предпочтение более простому виду — старому доброму копью. Через несколько минут бой завершился полным поражением неповоротливого Чанбина. После победы Хан радостно подбежал и завалился к остальным, чуть ли не клюя носом в землю. Они все вместе валялись на траве под палящим солнцем, наслаждаясь его тёплыми лучами, пока Чан, как всегда, не обломал их веселье. — Мы должны продумать стратегию перед завтрашним днём и обсудить слабые места у корабля. А также разберём, как нам пробраться сквозь полчища арков. — Ну вот, опять хён. Как можно столько работать? — провыл Хан. — Всё, пошлите. Быстрее начнём, быстрее закончим!       Ребята собрались и пошли в их дом. Теперь уже корпеть над картами и стратегиями. С примерным планом они разобрались уже к поздней ночи. — Мы поплывём утром. Тогда арки ещё уязвимы и с ними легче справиться. Убьем их всех, а дальше будет намного проще. — Мы готовы, сделаем это! Сбор через восемь часов на берегу.