Переезд, а также новые знакомства

Ульяна — 13-летняя девочка, с длинными прямыми волосами светлого цвета, которые завязаны в хвост, серые глаза что смотрят на каждого со строгостью и какой то заботой, ростом она не очень высокая, 153 сантиметра. На еë лице видны веснушки, что украшают девочку. На улице идëт снег, уже вечереет. Но блондинке не страшно это, ведь она едет в машине со старшей сестрой и отцом. Куртка зеленолосого цвета греет и не давать телу замëрзнуть. Уже 6 часов утра, на улице всë также темно. Хочется закутаться в одеяло и вновь вернуться в царство Морфея, но голос старшей сестры упорно вытягивает оттуда: — Ульяна, вставай! Если ты опоздаешь в свой первый же день в новой школе, то поверь, впечатление ты произведëшь ужасное! — Маша –так звали сестру Ульяны. У неë были такие же светлые волосы, что были заплетены в толстую косу, карие глаза, ростом она была выше — 168 см. Ей было 15, и в этом году она должна заканчивать 9-й класс. Ульяна лениво встаëт и сонно оглядывается. Еë взгляд падает на окно, и она видит одноэтажные домики, чьи крыши покрыты снежным ковром, а морозные узоры украшают стекло. Всë кажется какой то сказкой, но это обычная зима 90-х. Сейчас 1998 год, ещë два, и наступит новое тысячилетие. — Так, я пошла! А ты, что бы сейчас уже была на кухне — строго глядя на девочку, говорит Маша. Ульяна в ответ зевает, и как то растерянно кивает. — А где папа? — спрашивает она. Светловолосая устало вздыхает и укоризненно смотрит на младшую: — На работе. И вообще, вставай давай. Или я одна пойду — после последней фразы девочка оживляется и быстро встаëт с кровати. Дело в том, что она не любит идти по темноте одна. Да и тем более, по не знакомому месту. Она ведь только переехала в этот посëлок, и всë что говорил им отец, забыла напрочь, надеясь как всегда на старшую сестру. Девушка же издаëт смешок, и покидает комнату. Ульяна тем временем быстрее заправляет свою кровать, и собираясь также выйти в коридор, смотрит вновь на окно. Еë взгляд упал на далëкий силует леса, и от этого становится как то тревожно. Всë таки хорошо что она не живëт прямо рядом с ним. Вспомнив про последнюю фразу Маши, она облегчëнно вздыхая, подходит к двери, и потянув ручку на себя, выходит из своей комнаты. Наша героиня натягивает на себя брюки сидя на кровати. Свет в комнате погашен, лишь лампа на столе слабо освещает помещение. Над кроватью висят посторы различных музыкантов, на столе также лежат журнал « Мурзилка «, и небольшая коробочка. В ней находятся вкладыши от жевачек. Старшая сестра говорит что Ульяна занимается ерундой, обменивая их на какую нибудь наклейку или же конфету, при этом считая вкладыши сокровищем. Но вот родители девочки наоборот считали это увлекательным занятием, а мама даже покупала после работы новые жвачки. Мама. Она была так добра с Ульяной, так почему же она ушла от них? Почему она разошлась с отцом, когда тот готов был всë отдать за неë, почему бросила их? От этого на душе становится немного обидно. Но обычно девочка отмахивает эти мысли. На лëгкую майку она одевает белый свиттер, и заплетает волосы. В коридоре еë уже ждëт Маша. Одевшись и взяв портфель, блондинка выбегает из комнаты, но перед этим выключает лампу. Школа кажется странной, пугающей. А ведь днëм, в свете, она была очень даже приветливая. А что же случилось сейчас? Сëстры подходили к зданию, на улице было как то одиночно. Сзади них, находился лес, что был уже немного ближе. Ульяне хотелось обернуться, впиться глазами в эти уже не такие далëкие кроны. И вот, она наконец решилась. Но как только девочка повернулась назад, она увидела что там нечего не было. — Ульяна, ты чего? — спросила Мария также поварачивая голову к лесу, и также не видя в нëм никого. Еë недоумëнный взгляд обращается к младшей сестре, на что та как то виновато отвечает: — Нет, нечего. — она всë равно смотрела в сторону этих деревьев. От чего то, этим утром она чувствует себя как то странно, какой то неведомый страх крадëтся в душу и заседает там, словно на троне. — Ладно, пойдëм — в голосе старшей слышится какая то неуверенность, и она вновь поворачивается к школе, и идëт в еë сторону. Ульяна же как будто очнулась от чего то, и быстрее побежала за сестрой. Другие дети тем временем уже тоже постепенно подходили к зданию. Небо было по прежнему тëмным, не было звëзд, была лишь луна, что освещала путь. Ветер казалось что то зашептал, но вот разобрать что это было конкретно, не получалось. Быть может, оно и к лучшему. Сëстры поднимаются на второй этаж школы. Покрашенные в белый и к низу в синий цвет стены немного старые, яркий свет ламп освещает коридор, по которому ходят сонные дети. Между дверьми класса, Ульяна увидела какое то объявление. Подойдя поближе, еë глаза расширились от подкатившегося страха и удивления. На деревянной доске висело объявление, с немного плохо отпечатаной чëрно-белой фотографией мальчика: коротко стриженные волосы, глаза что с каким то пугающим огоньком смотрят в никуда, и такая же немного пугающая улыбка, одет он видно в красную кофту, а на руках у него красуется кошка, что судя по всему рыжая. А рядом написано: «! ВНИМАНИЕ ПРОПАЛ РЕБËНОК! Внешность: каштановые коротко стриженные волосы, синие глаза, рост 139 см. Ученик 3-го « в » класса Вова Матюхин Информация: вышел вечером на улицу в-» — Мда. Жаль конечно ребëнка.. — отвлëк от данного объявления мрачный голос Маши. Она стояла рядом с сестрой, и также читала его. У девочки сердце сжалось от жалости и страха за маленького мальчика. Это ведь тайга, в ней можно легко заблудиться. Когда то, бабушка рассказывала ей о том, что лес этот живой. Одно не осторожное действие, и ты можешь попасть в его цепкие лапы и остаться там навсегда. Пугающие рассказы о различных духов всплывали в памяти один за другим. От этого становилось ещë жутче. — Как думаешь, его найдут?. — спросила Ульяна смотря на Машу с какой то надеждой и жалостью. — Да он уже по любому мëртвый где то в лесу валяется, на- сказал какой то мальчишка подходящий к ним. Он был возраста Ульяны, узкие глаза с каким то азартом смотрели на сестëр, тëмные волосы были по бокам головы сбриты, а по середине остался пучок который служил пареньку некой чëлкой. На нëм был также свитер и брюки. На ногах красовались чëрные кросовки. Речь его была картава, что было понятно, ведь у него отсутствовало два передних зуба. Он ехидно улыбался заправив руки в карманы. От этого девочка испугалась ещë сильнее, и Маша заметив это, устало вздохнула и недовольно посмотрела на него: — Не говори глу… — хотела было договорить она, как тут еë глаза расширились от удивления — Ай! — вскрикнула она зажмурившись. Узкоглазый мальчик заливисто захохотал, а Ульяна уже с любопытством посмотрела через плечо своей сестры: там стоял ещë один мальчик, и тоже еë возраста. У него были каштановые волосы что как то вытягивались впереди, но они не обвисали на лбу, а всë также стояли дыбом, на нëм была спортивная кофта тëмно синего цвета, с более светлыми полосками на рукавах, и чëрные брюки. Его карие глаза довольно смотрели на всю эту картину, а на лице была хищная улыбка. Как оказалось, он дëрнул Машу за косу. Младшая не смогла удержаться улыбки и какого то удивления, нет, она не злилась на этих ребят. А вот девушка как раз таки наоброт. Она уже полыхала от злости, и недовольно посмотрела на паренька сзади. — Ах ты шкет мелкий. Ну я тебе сейчас...— старшеклассница замахнулась на паренька, но вновь вскрикнула. На этот раз узкоглазый мальчик дëрнул еë за косу, от чего той пришлось повернуться уже к нему. На этот раз смеялись оба, смеялись громко и заливисто. Девочка же лишь улыбалась, и сдерживала под этой улыбкой смех, ведь понимала что ей может здорово потом попасть от старшей сестры. Но вот веселье остановил звонок, и все разбежались по своим классам так быстро, как мышки по норкам. Мария хмыкнула, и отряхнувшись, недовольно пробурчала вслед убегающим хулиганам: — Ну попадитесь мне, я вам такое устрою.. — затем она повернулась к Ульяне, и строго изучила еë взглядом- Ладно, мне пора. Ариведерчи! — бросила напоследок она, и прошла к своему кабинету. Девочка же моргнуть не успела, как 2-й этаж опустел уже весь. Стало как то не удобно, она ведь даже не узнала где еë класс. Еë взгляд как то беспомощно бегал по пространству, пока не соатновился на окне. На подоконнике сидел по видимому еë одноклассник, у него были белые как снег волосы, через окуляры можно было увидеть грустный взгляд этих загадочных зелëных глаз. Одет он был в рубашку, а поверх школьная жилетка, на ногах видны брюки и чëрные немного потрëпанные туфли. Ростом он был таким же как и Ульяна. В этот момент, мальчик казался идеальным, таким как те самые музыканты на обложках модных журналах, только даже ещë лучше, а самое главное реальнее. Героиня забыла казалось обо всëм, в еë голове был этот паренëк. Но внезапно от реальности еë в голове отвлекла фраза Маши: « Если опоздаешь в свой первый же день в новой школе, то поверь, впечатление ты произведëшь ужасное! » Это заставило вырваться из таких сладких и тëплых объятий мечт и грëз, и вновь погрузиться в реальность. Одноклассник точно должен знать где этот чëртов класс, да и как раз есть шанс познакомится с ним. Прокашлившись, блондинка сделав серьëзный взгляд подошла к окну: — Привет. Слушай, я бы хотела узнать: ты не знаешь где класс 7-го « а »? Я просто новенькая, а мы судя по всему с тобой одноклассники — в этот момент девочка была очень похожа на свою старшую сестру. Беловолосый вздрогнул, и испуганно моргая посмотрел на неë, затем как то неуверенно произнëс: — Я тоже..Новенький..— сказал он. Вот это да! Так они получается вдвоëм перешли в эту школу? Хотелось закричать от какой то радости, но еë сменила вновь реальность: как же они тогда найдут свой класс? — Ладно...— немного недовольно протянула Ульяна, но так, что бы не обидеть своего нового знакомого. — А разве он не там? — мальчик указал на дверь, где было написано: 7 « а ». В этот момент девочка почувствовала себя как то стыдно, этот кабинет был прямо у неë под носом! — Да. И правда — она легонько улыбнулась и уже была собиралась извиниться за свою глупость, но ответная улыбка заставила еë замолчать. Она уже начала подходить к кабинету, но обернулась: — Меня кстати это, Ульяной зовут — сказала она всë также легонько, но приветливо улыбаясь. — Антон — ответил тот, и слез с подоконника, а после взяв свой портфель, пошëл за ней. И вот, ребята подошли к двери, и мальчик тихонько постучал. Когда из класса послышалось немного приглушëнное: войдите, то одноклассники потянули ручку на себя, и зашли за порог помещения. Увидев неизвестных детей, все сразу притихли, а светловолосая почувствовала как кучу взглядов жадно впиваются в неë, и изучают каждый сантиметр тела. На какой то момент повисло молчание, не было слышно даже какого либо шëпота. А за учительским столом, сбоку, около окна, сидела женщина, что похоже была их с Антоном классной руководительницей. Ростом она была не низкой, на вид ей лет около 38-40, каштановые с лëгким оттенком рыжего волосы были заплетены в пучок, да так, что ни одна прядь не выбивалась, на переносице были очки, а чëрные глаза устало смотрели в классный журнал, и кажется совершенно не обращали внимание на новеньких. Лишь резкое молчание детей заставило еë взглянуть на причину. Увидев Антона и Ульяну, еë взгляд стал строгим и каким то даже сердитым. Мальчик немного замялся, а вот его знакомая выглядела серьëзно и непоколебимо, словно бы они пытались перебороть друг друга. — А вы что здесь делаете? — спросила учительница. — Здравствуйте, так мы новенькие. Я Ульяна Таровкина — она взглянула на одноклассника, а тот поправил очки и немного неуверенно произнëс: — Я Антон Петров. Нам сказали к Лилие Павловне подойти, 7-й « а » — добавил он. Это и правда сказали им обоим, правда вот Ульяна как всегда обо всëм забыла. Мда, с такой ответственностью и потеряться можно. « Как Вова..» — шепнул чей то голос в голове, от чего девочка съëжилась. Лилия Павловна вновь взглянула в журнал, а затем устремила свой недоверчивый взгляд обратно на ребят. — Странно. Нет таких в списке! — Нам сказали к вам подойти — сказала Ульяна. Беловолосый утвердительно кивнул вновь поправив очки. Женщина встала с места: -Ну я им сейчас устрою! Понаберут студентов всяких, а мне потом с ними как с дитëм маленьким нянчится! Ждите здесь — она угрожающе двинулась к двери, и новенькие ели успели от неожиданности отойти. И вот, учительница вышла из класса. Удивительно, но никто из детей за всë это время не сказал ни слова. Но только новенькие остались с ними один на один, как послышался шëпот, все сразу оживились. И дураку понятно, что осуждают их, своих новых одноклассников. В этот момент Ульяне истинно хотелось что бы и правда что то перепутали, и она попала в другой класс. И судя по взгляду Антона, ему тоже этого хотелось. Ульяна рассмотрела на предпоследней парте тех мальчишек, что дëргали Машу за косу. Их взгляды скакали с Таровкиной на Петрова, и так по порядку. Интересно, а старшая сестра освоилась в классе? Ну, такая личность как она, наверняка уже себе подружек завела и болтает с ними о всякой всячине. Может попросить помощь в навыках общении у неë? Хотя, та только посмеëтся. Ну уж нет, Ульяне уже не 7 лет, она уже не первый год учиться в школе. Да и судя по всему она успела стать первой знакомой, а возможно и другом Антона. А обычно первых знакомых новые люди воспринимают больше всего не враждебно. Хотелось подойти к девочкам и сказать: ага, я успела! Но это желание было таким глупым и абсурдным, что его хозяйке было даже как то стыдно. — Слышь ты, доску вытри! — чей то громкий басистый голос вывел обеих из раздумий. Судя по всему, обращались к Антону. Девочка же стала разглядывать его обладателя: на самой последней и дальней парте, сидел полный мальчишка, его лицо было покрыто в прыщах, что было видно ещë с далека, а рот исказился в гадкой ухмылке, тëмно каштановые волосы были какими то лохматыми, они казались прилипли ко лбу, что было отвратительно и мерзко. Его глаза, были маленькими щелочками которые наполнены злостью. Сидел он один, что было сразу понятно почему. Но он не был изгоем в классе, нет, он был как раз тем самым человеком, которые унижают всех и каждого, а кто переступит ему дорогу, того он готов убить, и унизить так, что ты потом сам станешь изгоем. Отец говорил что такие люди обычно нечего не добиваются, и что их даже надо пожалеть, ведь они такие просто потому, что чувствует себя в классе ниже остальных, вот и пытаются такими способами самоутвердиться. Но всë равно было противно и мерзко. Жалость? Нет, еë к нему не было абсолютно. Затем Ульяна посмотрела на Антона, ожидая его действий. Тот стоял не шелохнувшись, а по его лицу струился пот. И все в классе тоже наблюдали за этим, как те самые люди в средневековье которые забавлялись лишь унижениями и драками. От этого становилось мерзко, но что поделать. Таких в мире полно, и обращать на каждого попросту не стоит внимание, а иначе сойдëшь с ума от их недостатков. — Ты что не понял? Доску вытри! — повторил верзила, только более громче и грознее. Послышался шëпот детей и гадкие смешки. Антон всë также нечего не делал. По хорошему, Ульяна не должна вмешиваться, но какое то желание помочь, было сильным. Поэтому она вздохнула и спокойно сказала: — Давайте.. — кучу глаз так резко посмотрели на неë, от чего блондинка вздрогнула. Но затем она вновь совладала с собой, и уже не так, но всë равно вновь спокойно продолжила — Давайте я вытру доску — Хах, ну вытри! — смеясь проговорил тот противный паренëк. Во взгляде Петрова было какое то облегчение, но это было лишь на секунду, а потом это облегчение сменилось каким то стыдом, и он тихо произнëс: — Ульяна, не надо!.. — но знакомая не послушала его, и взяв тряпку, начала протирать доску. Да, это выглядело конечно жалко, но зато она можно сказать спасла Антона. Смогла показать что она не такая как одноклассники, что смотрят на тебя с жестокостью и злостью противно скалясь, и наслаждаясь твоими унижениями. Доска была протëрта, тряпка положена на место. Больше никто никак не возражал, что радовало Ульяну, но не радовало Антона. Он хотел было что то сказать, но в класс вошла Лилия Павловна, она села вновь за учительский стол, и начала писать что то в классном журнале, вновь не обращая внимание на новеньких. Мда, так уже наверное пол урока прошло. Затем она оглядела свой класс, а затем посмотрела на ребят. Еë взгляд был уже не таким строгим. — Так ты значит младшая сестра Марии? — спросила она заинтересованно у Ульяны. И вновь все взгляды вцепились в неë. Светловолосая кивнула. Лилия Павловна издала смешок, и как то зачарованно протянула — А ведь она когда то ещë маленькой девочкой ко мне на дополнительные занятия летом ходила.. Боже, сколько времени прошло.. Ох.. - еë глаза стали какими то грустными. Все уже удивлëнно и заинтересованно смотрели на Таравкину, а кто то даже с каким то уважением. Ну или быть может нашей героине так показалось. Интересно, а почему же Маша ей об этом не рассказала? Так вот куда еë старшая сестра, когда они приезжали к бабушке, ходила. На глазах Лилии Павловны казалось сейчас даже навернуться слëзы с но этого не произошло, ведь она вновь строго посмотрела на новеньких. - Ладно. Что ж, куда же мне вас посадить? А знаешь что, - она посмотрела на Антона - Садись ка к Семëну Бабурину. А ты Ульяна, садись к моей дочке, Екатерине - учительница устремила свой взгляд на третью парту во втором ряду, где сидела девочка. Еë русые волосы были заплетены в косу, на ней был чëрный сарафан под белой рубашкой, зелëные глаза как то хищно сверкнули и взглянули на Ульяну. На лице у неë была улыбка, но она была какая то злая, хотя другим так не казалось. Она как лиса, с виду добрая и всем поможет, а на самом деле в любой момент может съесть или же подставить тебя. Такие люди обычно самые авторитетные в классе, что кажется нечестным. Блондинка конечно хотела сесть с Антоном, но видимо у учительницы другие планы. Как бы ей ещë не пришло в голову сдружить Ульяну со своей доченькой. Хотя, авторитетная дружба ей не помешает. Но в чëм будет смысл, если каждое слово, каждое действие, лишь простая маска, за которой скрывается коварство и ложь? Но больше всего девочке было жаль Петрова. Если бы еë посадили с таким верзилой и свиньëй как Семëн, то она бы готова была упирается до последнего. Но а что если бы это было ради Антона? Ради мальчика, что кажется ей таким идеальным и красивым. Но что то внутри говорило, что это уже какое то унижение, да и выглядеть это будет глупо. « А разве когда ты вытерла вместо Антона доску, не было глупым и каким то подлизыванием? », - шепнул голос в голове. И как бы не хотелось, но он был прав. Таравкина посмотрела на своего одноклассника с истиным сочувствием, она хотела сказать этим взглядом: держись. И судя по всему, ей удалось передать этот смысл. Девочка села рядом с Катериной и продолжила уже отсюда как то поддерживать беловолосого взглядом. - Ой, а я смотрю вы с Антошой давно знакомы? - слащавым голосом спросила соседка по парте. Ульяна повернулась к ней и попытавшись быть спокойной, ответила: - Нет, мы сегодня встретились.. А.. Приятно познакомиться!. - нашла наконец что сказать девочка, и с натяжной улыбкой протянула Кате руку. Та издала смешок и пожала еë. - Взаимно- от чего то Ульяне стало отвратительно, отвратительно от лжи, которую она сама пытается выдать за правду. Но если бы она была честна, то тогда плохая репутация и враги ей были обеспечены. Поэтому порой, всë таки нужно прислушиваться не к сердцу, а к голове, и обстановке данных действий. Тем временем, Семëн во всю протестовал. У Антона уже болела голова, он взглянул на свою знакомую, но увидев еë натяжную улыбку, понял что и у неë дела не лучше. Но к ней хотя бы учительница как то более мягче относилась, чем к Петрову. Неужели это просто из за того, что она младшая сестра еë бывшей ученицы? Это даже как то злило. Но внезапно стыд и мысль: « О чëм я думаю? », накрыли мальчика с головой. Всë таки как никак, но Ульяна помогла ему. Её взгляд, когда они только встретились, тоже был зациклен на нëм, но он не был злым. Это был другой, взгляд этих серых похожих на серебро глаз был лишь по детски любопытным и каким то добрым, но с нотками строгости и заботы. Этот взгляд был даже как то приятен Антону. - Я могу сесть на заднюю парту.. Вон т-там, с учебниками.. - наконец произнëс Петров. - Ох ладно, садись туда - сказала Лилия Павловна, она вновь стала строгой и уставшей. Мальчик неуверенно проследовал на заднюю парту, и положив рюкзак на стул, сел. Он отодвинул учебники в другую сторону, но стоило ему это сделать, как впереди показался злой взгляд Семëна, в котором чëтко и ясно читалось: Ты новая жертва. Урок начался.