Часть 1

Грязь под ногами в небесных слезах отвратительно-радостно чавкает, С кровью пустою мешаясь, с костлявой что капала туши. Спящую, точно собаку, её отыскали под лавкою В монастыре, осквернённом колючим людским равнодушием. Взгляд выцветающих глаз — то на стену, то в миску с похлёбкою, Не говорит, не встаёт, только слабо бесцельно качается, Плачет без слёз, лишь моля, чтобы смерть была лёгкою, Только мучения всё не кончаются и не кончаются. И искуситься так просто безмозглой беспомощной жалостью, В сотне расплывчатых лиц лишь одно — подозрительно чёткое, Вряд ли сумеет безумец ничтожной насытиться малостью, Мигом даря избавленье созданию кроткому. Мягкий припухлый синяк обрамляет пустую прогалину, Мир, гадко-плоский, кровавыми каплями давится. Тонкие чёрные пальцы с трудом вытирают испарину - Скоро свершится святого прощания таинство. Сильный удар — проявленье последней простой человечности, Будто скотина, прибита и в мягкую землю закопана. Держат дрожащие руки нелепый обрубок конечности, Ветер её провожает живыми не слышимым ропотом.