Часть 6

POV Нами Есть некоторые вещи, которые не хочется не то что видеть, но и представлять мерзко. Например, конец света или как занимаются сексом твои родители, или наблюдать за смертью животных. Юри в объятиях Чонгука, одна из таких вещей. Я не хотела даже думать об этом. Ли ищет утешения в объятиях парня, от которого она просила меня держаться подальше. Чувство предательства пронзает меня изнутри и в груди все сжимается. Я знаю, что это лишь часть плана Чонгука, это его форма мести. Ведь последние два дня я только и делаю, что защищаю Юри и, вероятно, он хочет использовать это против меня. Но что делать с той частью меня, которую сейчас охватывает гнев? Не могу понять, что злит меня больше: оппортунистический псих или действия Юри. Намджун бросается в их сторону, сжимая кулаки. Он не создатель войн, он не склонен к такой жестокости, как Чонгук. Этот парень из тех, кто убивает своей улыбкой. Он игривый, хоть и ненавистный. Не знаю, какой он был до этого, судя по слухам, то парень не прибегал к насилию. А сейчас, я вижу и чувствую, что он готов убивать. Все сидящие в библиотеке уже фотографируют Юри и Чонгука. Со всех сторон слышен шепот и обсуждение происходящего. Я знаю лишь одно, чтобы сейчас не произошло это будет транслироваться у каждого студента на страничке в соцсети. Все студенты Кореи будут обсуждать происходящее. Это то чего хочет Чонгук? Он хочет всего этого шоу? Ким останавливается перед ними. Его лицо не выражает ничего, даже его ямочки скрылись, а спина напряжена так сильно, что его футболка обтягивает каждый мускул. Намджун смотрит на руку Чонгука, обнимающего Юри. Я делаю тоже самое. Мне трудно подавлять желание ее сломать, вырвать и сжечь. Парни смотрят друг на друга не произнося ни слова. Они общаются без слов, но оба выглядят на грани уничтожения. Если на лице Намджуна можно увидеть ярость и гнев, то лицо Чонгука остается бесстрастным. Студентов становится вокруг все больше, но никто ничего не говорит, они лишь ждут когда будет взрыв. Намджун хватает Юри за руку и дергает назад. Девушка встречается с глазами Кима и начинает дрожать от страха. — Юри, — я бегу навстречу к ней, но Намджун что-то шепчет ей на ухо и отпускает, она уносится прочь. Я должна последовать за ней, должна догнать ее и успокоить, но вместо этого останавливаюсь напротив Чонгука. Намджун продолжает уничтожать друга взглядом, но тот не обращает на это никакого внимание. Чонгук наклоняется ко мне и шепчет так, чтобы только я слышала: — Я все еще жду, милая. — Ты сделал это ради этого? — шиплю я, — У меня нет слов. — Скажи уже «нет», милая. И я брошу тебе вызов. — Встретимся после занятий, — невозмутимо говорю я. Он приподнимает бровь, не понимая, куда и что я хочу. Я, блять, тоже не знаю. Не знаю! Но это оттянет время и, может, у меня получится что-то придумать и остановить все это. Мне нужно последовать за Юри. Я делаю шаг в сторону куда убежала девушка, но Намджун хватает меня за руку. — Я не закончил, — говорит Ким. Выражения лица Чонгука начинает наполняться агрессией. Но от следующих действий их останавливают Джин и Юнги, который расслаблено входят в библиотеку. — Говорю тебе, — оживленно обращается Джин к Юнги, — На моем дне рождении будет куча девушек и все они будут в костюмах медсестер. — Разве ты не говорил тоже самое в прошлом году, — Юнги приподнимает бровь. — Отец убил всю атмосферу праздника тогда, — парень становится в боевую стойку, — но в этом году я ему не позволю этого. — Не волнуйся, я сделаю это вместо него. — Да, блять, — Джин смотрит на Юнги с драматическим презрением, — Я думал мы друзья, ублюдок! — Суд пока что этого не доказал. — Так, ты официально вычеркнут из моего списка друзей. Не смей даже на порог моего дома ступать, — Джин заливается смехом, но останавливается, когда видеть нас. Я была сосредоточена на их разговоре только для того, чтобы избежать демонического взгляда за моей спиной. Он раздражает. Но каждый раз, когда я смотрю в его глаза, то это перерастает в гребаную неразрывную связь. Чонгук одним только взглядом вторгается в каждую частичку моего тела, он начинает жить у меня под кожей. Пользуясь момент я вырываю свою руку из хватки Намджуна и бегу за Юри. Я нахожу ее у входа в уборную. Ее волосы в беспорядке, глаза красные и опухшие. — Юри? — медленно подхожу, боясь спугнуть ее. Одна часть меня хочет спокойно с ней поговорить, а вторая хочет накричать и спросить, почему она позволила себя обнять? Девушка услышав мой голос сразу же бросается в мои объятия. Рыдание снова вырывается из нее. — Тише, я рядом с тобой, — я поглаживаю ее по спине, — Я не буду заставлять тебя говорить, но если захочешь рассказать мне, то я выслушаю тебя. — Нами, ты бы смогла стать тем человеком, который готов уничтожать? — Что? — я смеюсь, — Это ты о себе? Юри, ты самый милый и добрый человек, который когда либо был со мной. — Но, Нами, — она смотрит мимо меня, ее взгляд потерян, — Настоящие монстры порой даже не догадываться, что они являются ими. Они просто думают, что все делают правильно. — Ты сейчас о чем? — Я сделал кое-что ужасное, — она всхлипывает, — и это с каждым годом съедает меня сильнее. — Ли Юри, — я нежно накрываю своими руками ее щечки, — Не верь тому, что тебе говорит Чонгук. Это они монстры, а не ты. — Может, нам стоит нанять киллеров для них? — девушка начинает улыбаться. — Если тебе станет лучше, то я только за, — на моем лице тоже появляется улыбка, — Честно говоря, второй день думаю об этом, но мне бы не хотелось опускаться до их уровня. — Эй, не веди себя как зрелая сука. — Лучше быть зрелой, нежели такой как они. — Нами, — девушка обнимает меня, — Чонгук не был таким. — Так! — я начинаю протестовать, — Я и слышать ничего об этом не хочу. Мне все равно каким он был, какой есть и каким будет! — Может тебе стоит задуматься над этим, Нами. Неужели за два дня ты ничего не увидела? Тебя не интересует, почему он не отпускает тебя? Почему его никто не беспокоит, кроме тебя? — Слушай, мне плевать. Или ты хочешь, чтобы я начала копаться в его жизни? Я не психиатр, который хочет докопаться до истины и исцелить раненного зверя, — я вздыхаю, — Это жизнь, мы не в дораме! — Это было грубо! — она бьет меня по руке, — Всегда нужно верить в сказку! — Ага, конечно. — Именно, — она щелкает меня по носу, — Так что между вами произошло? Твоя агрессия к нему за такой короткий промежуток времени переходит все границы. Что-то у меня в груди сжимается. Я хочу ей рассказать все. Хочу чтобы она знала, как этот ублюдок поступил со мной. Но…мне стыдно даже признавать это. — Нет, я просто злюсь, что он с тобой, — осознав что я сказала, начинаю исправляться, — Нет, я не то имею ввиду. Я боюсь что он манипулирует тобой, угрожает. Мне страшно, что он может причинить тебе боль. — Как ты можешь быть уверена, что он монстр, если не хочешь даже узнать его? — я поджимаю губы и начинаю злиться на ее слова, — Эй, во всех военных книгах говорится, чтобы твои враги были ближе, чем друзья. Ты не сможешь выиграть эту войну, если ничего не будешь знать о нем. Мне хочет возразить, но она права. Я не знаю его слабых мест, ничего не знаю, и это ставит меня в невыгодное положение. Он играет мной как ему хочется, но я же не могу этого сделать. Его нахождение рядом портит мне настроение, я хочу стереть его из памяти, но разве это возможно? Чонгук это призрак, который следует везде за мной. Может, мое желание стереть его и сделать все чтобы он исчез неправильное? Может нужно узнать его ближе и уже после нанести смертельный удар? Думаю, что мне следует пересмотреть эту игру. — Слушай, но ведь ты знаешь Намджуна и что? Это тебе ничего не дает. — Знала. Это в прошлом, он сейчас совсем другой человек, — ее взгляд становится грустным, — И я не собираюсь с ним бороться, а ты то и делаешь, что бросаешь вызовы Чонгуку. — Нет, — у меня пересыхает в горле, — я защищаюсь от его нападок и ненавижу, что он сегодня попытался влезть в наше общение. — Наши с ним отношения другие. Прежде чем я успеваю ее расспросить, начинается последняя пара. Мы как можно быстрее бежим на последнюю пару физкультуры. Не понятно зачем этот предмет нужен на последнем курсе, но видимо спорт и статус находятся рядом. В раздевалке мы переодеваемся за короткое время. Я всегда стараюсь переодеться быстро, так как не хочу чтобы кто-то видел мой шрам, особенно сейчас, когда он окружен красными отметинами. Уже на выходе замечаю, что фигура у Юри бесподобна. Грудь и попа просто идеальной округлой форма, ее футболка короткая и оголяет время от времени ее плоский животик. — Мне нужно в туалет, скоро буду — Юри обнимает меня и убегает. Я выхожу на стадион, некоторые девушки болтают между собой. Я же остаюсь одна, после сегодняшнего утра, меня все обходят стороной. Достаю телефон и открываю социальные сети. Это только для того, чтобы знать с чем я столкнулась, говорю я себе и нахожу страничку Чонгука в инстаграме. Парень уже был подписан на меня. — Что за…? У него больше миллиона подписчиков. Больше миллиона. Боже. Как он может быть так знаменит? Лента заполнена фотографиями. Большинство его фото это совместные снимки с Джином, Намджуном и Юнги. Также есть фото с вечеринок, где парни пьют алкоголь, а толпа девушек втиснута между ними. Мой взгляд привлекает фото, где Чонгук рядом с каким-то парнем и брюнеткой улыбается во все тридцать два. Он…он может быть счастлив? Кто эти люди и как они смогли оживить его безжизненное лицо? Через свой профиль он демонстрирует идеальный образ золотого парня и звезды. Любой верит в это, они считают, что он живет лучшей жизнью и любит ее. Но чем больше фото я просматриваю, тем сильнее понимаю, что это всего лишь маска. Попытка скрыть от всех что-то, что никто не знает. Случайно обновляю его страничку и вижу чёрно-белый снимок, на котором лицо Чонгука закрыто руками, а сам он сидит в кресле перед шахматной доской. Само фото размыто и к нему прилагаются две подписи. «Да здравствует Королева"/"Разрушен прежде, чем ты разрушишь меня» Фото опубликовано три минуты назад. В отличии от других его снимков, этот кажется настоящим окном в его душу. Я обновляю ленту снова, в надежде увидеть что-то в комментариях, но появляется еще одно фото. Это фото тоже черно-белое. На нем шахматная доска. Посередине фигура черного короля, рядом с которым валяется белая пешка и королева. Подпись: Болит. Под этим фото сразу же появляются тысячи комментариев от девушек, которые спрашивают, что случилось и желают ему скорейшего выздоровления. Не думаю, что у него что-то болит физически. У него с головой не все в порядке, а я это уже говорила. Нужно будет сделать ему подарок: записать к психиатру. Учитель зовет всех на поле, так что я бросаю телефон в сумку и подхожу ближе. Юри все еще нет. Пока преподаватель рассказывает, что делать, я не прилагая усилий нахожу Чонгука. Это легко, так как его уже окружает толпа девушек. Он в белой футболке и черных шортах, форма прилипает к его телу, как вторая кожа. Как оказалось, то это больше урок для парней. Они соревнуются в баскетболе и футболе, а девушки учат танец черлидеров или наблюдаю с трибун. Ни то, ни другое мне не нравится, поэтому я попросилась отдельно от других побегать. Быстрый бег на дистанции мне запрещен, а вот легкие пробежки то, что доктор прописал. Услышав разрешение, я завязываю шнурки покрепче и приступаю к бегу. Я преодолеваю первый круг и останавливаюсь попить воды, с баскетбольной площадки слышны крики парней и визги девушек. Они разделились на две команды, в одной Юнги и Джин, во второй же Намджун и Чонгук. Первые идеально ладят на поле, чего не скажешь о других. Намджун толкает Чонгука, еще немного и они вцепятся друг другу в глотку. — Ого, Ким, сегодня напряжен, — я поворачиваюсь к говорящему, — Привет, Новенькая, я Тэхен, — парень тянет руку. — Не новенькая, а Нами, — я пожимаю его руку в ответ. — Прости, — он мило улыбается, — ты не против, если я буду бежать с тобой? — Разве ты не в футбольной команде? — я смотрю на его форму и не понимаю зачем он это делает. — Да, но у меня не так давно была операция и сейчас я на восстановление, играть запрещено, а вот легкий бег — нет. — Понимаю, — я улыбаюсь в ответ, — Ну можем попробовать. Мы начинаем бежать, но Тэхен продолжает говорить и мы переходим на ходьбу. Говорим на разные темы и смеемся, это первый человек, после Юри, с которым так легко общаться. Проходя мимо баскетбольной площадки Тэхен останавливается чтобы взять воды, я решаю ближе посмотреть на игру. У парней сейчас перерыв, непроизвольно ищу глазами Чонгука. Он стоит возле скамейки и сжимает бутылку в руке. Его внимание сосредоточено не на Намджуне, с которым они чуть не подрались, не на Джине, который что-то бурно объясняет, оно сосредоточено на мне. Я замираю. Мое дыхание становится тяжелым из-за чего мне приходится глубже вдыхать. Моя грудь напряженно поднимается и опускается. Взгляд Чонгука опускается к изгибу моей груди, затем возвращается к глазам. Он делает это медленно. Мучительно медленно. Парень словно голодный зверь, который готов разорвать свою добычу уже, здесь и сейчас. — Пошли, — Тэхен хватает меня за руку и я прерываю зрительный контакт. Пусть он играет сам в свою игру. Юри не появилась до конца пары, девушки пошли переодеваться, а я осталась ждать пока они все уйдут. Хочу принять душ и не спеша одеться, но мне нужно выжидать такие моменты, что бы никто не увидел шрам. Чтобы никто не смел мне снова сказать, что я уродина. Дождавшись, когда последняя девушка покинет раздевалку, я облегченно вздыхаю. Сняв свою одежду направляюсь в душ. Вода приятно стекает по телу, я отпускаю все мысли. Закрываю глаза и пытаюсь расслабиться, провожу пальцем по шраму и закусываю нижнюю губу. Вчера Чонгук жадно целовал его, он проводил также своей рукой. Волна трепета растекается по телу. Так, стоп. С этим нужно заканчивать. Я беру полотенце и оборачиваю вокруг тела. Выхожу из душевой кабинки и замираю. В дверях стоит Чонгук. Он прислонился к двери и наблюдает за мной с пугающим вниманием. Его взгляд скользит по моему телу. — Убирайся, — я указываю рукой на дверь. — Ты сказала что мы встретимся после занятия. — Я имела ввиду за территорией университета! — Ты не говорила этого, милая. — Блять, убирайся! Я встречу тебя снаружи. — Меня и здесь все устраивает. — Ты издеваешься? — Нет. — Чонгук, я не могу говорить вот так просто, когда на мне только одно полотенце. После моих слов у него появляется садистская улыбка. — Стесняешься, милая? — Что? — Или боишься искушения? — Я не хочу твоего внимания. — Вот оно что, — парень направляется в мою сторону, — - А чье внимание тебе нужно? — он проводит большим пальцем по моим губам, — Того ублюдка с которым ты бегала? — он сжимает мою челюсть. Я замираю. От его прикосновений жар проникает в каждую клетку моего тела. Будь проклят он и я за то, что позволяю себе эту слабость. Чонгук заставляет меня сделать несколько шагов назад и прижаться к стенке. Он снова вторгся в мое личное пространство. Мы так близко, что почти дышим одним воздухом. Он хватает меня за талию, а второй рукой проводит по шее спускаясь к декольте. — Ты не просила, но получишь его. Все, о чем я могу думать со вчерашнего дня, это, как снова прикоснусь к тебе. Чтобы бы было, если бы меня не прервали? Мне интересно, как ты будешь себя ощущать, когда я схвачу тебя за волосы, а мой член глубоко погрузится в твое горло, — я приоткрываю рот от удивления, — Или как ты будешь ощущаться подо мной, когда я буду трахать тебя, пока ты не потеряешь сознание, — его тон становится небрежным, — Мне так интересно, какая ты на вкус Нами. Я хочу трахнуть тебя языком и… — Прекрати… — странное ощущение охватывает мое тело из-за его грубых слов. Я бы хотела чтобы это был гнев или грусть, но это не так. Низ моего живота сжимается, соски напрягаются под полотенцем. Сукин сын, он вызывает у меня возбуждение. Его грязные слова нравятся моему телу, мне. В голове крутится только одна мысль: трахни меня уже. Но я стараюсь включить здравый смысл и отгоняю эти мысли прочь. Чонгук смотрит на меня, как будто что ищет и как только его уголки губ поднимаются, я понимаю что он нашел то, что искал. — Ты ведь уже промокла, милая? — Ч-что? Нет. — Нет значит, — он начинает вырисовывать круги указательным пальцем а моей шее, — Хочешь сказать, что если я засуну руку под полотенце, то ты не намочишь мои пальцы? Я сжимаю губы и опускаю взгляд. — Я должен проверить, — ему не нужно разрешение, — Просто хочу убедиться. Я упираюсь руками в его грудь. — Единственный способ сделать это — довести меня до потери сознания. — Некрофилия не интересует меня. Когда я доведу тебя до оргазма, я хочу чтобы ты кричала мое имя и просила большего. — Ты реально псих. — Ну хватит повторять одно и тоже, — после этих слов взгляд парня падает на мою грудь, видимо он вспомнил то, для чего изначально пришел сюда. — Не смей, — я прижимаю к себе полотенце. — Я вежливо просил тебя утром, — его взгляд становится темнее, — Но признайся, что тебе не нравится по-хорошему, милая. Тебе нравится противоположное хорошему. — Мне нравится, когда не нарушают мое личное пространство. — Сама себе веришь? — он убирает силой одну мою руку и фиксирует ее над моей головой, — Я думаю, что тебе нравится все то, что я делаю, но ты такая правильная, такая честная и хорошая, что сама себе боишься в этом признаться. — Тебе нужен доктор. — Ты сделала свой ход, милая. Чонгук хватает мою вторую руку и также фиксирует ее одной своей над моей головой. Затем срывает с меня полотенце. Стоит ему увидеть свою работу на моем теле, как в глазах появляется огонек. Он обхватывает пальцами мой сосок и сжимает. Это ощущение пронзает меня и я закрываю глаза от стыда. — Они такие твердые, — он снова сжимает и едва слышный стон срывается с моих губ, — Видишь? Им тоже нравится противоположное. Он продолжает теребить сосок, то сжимая, то лаская его, при этом не отводя взгляд от моего шрама. Я боюсь, что отдамся наслаждению и этого монстра будет не остановить. Поэтому я максимально подавляю ощущение, которое проходит по моему телу. — Тебе нравится причинять боль другим? — Тебе больно? — он неохотно смотрит в мои глаза, интерес который можно было увидеть ранее исчез за стеной безразличия. — Нет, мне некомфортно. Избавь меня от своего внимания, я не хочу чтобы это дела ТЫ, — я яростно выделяю последнее слово. Он сильно щиплет меня за сосок и из моих губ вырывается стон. — Чонгук, ты токсичен. — Повтори. Он наклоняется, губы скользят по раковине моего уха, посылая озноб в низ живота, он шепчет: — Повтори это снова. — Прекрати. Что я тебе сделала? — голос дрожит, но не от страха, а от возбуждения, которое заполнило все мое тело. — Ты существуешь. От этих его слов у меня выступают слезы. — Почему ты решил что это буду я? Почему ты хочешь разрушить меня, мы знакомы только второй день! — я срываюсь на крик. Его рука обвивается вокруг моей шеи, и он сжимает ее. Он показывает, что контролирует ситуацию. Что он тот, кто решает выжимать из меня жизнь или нет. — Ты ничего не видишь, Ким Нами. Он отпускает мои руки и и тянется свободной рукой к соску щипая его, а второй сильнее сжимает мою шею. Я не могу дышать. Я бью его по плечам, пытаясь ухватиться за каплю воздуха. Меня охватывает головокружение и все становится туманным. — Перестань сопротивляться мне и я отпущу, — он расслабляет руку, и когда видит, что я достаточно вдохнула воздуха, проводит языком по моей нижней губе, — Ты ведь у меня умная, милая? Я покорно кладу руки ему на плечи и поддаюсь вперед к его губам. — Умница, — после похвалы, Чонгук впивается своими губами в мои. Нежный поцелуй и сильные щипки по соску заставляют меня стонать. Я не стесняюсь это делать уже, если он этого хочет, если это спасет мне жизнь, то пусть так и будет. — Блять, малыш, — парень отстраняется, его голос леденящий, но наполнен волнением, — Ты могла бы отказаться от перевода, Нами, — он прислоняется своим лбом к моему, — Но вместо этого начала войну. — Ким Нами? Учитель физкультуры кричит в коридоре. Я вздрагиваю от страха быть пойманной. Чонгук отпускает меня и выходит с душевой. Мое дыхание сбито. Натянув обратно полотенце я на дрожащих ногах вышла следом. — Все в порядке? — учитель стучит в дверь. — Да, — кричу я в ответ. Но нет. Блять. Нет. Совсем нет.