Бесконечное счастье

*** март 1976 — Не хочешь посмотреть на карту? — предложил Римус. — Вдруг там кто-нибудь есть? — Да не волнуйся ты так, — махнув рукой, беззаботно ответил Сириус, — в этом коридоре никогда никого не бывает. Ты же знаешь. Четверо друзей пробирались обратно в замок из Хогсмида по одному из секретным проходов. Сириус, быстро нащупав в темноте нужный кирпич, нажал на него и стена отъехала назад, а бродяга, повернувшись, сказал: — Вот видишь никого! — Вот это да, — выдохнул Джеймс. — Ой, — выкрикнула Реин, отскакивая от Регулуса. — А вы чего тут делаете? — удивлённо спросил Сириус, глядя на брата и подругу. Девушка уже успела покраснеть, а вот молодой человек выглядел еще вполне хладнокровно. — Прогуливались, — пискнула девушка. — Вот это прогулочки у вас, — смеясь, сказал Джеймс, подходя к другу и похлопывая его по плечу. — На что мы там спорили, бродяга? Ты проиграл. — Почему это я проиграл? — Они целовались, если ты не заметил, — ответил его друг, а потом уверенно заявил. — Я же говорил, что они начнут встречаться, а ты мне всё: «он не в её вкусе, он не в её вкусе». — Вы встречаетесь? — воскликнул Сириус, округлив глаза. — Ты же говорила, он не в твоём вкусе! — Я ошибалась, — пожав плечами, прошептала Реин, всё сильнее краснея от стыда. Она-то совершенно не ожидала, что их застукают сразу четверо семикурсников. — Оказалось, что в моём. — Вот это новости, ребята, — наконец сказал Сириус и потряс головой, словно сбрасывая ошеломлённость, а потом уже в шутливой и более привычной для себя манере добавил, — Вы главное аккуратнее, а то маме не понравится стать преждевременно бабушкой. Реин покраснела, Регулус же злобно глянул на брата. В это время Джеймс тихо хихикал, все ещё стоя в проходе, пока Римус просил Сириуса не издеваться так над ребятами. Единственным, кто молчал был Питер. Ему давно нравилась девушка, но даже он был в той или иной мере рад знать, что она счастлива с младшим братом Бродяги. *** ноябрь 1979 По лужайке к дому мчался Реджи, громко крича так, что на улицу выбежали взволнованные Вальбурга и Орион. Поначалу они испугались, что случилось что-то ужасное, раз их сын так истошно вопит. — Она сказала «да»! — на руках он держал свою невесту, которая счастливо смеялась. — Сказала «да»! Слышишь, Сириус, а ты говорил, что она откажет такому идиоту, как …. Под ноги Регулус, конечно, не смотрел. Было не до этого. Хотя, возможно, стоило, учитывая, что на лужайке встречались крупные камни, один из которых и послужил причиной падения Регулуса, а вместе с ним и его невесты. — О нет, — прошептала, поворачиваясь и зажав переносицу пальцами, будто хотела забыть увиденное, Вальбурга, — только не говори, что, он правда её уронил. — Если ты так просишь, то не буду, — хохоча, ответил Орион, — лишь упал вместе с ней! Вальбурга, почитавшая правила этикета, вся покраснела от стыда. По её мнению, помолвка должна была быть более торжественной и уж точно не должна была заканчиваться падением в траву. — Джеймс! Где колдограф? Неси скорее! — орал Сириус. — Тут Регулус Реин уронил. — Сириус! — закричала Вальбурга на сына, хотя знала, что останавливать его и его друга бесполезно. Если они что-то задумали, что сделают всё, чтобы воплотить это в жизнь. Мимо Лили, стоящей с Гарри на руках, промчался счастливый Джеймс, который в компании лучшего друга, превращался обратного в ребёнка, в руках у него был колдограф. *** август 1980 Реин рассматривала своё отражение в зеркале. Перед ней стояла красивая молодая девушка в пышном белом платье. Корсет был туго затянут так, чтобы её талия ещё сильнее выделялась, а юбка, сделанная из шифона, занимала треть комнаты, и девушке, казалось, что она не сможет самостоятельно сделать и шага, без того, чтобы упасть. Неожиданно в дверь маленький комнаты постучали, и Реин вздрогнула. — Войдите, — крикнула она неестественно высоким голосом. Реин с утра нервничала так, что даже не могла остановить дрожь в руках. В проходе двери появилась голова Хагрида. Его тёмные волосы были смешно зачёсаны назад, а одет он был в свой парадный костюм, который всем вокруг казался немного странным. В его руке Реин мгновенно заметила бутылку чего-то, что было похоже на алкоголь. «Это то, что мне сейчас нужно», — промелькнуло в её сознании. Она приподняла юбку и быстрым шагом направилась к гостю. Оказалось, что справиться с платьем было посильной задачей. — Я… это… ну хотел подарок отдать, — пробормотал что-то тот, явно ошеломлённый пышностью роскошного платья. — Сам настаивал. — Отлично, — улыбнулась девушка, взяв у него из рук бутылку и быстро открыв крышку. Она сделала один долгий глоток, пока Хагрид удивлённо разглядывал её. — Лучше хватит, наверное, — запротестовал он, когда она отлипла от горлышка, — крепкое слишком. Пойду лучше Регулусу отнесу. Напоследок Хагрид одарил её недоуменным взглядом. Он явно не ожидал, что девушка решит продегустировать его подарок. Полувеликан взял бутылку обратно, и вышел из комнаты. А Реин уже слегка повеселевшая осталась дожидаться начала мероприятия. *** — Леди и джентльмены, — произнёс певучий голос, принадлежавший маленькому, с клочьями волос на голове волшебнику. Он стоял перед Реин и Регулосом, — мы собрались здесь ныне, чтобы отпраздновать союз двух верных сердец… «Почему же он так медленно говорит?!», — пронеслось в голове Реин. Новые туфли на высоком каблуке нещадно натёрли ей ноги. Хотелось поскорее сесть за стол и сбросить их, чтобы никто не увидел, но впереди был ещё первый танец молодых, и девушка с трудом могла себе представить, как перенесёт это мучение. — Регулус Арктурус Блэк, берёте ли вы Реин Орели Розье?.. Эмма Ванити, стоявшая рядом с женихом и невестой, из-за всех сил старалась не засмеяться, глядя на смешные рожицы, которые ей строил маленький Гарри, сидевшая в первом ряду миссис Блэк тихо отчитывала старшего сына, который до этого что-то шептал своему лучшего другу, а звуки, доносившиеся с последних рядов, давали понять, что Хагрид, достав из кармана свою маленькую скатать, которая заменяла ему носовой платок, уже успел расчувствоваться. — В таком случае я объявляю вас соединёнными узами до скончания ваших дней. Волшебник с клочкастой головой поднял над Регулусом и Реин палочку, и серебристые звёзды осыпали новобрачных словно дождём, спирально завиваясь вокруг их теперь приникших одно к другому тел. Заиграл оркестр, и новобрачные вышли первыми на танцевальный настил. Хоть они много раз репетировали вальс, почему-то никому ни разу не пришло в голову попробовать танцевать в свадебных нарядах. Так что при каждой поддержке Регулус про себя думал: «Зачем ей сшили такое длинное платье! Ещё чуть-чуть бы и я на него наступил!» К счастью, это мучение длилось недолго, и через пару минут молодожёны оказались за своим столиком, где поесть им так и не дали. Гости подходили один за другим, чтобы поздравить новую семью. *** На часах было уже довольно поздно. Почти все гости уже разошлись, а те, кто остались были не в состоянии уйти. — Почему никто меня не предупредил, что свадьба — это такое утомительное занятие? — устало прошептал Регулус своей уже жене. — Единственное, чего я сейчас хочу, это поскорее лечь спать и проспать как минимум до завтрашнего вечера. Нам даже поесть нормально не дали! — воскликнул он. К слову, замечание было справедливым. Молодожёнам то и дело приходилось выслушивать тосты, поднимая бокалы и в очередной раз отпивая шампанское. Регулусу казалось, что этот напиток он уже никогда в жизни не захочет. — Спать? Ты издеваешься? — невнятно проговорила Реин, заплетающимся языком. Весь вечер она то и делала, что пополняла очень быстро опустошающийся бокал с шампанским, сначала, чтобы успокоить себя, а потом уже просто так. Поэтому неудивительно, что к ночи, она была ужасно пьяна. — Лично я собираюсь открыть подарки. Вот Сириусу дядя Аль… Адьфруд… Альфрад, какое всё-таки трудное имя, подарил дом только за то, что он сбежал, а нам? — Не знаю, милая, но, кажется, нам пора домой, — озабоченно пробормотал Регулус, — пойду скажу маме, что я собираюсь проводить тебя. Он встал из-за стола и поспешил к Вальбурге, которая о чём-то болтала с Бенджамином Розье. — Мам, Реин лучше отправиться домой. Она … немного перепила, — про себя он подумал, что перепила она знатно, но не захотел об этом говорить при её отце. — Бедная девочка, отведи её домой и возвращайся. Тебе надо ещё будет проводить гостей, — кивнув, сказала Вальбурга сыну, а потом добавила, уже обращаясь к Бенджамину, — Так что вы рассказывали про своего домовика? Повернувшись, Регулус зашагал обратно к столу. На пути ему попался Сириус с колдографом. — Ты чего делаешь? — спросил жених у брата. — Не видишь что ли? — ответил Сириус. — Должны же на память хоть какие-то хорошие фотки остаться, а не эти ваши. Фотограф только и снимал, как все мило улыбаются, даже посмотреть не на что будет после свадьбы. Глянув в ту же сторону, что и Сириус, Регулус сразу понял, какие именно воспоминания хочет сохранить его брат: Реин успела уснуть, положив голову на стол. Регулус, больше не обращая внимание на брата, подошёл к столу, на котором так сладко спала его жена. — Пойдём, милая, — прошептал он, поглаживая её по плечу, — пора домой. Регулус не отваживался поднимать её на руки, опасаясь, что из-за слишком длинного платья они оба упадут на глазах у оставшихся гостей, а слухи обо этом разойдутся по всей Англии. Всё-таки их свадьба была довольно значим событием, о котором даже упоминалось в «Ежедневном пророке». — Хорошо, Реджи, — открывая глаза, сонно пробормотала Реин. Они вышли из шатра, и вместе трансгрессировали. Регулус помог Реин подняться в спальню, где та заснула, не в силах даже переодеться, а он поспешил вернуться к гостям, оставив юную жену на попечение домовикам. *** октябрь 1987 — Эми! Постой-ка, я должна тебе кое-что рассказать, — Реин взяла подругу за руку и посадила на кресло, а сама встала перед ней, обхватив руками свой живот, — ничего не замечаешь? — Ну я давно заметила, но не хотела тебе говорить, — отворачиваясь, тихо ответила девушка, — но ты не переживай, знаешь, в твоём возраста многие поправляются! Это нормально! — Я не поправилась… — Ой! Прости! Конечно же, не поправилась! — неловко начала возражать Эмма. — Мне показалось. — Тебе не показалась! Так-то я поправилась, но не потому что мы с Реджи объедаемся. Я беременна! — Реин радостно улыбнулась. — Не может быть! — вскочив с кресла, закричала Эмма. — Очень даже может… — Как?! — Ты правда хочешь, чтоб я объяснила? — поинтересовалась Реин, еле воздерживаясь от смеха. — Наверное, обойдусь, — Эмма наскочила на подругу, крепко обнимая её. — Я так счастлива! — Мы хотим, чтобы вы с Барти были крестными! — Мы согласны! — заверещала Эми. Мнение её молодого человека, её совсем сейчас не интересовала, да и тем более она точно знала, что он не откажет Реин и Регулусу в этой просьбе. *** 31 августа 1991 Сириус вошёл в белый особняк, который он в шутку называл «домом на краю света». Внутри всё было настолько аккуратно, что это его порядком смущало: картины висели ровно, нигде не было видно и следа пыли, пол блестел от чистоты. Реин, как всегда, на славу постаралась, убираясь. — О, ты сегодня рано, — сбегая по лестнице, заявил запыхавшийся Реджи, — ещё никто не пришёл. — Ты чего-то уставший? — глядя на брата, заявил Сириус. — Семейная жизнь все-таки тяжела? — Брак — это не наказание, так что не стоит меня жалеть, уж лучше пожалей себя, потому что тебе может достаться. Я случайно матернулся при Аде, а она запомнила и назвала маму этим словом. Конечно, Реин разозлилась на меня, но я сказал, что это был ты. Тебе-то какая разница обижается она или нет, а вот мне с ней жить! — Да без проблем, возьму вину на себя, но ты мне должен: уговори маму не устраивать смотрин в этом году на мой день рождения. Я не собираюсь жениться! Они вместе направились к кабинету Регулуса, где уселись на роскошные кремов из кожи. — Даже если у меня и получиться, это ещё не значит, что она не продумает что-нибудь похуже, — предупредил брата владелец особняка. — Я бы на твоём месте уже женился и не мучился. Ты же понимаешь, что мама от тебя не отстанет… — Сириус! Я так рада тебя видеть! — в комнату забежала улыбающаяся Реин. На руках она держала маленькую Аду. — Милая, тебе же доктор запретил носить её на руках, — к ней подошёл Регугус, забравший дочь к себе. — Хорошо, не буду, — возможно, Реин и хотела сказать что-то немного язвительнее, но промолчала, зная, что он боится за неё. — Хотя не думаю, что вес четырёхлетнего ребёнка может мне навредить. — Вот это у тебя животик уже! Мама, наверное, вне себя от радости, — погладив Реин по животу, подсмеялся Сириус. — И да, с днём рождения! *** В просторной светлой столовой собралось уже довольно много гостей, но все они были из числа самых близких людей для хозяев: Эмма и Барти сидели по разным сторонам — провстречавшись больше семи лет, они всё-таки расстались, но это не помешало им остаться хорошими крестными для Ады, все мародёры сидели рядом друг с другом, оживлённо переговариваясь и что-то рассказывая уже подросшему Гарри, Вальбурга и Ребекка с умилением разглядывали внучку, пока их мужья переговаривались. Во главе стола сидела изменница, рядом её муж и дочь. Наконец Регугус поднялся, тихо кашлянув, призывая собравшиеся к тишине. — Сегодня мы собрались, чтобы поздравить Реин с тридцатилетием. С дня, когда мы обручились, прошло уже больше десяти лет, а мне до сих пор не верится, что время могло так быстро пролететь. Даже спустя года она осталась всё той же Реин, которая много и усердно трудилась, в любой момент была рядом, чтобы поддержать и помочь мудрым советом. Однако теперь она уже не просто красивая умная девушка, в которую я влюбился. Теперь Реин взрослая женщина, которая ни разу за нашу совместную жизнь не забыла что-либо сделать, которая стала прекрасной матерью моей дочери, а скоро и сына, отдавшей всю себя воспитанию нашего ребёнка. Я благодарен судьбе, что когда-то Сириусу пришло в голову нас познакомить. Как видишь, мама, ты очень несправедлива к своему старшему сыну, когда говоришь, что к нему в голову никогда не приходили светлые мысли, — обратился он к Вальбурге, а потом продолжил, — Именно благодаря нему у тебя есть Ада, с которой ты так любишь нянчиться. Но в основном, в этот день, я хочу поблагодарить именно Реин за то, каким она сделала меня и этот дом. Спасибо! По лицу девушки уже катились слёзы радости. Она никогда в жизни не думала, что сможет быть так счастлива, а теперь со всех сторон сыпались поздравления, она была любима и она знала, что завтрашний день будет таким же светлым, как и этот. Будущее было открыто и она ждала его с нетерпением, без страха.