Море, любовь и одна маленькая семья

Прошло два года.

Тёплый, ласковый ветерок игриво трепал тёмные пряди Минджу, заставляя их танцевать на по-детски пухлых щёчках. Малыш, которому едва исполнилось два года, уверенно стоял на своих маленьких ножках. Огромные, цвета горького шоколада глаза с изумлением взирали на бушующее море, а Хёнджин, нежно обнимая его раньше, так любил целовать эти самые щёчки. На Минджу была белая, просторная футболка и короткие джинсовые шортики, обуви не было, он обожал чувствовать своими ножками мягкий песок. Кроха бежал по влажному песку, крепко сжимая в руке игрушечную рыбку, периодически оглядываясь на родителей, ища в их лицах подтверждение, что весь мир по-прежнему в безопасности. Элли босиком шла по линии прибоя, позволяя прохладной воде ласкать её ступни. Подол её воздушного платья цвета морской пены кокетливо касался коленей. В её волосах, заплетённых в небрежную косу, поблёскивали солнечные зайчики. Она часто бросала взгляд в сторону Хёнджина, идущего следом. В руках он держал маленькую бархатную коробочку, скрытую от её глаз. От него исходил тонкий аромат сандалового дерева и чего-то тёплого, домашнего, что заставляло её сердце биться чаще. Чуть поодаль, на клетчатом пледе, разложенном прямо на песке и пахнущем морской солью, расположился Феликс. Он увлечённо делал фотографии, заливаясь смехом, наблюдая за тем, как Минджу отважно пытается поймать убегающую волну, его тёмные волосы блестели на солнце. — Он всё смелее и смелее становится, — заметил Феликс, когда Хёнджин подошёл ближе, его губы тронула тёплая улыбка. — Весь в свою маму, — ответил Хёнджин, и в его взгляде отражалась бесконечная нежность. Элли остановилась у самой кромки воды, где песок становился мокрым и тёмным. Солнце неумолимо клонилось к горизонту, окрашивая море в густой янтарный цвет, будто художник, смешавший золото и мёд. Прохладный бриз доносил до неё запах водорослей и далёких странствий. Она обернулась, ласково подзывая мальчика, и вдруг увидела, что Хёнджин стоит прямо перед ней. Слишком близко. Слишком серьёзный. В его глазах она увидела все свои страхи и все свои надежды. Обычно он носил непринуждённый молодёжный стиль, но сейчас на нём были элегантные брюки и рубашка, подчёркивающие его высокий рост и атлетическую фигуру. — Оппа…? Всё хорошо? — робко спросила она, чувствуя, как внутри разливается волнение. Он глубоко вдохнул, словно ныряльщик, готовящийся к погружению в самые глубины океана. — Элли, — его голос звучал хрипло и мягко. — Я давно хотел сказать это. Каждый день с тобой… он возвращает мне жизнь. Не просто спокойствие или надежду. Саму жизнь. Ты для меня — как глоток свежего воздуха после долгой зимы. Она замерла, словно птица, попавшая в силки. Сердце бешено колотилось, застряв где-то в горле, не давая дышать. Феликс вдалеке тихо замолк, будто тоже почувствовал, как воздух вокруг сгущается от предчувствия чего-то важного, перестал щёлкать затвором камеры. — Ты стала для нас домом, — продолжал Хёнджин, и в его голосе звучала искренняя благодарность. — Для меня. Для Минджу. Когда ты рядом… всё становится легче. Светлее. Я… — Он запнулся, собираясь с духом, стараясь передать всю глубину своих чувств. Он опустился на одно колено, его движения выдавали волнение. Элли прижала ладонь ко рту, пытаясь унять дрожь, у неё перехватило дыхание от нахлынувших эмоций. — Я хочу провести с тобой всю жизнь. Хочу, чтобы Минджу рос, зная, что у него есть лучшая мама, какую только можно представить. — Он дрожащими руками открыл бархатную коробочку, и в лучах заходящего солнца засверкало кольцо с небольшим бриллиантом. — Элли, будь моей женой? Мир резко стал очень тихим, словно кто-то приглушил звук. Только шум волн, неустанно накатывающих на берег. И звонкий смех Минджу, который, ничего не понимая, подбежал к ним и уткнулся своим маленьким носиком в колено Элли, словно ища защиты. Она опустилась на песок, обняла своих любимых мужчин, и её голос дрожал от переполнявших её чувств. Она почувствовала, как внутри разливается тепло, а ноги стали ватными. Хёнджин подхватил её за талию, не давая упасть. — Конечно… Конечно, да, Хёнджин! Минджу радостно захлопал в ладоши, чувствуя, что случилось что-то особенное, что-то очень хорошее. Он потянулся к кольцу, но Элли вовремя перехватила его ручку. Хёнджин бережно надел кольцо на её палец, притянул к себе и поцеловал. Мягко. Бережно. Так, как целуют человека, без которого не могут представить ни один следующий день. Его губы были солёные от морской воды и немного дрожащие от волнения, а её коленки подкосились от счастья. Феликс со своего пледа закричал, заглушая шум прибоя: — Наконец-то! Я думал, ты сделаешь предложение ещё год назад! — Он достал телефон и принялся снимать счастливую пару. Они засмеялись, и напряжение, словно по волшебству, отступило. Элли плакала, но это были светлые, счастливые слёзы. Минджу тёрся носом о её щеку, пытаясь утешить. Хёнджин держал их обоих в объятьях, словно боялся, что это всего лишь сон и они вот-вот исчезнут. Вечер становился золотым, на горизонте появилась первая звезда, мерцающая, как маленькая надежда. Будущее — таким, какое они сами выберут. Полное любви, тепла и бесконечного счастья. А дом… дом был там, где они вместе. Где царила любовь. Где их ждали. Где они были нужны.