Запись 13. Коллекция Приора

Визит к приору Провинции Мелавазу первоначально показался мне бесполезным. Дитрих заказывал, время от времени, через канцелярию Приората редкие материалы для своих экспериментов, договаривался о финансировании, передавал научные статьи для публикации. Дружеских отношений ни сам Мелаваз, ни другие чиновники с фон Раухом не поддерживали. Разговор о последнем визите убитого рыцаря-изобретателя в Резиденцию Приора несколько лет назад сам собой перескочил на коллекцию средневековых автоматонов. Лютеций явно гордился своим собранием и живо решил показать мне её, многословно рассказывая про каждый экземпляр. Явно ему было гораздо интереснее говорить о своих механических куклах, чем о фон Раухе. За последнюю неделю я уже успел погрузиться в мир механических самоуправляемых машин, что, едва ли не с видом эксперта по этому вопросу, вставлял свои комментарии, вызвав восторг хозяина дома. Приор, как и всякий увлекающийся человек, был искренне рад встретить человека с родственными интересами. В его коллекции были механические куклы работы мастеров со всей Европы от Франции до России, некоторые едва совершали несколько движений, другие делали реверансы и произносили целые фразы. Я невольно вспомнил "Конкубину" бесцельно шатавшуюся по коридорам особняка фон Рауха. После окончания расследования отправлю её сюда, в этот механоидный рай для таких, как она. Тем временем Мелаваз с загадочным видом повёл меня в отдельную комнату, обещая показать нечто такое, что поразило самого Дитриха. Я вдруг почувствовал ощущение, словно сам господь коснулся меня, наитие того, что нахожусь на пороге разгадки. Ведь именно после визита к приору Дитрих окончательно порвал внешние связи и перестал покидать особняк, выгнал большинство слуг и стал всё время проводить в лаборатории. И теперь я узнаю что это случилось, после того как он увидел нечто, хранившееся в специальном хранилище Мелаваза! Моё сердце начало биться чаще, когда мы вошли в тёмную комнату и Лютеций щёлкнув переключателем разогнал тьму с помощью электрического света. "Конкубина", - выдохнул я, увидел полулежащую на софе, механическую куклу в полный человеческий рост, с тонкими чертами лица выполненными из слоновой кости. Лишь отсутствие белокурых волос напоминало, что это не тот же самый автоматон, бродящий, по дому Дитриха и бросающийся бессмысленными фразами на разных языках мира. Подойдя ближе и рассмотрев её внимательно, я конечно обнаружил и много иных отличий, однако не оставляло сомнений, что Дитрих создавал своё творение, опираясь на автоматона передо мной, как на образец. "Вы прям как Дитрих. Он, как увидел её, точно так же бросился рассматривать, точь-в-точь как вы", - со смешком произнёс Лютеций, глядя на мой ажиотаж, в его голосе чувствовалось самодовольство. "Да и кстати, правильное название этой работы "Менина", - поправил меня Лютеций, пояснив что так называли фрейлин при испанском дворе, а Арредо сконструировавший эту куклу, представлял её Карлу I, как механическую фрейлину-менину, назвав её Таурида. Он был так увлечён своим рассказом, что даже не заметил, как я ошарашенно взглянул на него, услышав знакомую фамилию. Именно Арредо вспоминал в своих записях фон Раух, получается речь шла вовсе не о приятеле или товарище по переписке, а о средневековом изобретателе, сконструировавшем автоматон поразивший воображение Дитриха. Но что особенно было в её внешности? Лютеций, получив благодарного слушателя, вещал об истории механической менины. По воспоминаниям придворных "Таурида" была способна играть на музыкальных инструментах, петь и танцевать. Её создатель, средневековый испанский учёный Теобальдо Арредо, подарил свой шедевр королю Испании Карлу I, и его творение произвело фурор при дворе. И не только там - Арредо арестовала Инквизиция, обвинив в ереси и покушении на божьи законы. Позже его казнили, а "Таурида", узнав о смерти своего создателя впала в ступор. От следующей подробности у меня пошли мурашки по спине, у Тауриды иногда глаза светились синим светом, но после того как её разлучили с Арредо, это свет стал становиться тусклее, пока и вовсе не потух. Когда это случилась, придворные механики и часовщики долго пытались восстановить куклу, вновь вдохнуть в неё жизнь, но потерпели крах. Свой секрет Арредо унес в пламя костра аутодафе. Свои записи учёный вёл столь запутанным шифром, что его не смогли разгадать даже криптографы Ватикана и до недавнего времени они хранились мёртвым грузом в Ватиканской библиотеке, пока загадочным образом не исчезли из Папского Архива. Перед моими глазами появилась колоссальная машина Беббиджа в подвальной библиотеке, а ведь она может служить и дешифратором, перебирая тысячи значений за минуту и опережая по скорости любого человека. Вспомнились слова Роберто, про книгу на языке херувимов, где Дитрих черпал знания про ихор дающий душу мертвому металлу. Кажется я начал понимать чем эти годы затворничества занимался фон Раух и что за документы я найду в запертом сейфе. Неясно только, как инвалид не покидавший дом умудрился ограбить самую защищённую библиотеку в мире. А приор тем временем продолжал свой рассказ, больше похожий на историческую лекцию. Сломанная, но всё ещё прекрасная, королевская игрушка, оказалась в Новой Испании у вице-короля Руиса де Аларкона, где хранилась во дворце в Мехико до падения испанской колониальной империи. Пропавший в смуте войны за независимость Мексики, чудный артефакт был обнаружен совершенно случайно на одной старой гасиенде в Пуэрто-Рико. Тут меня слова Верховного Приора вновь заставили ощутить холод. Он узнал о редкой находке, когда её пытался выкупить один европейский коллекционер из Праги, но Лютеций поднял цену и тот вышел из игры. Собственно зная о страсти Дитриха к подобным вещам он и пригласил его после этого к себе, чтобы похвастаться новой покупкой. Я лишь сдавленным голосом, стараясь не выдать волнение, переспросил точно ли его соперник был из Праги, и получив утвердительный ответ, поинтересовался можно ли узнать не посещал ли Сент-Кристоф кто-то из Австрии за последний месяц. Приор переспросил, точно ли Сент-Кристоф, а не Сент-Бартоломью, на что я, кляня себя за длинный язык, поспешил переспросить за всю Провинцию. Месье Мелаваз согласился узнать об этом, будучи в добром расположении духа, он предложил мне подождать в комнате для гостей, пока он распорядится касательно моего запроса насчёт австрийца.