Часть 5 что желаешь расскажу

По мере приближения к столовой людей становилось больше. Я насчитала десять человек. Сама столовая была большой. Пока самое большое помещение, что мне доводилось видеть в этом месте. Зона кухни с барной стойкой, напротив — столики. Это похоже на обычную столовую. Пахло отварной морковью и бульоном. Людей, впрочем, было не так много. Помимо тех десятерых в самой столовой, в поле видимости было ещё человек пять. Негусто. Вупсень дотащил меня до барной стойки. – Что это? – слышу голос Орочимару. Видно, наш приход несколько озадачил его. – Она сумасшедшая, – выдыхает Вупсень. – Стоило мне прийти, как она начала валяться на полу и отказывалась идти. Ай болтун. Нет желания возражать. Аккуратно встаю, опираясь о стул у барной стойки и сажусь на него, игнорируя взгляды в свою сторону. – Ты выглядишь хуже, чем час назад... – тянет Кабуто. Он и Орочимару стоят напротив и что-то пьют из чашек. Я вижу плохо, но могу рассмотреть, что волосы у Орочимару собраны в слабый хвост, на нём что-то вроде халата. Как необычно. Он совсем не напоминает мне Орочимару из аниме. Не нужно держать планку перед подчинёнными? Оттягиваю свою мокрую одежду от тела. – Психанула. Не спорю, – говорю будничным тоном. – Принесите что-нибудь поесть. – Уже совсем расслабилась? – тянет Орочимару, отпивая из кружки. – Орочимару-сама. Я очень плохо вижу. – я говорю это так, словно нахожусь на приёме у врача. По сути, он здесь и есть врач. А кому мне жаловаться на свой недуг, если не ему? Холодная рука бесцеремонно хватает меня за лицо. Либо она такая большая, либо моё лицо слишком маленькое — сложно понять. Он легко наклоняет мою голову к свету и сам приближается, внимательно рассматривая. Я вновь вижу его чётче. Понятно. Он не нарисовал свои фиолетовые стрелки. Поэтому образ не вяжется. Он смотрит сначала в один глаз, потом в другой. Одной рукой придерживает за подбородок, другой приоткрывает веко. Между нами всего несколько сантиметров, но атмосфера отнюдь не интимная. Передо мной опускается миска с едой. И Кабуто спрашивает: – Что там, Орочимару-сама? Так же быстро отстраняется, как и приблизился. Вновь берёт свою кружку. – Первые признаки разложения, – просто сверлю его взглядом. Мой рот чуть приоткрывается. Я похожа на мем с толстым котом. – Ты ведь знаешь, что первыми начинают гнить мягкие ткани. Но раньше всего начинаю портиться глаза. О, как интересно, профессор. Если бы речь шла не обо мне. – То есть душа вселилась в уже начавшее разложение тело? Тогда почему оно ещё движется? И правда. Игнорируйте моё существование. Вы с помощью Эдотенсей призвали в мир душу из другого измерения. Всего-то. Я же, по идее, чудо! Но эти два чудика никак не оценят, что за сокровище перед ними. Да и не объяснить мне им. Так что просто беру свою чашу в руки и отпиваю прямо так. Ложку мне никто не дал. – Разве? Ты не видел, как оно сюда приползло? Кровь долго не двигалась и стала густеть. Налицо дефицит кислорода. – Я умираю? – не выдерживаю и задаю вопрос, который волнует меня больше всего. – Все мы умираем. Кто-то быстрее, кто-то медленнее. – он решил кидаться цитатами? Тяжело вздыхаю и задаю второй важный вопрос: – Что можно сделать с глазами? Мне нужно исправить зрение. Очки там или ещё что. – Ваши желания растут в геометрической прогрессии. При этом вы так ничего и не рассказали. Он прав. Но выбора у меня нет. Мне нужно хорошее зрение, чтобы перестать быть беспомощной. – Я сказала, что нужно набраться сил. Отдохнуть. А вы заперли меня в комнате в катакомбах с одним одеялом. Я не отдохнула! – Что мне мешает выудить из тебя информацию под пытками? – он может. Он это может, я уверена. – А как долго я их выдержу? Сами сказали, что я разлагаюсь! Выходит, я зомби! – смелость? Откуда? Прямо сейчас я дрожу от страха. – Ты играешь с огнём. Даю последний шанс. Что ты знаешь? – вот змей. И что мне сказать? Я Наруто смотрела давно и толком не помню ничего! Мне сразу начать про войну? – Хорошо, хорошо. – поднимаю руки в знак поражения. Закрываю глаза, массируя виски пальцами. Слышу шёпот Кабуто: – Что она делает? – Тянет время. – отвечает Орочимару. Ему скучно. Похоже, он с самого начала не воспринимает меня всерьёз. Решил бы, что я хоть чего-то стою, — не стал бы допрашивать у всех на виду! Я же могу всё проспойлерить! Открываю глаза и хлопаю ладонями по барную стойке. Кабуто смотрит недовольно, Орочимару не впечатлён. – Вас простят. Несмотря на все ужасы, что вы творили, творите и будите творить. Коноха вас простит и примет обратно. И вы будите там жить, ещё у вас будет ребёнок. – Ахахах! – смех раздался неожиданно. Орочимару стал откровенно смеяться мне в лицо. – В жизни не слышал большего абсурда. Кабуто, запиши это. – А это правда. – тоже улыбаюсь. Не знаю, что будет дальше. Но раз смеётся, выходит, не казнит. Так ведь? – И от кого же у меня ребёнок? – Злые языки полагают, что родили вы его себе сами. – Какая бессмысленная, бесполезная новость, – с каждым словом весёлость покидала его голос. Он делает жест рукой, и я чувствую, что ко мне приближаются. – Ты зря потратила моё время. Это невозможно. Потому что завтра Коноха прекратит своё существование. – А вот и нет! – я встаю с места и оборачиваюсь. Так и есть, меня собираются унести. – Заключим пари? Вы не сможете уничтожить Коноху. – Почему же? Я не отступлю. Хочешь сказать, что я там погибну? – Нет. Вы не умрёте, но и Коноха останется относительно целой. Так что, пари? – протягиваю руку. Или же стоило мизинец подать? В аниме часто вижу такой жест. Саннин смотрит на мою руку. Свою не подаёт. – Отпрыск клана Учиха. Он будет мой? – закатываю глаза. И просто отвечаю "да". На что он кивает и пожимает руку... На что именно мы поспорили, я так и не поняла. – Что ты хочешь? – Сохранить жизнь и вернуть зрение. – Хорошо. Если Учиха Саске окажется в моих руках, то ты будешь жить. – ах ты вонючий старик! Это сколько мне ждать? – Нет! Если Коноха устоит, вы дадите мне лучшие условия! Ведь я, выходит, права! Я не лгу! – меня вновь хватают под руки. – Уведите её. Заприте в той же комнате. Это будет моё милосердие к тебе. А, ну конечно. Ему выгоднее оставить меня в таком положении. Если права — то никуда не денусь. Если соврала — моей следующей обителью станут катакомбы на нижних этажах с зеками. Конечно. Конечно. Меня уводят. Я снова полностью расслабляюсь. В самом деле, двигаться сложно. Ах да, я же зомби. Мужчины, что держат меня, требуют выпрямиться, а меня трясёт от смеха. Вначале я просто хихикаю себе под нос, затем смеюсь уже что есть сил. Чуваки похоже решили, что я сумасшедшая, и тащат уже молча. Мне просто ничего больше не остаётся. Только смеяться над своей участью. Эй? На кого мне положиться в этой ситуации? Что делать? Хочу домой.