Глава 11

Четыре дня спустя, когда Саманта читала Филу последние музыкальные новости, на экране её телефона вдруг всплыло уведомление о сообщении от Джейка. Сердце пропустило удар, и она тут же открыла чат. Джейк: Я нашёл донора. Вчера машина сбила насмерть молодого парня. Саманта: Он точно подойдет? Потому что у предыдущего покойного оказался скрытый гепатит. Джейк: Должен. Наркотики не принимал, алкоголь пил не часто. Саманта: Что на счёт болезней? Джейк: Ничего, что могло бы препятствовать донорству. На мой взгляд. Я уже отправил его данные лечащему врачу Фила. Саманта: Спасибо тебе. Надеюсь, на этот раз донор действительно подходящий. Джейк: Я тоже. Саманта: Тебя не поймают из-за того, что ты отправил эти данные? Джейк: Нет. Я умею шифровать айпи. Саманта: Это хорошо. Ещё раз спасибо. Закрыв чат, Саманта заблокировала экран телефона, поцеловала Фила в лоб и покинула палату, чтобы поговорить с его лечащим врачом. В коридоре больничная жизнь кипела вовсю: медсестры перемещались из палаты в палату для контроля показателей и выполнения процедур. Некоторые больные прогуливались с капельницами, обсуждая последние новости и погоду за окном. Кто-то смотрел на улицу, наблюдая за птицами, летящими в небе или клюющими что-то в траве, кто-то набирал воду из кулера, что-то ворча себе под нос, кто-то читал книгу. Саманта ощутила в груди комок из шипов: Филу всё это было сейчас недоступно — он находился в искусственной коме, чтобы не умереть до операции. Впрочем, это больше походило на существование, чем на жизнь. Подойдя к кабинету доктора, она решительно постучала в дверь. После того, как за ней раздалось спокойное: «Войдите», Саманта нажала на ручку и вошла в кабинет. Дверь с мягким щелчком закрылась за её спиной. — А, это Вы, мисс Спенсер, — доктор смотрел ей прямо в глаза и положил локти на стол. — Что случилось? — Я на счет донора для Фила. — Тут мне Вас порадовать всё ещё нечем, к сожалению, — доктор тяжёло вздохнул. — Мы активно ищем, но пока совпадений нет. — Вам скоро на электронную почту придет информация по подходящему донору. — Опять? — доктор выгнул бровь. — Предыдущие доноры, данные по которым нам присылал Ваш неизвестный друг, то были с не выявленными ранее болезнями, то с зависимостями, о которых так же не было известно на момент смерти. — Я знаю, но на этот раз всё иначе. — И что заставляет Вас так думать? — Надежда и предчувствие, — выдохнула Саманта. Она даже не замечала, что все это время сжимала кулаки. — Это, конечно, хорошо, но в медицинском деле нужно полагаться на другие вещи, — во взгляде доктора читалась смесь сочувствия и снисхождения, — как только я получу информацию, то немедленно всё проверю. И если донор подойдет, то я сделаю запрос. — Спасибо Вам. Держите меня в курсе, пожалуйста. — Само собой, мисс Спенсер, — доктор коротко кивнул с легкой улыбкой. Саманта поднялась на ноги, кивнула в ответ и покинула кабинет. Только выйдя за дверь она смогла расслабить руки и шумно выдохнула. Бросив взгляд на часы, она направилась к палате Фила. Убедившись, что показатели на приборах в норме, Саманта позволила себе вернуться в съемную квартиру, чтобы пообедать. Пару часов спустя, она снова сидела рядом с кроватью Фила, держа его за руку одной рукой, а другой отвечала на сообщения Джесси. Саманта: Он стабилен. Это успокаивает. Джесси: Спасибо, что остаешься рядом с братом. Только не забывай, что тебе нужен отдых. Саманта: Пожалуйста. Я всё помню. Как бабушка? Джесси: В больнице. Доктора стабилизировали её состояние. Видимо, проблемы с сердцем Фил унаследовал от неё. Саманта: Слава Богу, что она в порядке. Передай ей от меня привет и пожелания скорейшего выздоровления. Джесси: Обязательно, дорогая. Спасибо. Что говорят врачи? Нашли донора? Саманта: Ищут. Сейчас будут проверять, или уже проверяют, информацию от Джейка. На этот раз донор должен подойти. Джесси: Хорошо бы. А то мне иногда кажется, что он делает всё это специально. Саманта: Джейк действительно пытается помочь. Я же рассказывала тебе. Джесси: Да, я помню. Просто не могу потерять Фила. Наши отношения никогда не были простыми, но мы очень привязаны друг к другу. Саманта: Я знаю, дорогая. Всё будет хорошо. Джесси: Скажи ему, что мы его любим. Говорят, в коме люди всё слышат. Саманта: Скажу, обещаю. Заблокировав экран, Саманта мягко провела рукой по волосам Фила. — Я сейчас переписывалась с Джесси. Она просила тебе передать, что они с мамой и бабушкой очень любят тебя, — её губы дрожали, — ещё мне сегодня звонил Оливер. Он каждый день звонит. Просил передать, что мысленно с тобой, что скучает и что ты ему как брат. Фил оставался неподвижным. Никакой реакции не было. Лишь ровные движения диафрагмы и звук его дыхания напоминали о том, что он жив и всё ещё здесь. Как и монотонный писк приборов, к которым он был подключен. Саманта встала со стула и принялась расхаживать по палате, обхватив себя руками — жест самоподдержки, дающий иллюзию покоя. Телефон молчал. Ветер за окном раскачивал кроны деревьев и шелестел листвой. Небо нахмурилось, скрытое полотном темно-серых туч, готовых вот-вот извергнуть дождь. Тяжесть атмосферы в палате была почти осязаемой, воздух — плотным, пропитанным запахом духов Саманты и каких-то лекарств. Из коридора доносились приглушенные голоса, звуки шагов и воды в кулере, периодические щелчки дверей соседних палат. Медсестра проверяла показатели Фила час назад, значит в ближайшее время она не появится. Саманта прерывисто вздохнула. Она уже возвращалась к стулу, когда шаги в коридоре стали громче и всё быстрее приближались к палате. Вскоре дверь распахнулась, и внутрь вошёл доктор. Его зрачки были расширены, а взгляд отражал целый спектр эмоций. — Доктор? — Саманта замерла и повернулась к нему. — Что-то случилось? — Мисс Спенсер, у меня отличные новости! — губы доктора образовали сияющую улыбку. — Донор, данные о котором прислал Ваш друг, подходит идеально! Мы провели срочные тесты — полная совместимость с мистером Хокинсом! Саманта обомлела и потеряла дар речи. В глазах заблестели слёзы. Мышцы лица расслабились, а взгляд отражал облегчение и надежду. Сердце прыгало в груди, как каучуковый мячик. Вскочив со стула, она бросилась к доктору и обняла его. Доктор замер от неожиданности. — Спасибо! — её голос дрожал от всхоипов. — Пожалуйста, — доктор слегка похлопал её по спине, — мы сейчас же начнем готовить мистера Хокинса к операции. — Да-да, конечно, — Саманта отстранилась и отступила в сторону, вытирая слезы. Доктор улыбнулся и набрал чей-то номер. Вскоре в палату Фила вошла медсестра и ещё один доктор. Втроём они проверили показатели, параллельно совещаясь о предстоящей операции. — Сердце уже в пути. Через пять часов будет у нас. Всё должно быть готово к этому времени, — строго сказал лечащий доктор Фила. На его лице уже не было улыбки, а взгляд и поза выражали высокую степень сосредоточенности. Медсестра закончила брать кровь из вены Фила и поспешно удалилась. Второй доктор что-то записал, кивнул и тоже покинул палату. — Я хочу остаться с Филом, пока вы всё готовите. Это возможно? — Саманта подошла к доктору и посмотрела ему в глаза. — Конечно, мисс Спенсер, — ответил доктор и быстрым шагом направился к двери. Саманта вернулась на стул и снова взяла Фила за руку. — Ты ведь всё слышишь, да? У меня получилось. Потерпи ещё немного, ладно? Фил по-прежнему лежал без движения. Лишь прибор, измеряющий частоту сердечных сокращений, издал писк, говорящий о внутренней реакции на её слова. Даже линия пульса на экране слегка изменилась. Словно Фил пытался поблагодарить Саманту доступным для него способом. Она вздрогнула, заметив изменения, и сердце пропустило удар. Бережно погладив Фила по волосам, Саманта достала телефон из кармана. Первым делом она сообщила Джесси радостные новости. Восторженные крики лучшей подруги, смешавшиеся со всхлипами, едва не оглушили её. Даже пришлось отодвинуть телефон от уха. Джесси всегда была склонна к бурным эмоциональным реакциям, особенно на серьёзные события. — Я скоро п-приеду, Сэм! Сейчас же с-соберу вещи и п-поеду на вокзал. С-сяду на первый поезд, ид-дущий к вам, — голос Джесси подпрыгивал, как машина на кочках. Чувствовалось, как крепко внутри неё переплелись радость, боль и страх. — Хорошо, дорогая. Я очень жду, — Саманта перевела взгляд на Фила, — и он тоже. Будь осторожна. — Да-да, к-конечно, — всхлипнула Джесси, — обнимаю т-тебя. Сейчас с-сообщу всё н-нашей семье. Джесси тут же завершила звонок. Саманта высморкалась и открыла чат с Джейком. Он действительно смог помочь, и это было бесценно. Саманта: Джейк, всё получилось! Этот донор подошёл идеально! Фила готовят к операции! Спасибо тебе огромное! Сначала Джейк не появлялся в сети, что стало наводить Саманту на тревожные мысли. Спустя десять минут, ответ всё же пришёл. Джейк: Это правда? Саманта: Да! Конечно, правда! Джейк: Я рад, что смог помочь. Я сделал это ради тебя, а не ради него. Саманта: Знаю. И бесконечно благодарна. Джесси приедет. Она взволнованна и в слезах. Джейк: Ещё бы… Береги себя. Саманта: Почему ты так долго не отвечал? Джейк: Был занят. Готовлюсь к разговору с ФБР. Мне пора. Саманта: Удачи! Пусть всё пройдет хорошо. Джейк: Спасибо :) Саманта положила телефон на тумбу. Эмоции и чувства внутри неё перемешались и сплелись в непонятный комок. Она прекрасно понимала, насколько Джейк может быть упрямым, и искренне надеялась, что ФБР будут согласны на сотрудничество. Более того, была вероятность, что они сами предложат Джейку сделку. С его уровнем знаний и навыков, он был очень ценным специалистом. Хотя, в то же время, это делало его опасным. Спустя пару часов, врач и медсестра вернулись в палату, чтобы приступить к выводу Фила из искусственной комы. Саманта всё это время наблюдала со стороны, не покидая палату ни на шаг. Всё время, что он находился в коме, она была рядом: читала ему книги, смачивала губы водой, следила за показателями, помогала медсестре с процедурами, препятствующими образованию пролежней и иной раз делала их сама, сливала мочу из контейнера, в который она стекала через катетер. Даже несколько раз мыла Филу голову специальным сухим шампунем. Доктор даже разрешил ей иногда оставаться на ночь. Когда приезжала Джесси, они ухаживали за Филом вдвоём. И вот сейчас она наблюдала за суетой медицинского персонала вокруг него. Они работали очень слаженно, не допуская ни единой ошибки. Тем не менее, волнение в груди росло всё больше. Время операции стремительно приближалось.

***

Когда двери операционной закрылись, отсекая Фила от внешнего мира, Саманта тяжело вздохнула, ощущая тревогу и холод. Она нервно щелкала пальцами, расхаживая по коридору. Одна из медсестр вдруг зачем-то выбежала из операционной. — Что случилось? — Саманта тут же подбежала к ней, вибрируя от волнения. — Ничего страшного. Просто нужно принести ещё одни инструменты, — бросила медсестра и поспешно скрылась за дверью одного из кабинетов. — Я хочу присутствовать на операции, — выпрямившись, решительно произнесла Саманта, когда медсестра вернулась. — Это невозможно. Вход только для персонала. — Я надену халат. — Мисс, это запрещено. Все должно быть стерильно. — Мои родители врачи. — Неважно. Оставайтесь в коридоре, — строго отрезала медсестра и вошла в операционную. Сердито и недовольно прорычав себе под нос, Саманта прислонилась спиной к стене и сползла по ней, закрыв лицо руками. Пальцы дрожали от волнения, сердце то и дело замирало. Страх опутал её щупальцами, проникая под кожу всё больше. Доктор предупреждал о возможных рисках: отторжение, инфекция и смерть во время или после операции. Саманта не хотела думать об этом, но мысли проникали в голову, словно яд. Она крепко обхватила колени руками и опустила голову. Ты выживешь, Фил! Ты выживешь! Саманта прокручивала эту мысль в голове как мантру, параллельно молясь о Филе. Долго сидеть она не смогла. Подскочив, как пружина, она приблизилась к двери операционной. Одна из медсестёр, идущих по коридору, сразу же заметила это. — Мисс, туда нельзя! Идёт операция! — в её голосе звучали предупреждение и испуг. — Я знаю, — резко ответила Саманта. — Хотя бы через стекло посмотреть можно? — Вы уверены? Это зрелище не из приятных и потом, Вы мало что сможете увидеть, — медсестра оторопело посмотрела на неё. — Уверена. Я хочу быть рядом хотя бы так. Я нужна Филу. — А он Вам, — медсестра понимающе посмотрела на Саманту. Её взгляд смягчился и наполнился сочувствием, а уголки губ дрогнули в легкой улыбке. — Он один из самых близких мне людей. Его семья мне как вторая семья, — Саманта сглотнула, протолкнув ком в горле. В носу закололо. — Всё будет хорошо. Мистер Хокинс в надежных руках. Можете не беспокоиться, — погладив её по плечу, медсестра ушла. Саманта подошла к двери вплотную и заглянула внутрь через стекло. Фил лежал на операционном столе. Вокруг него работал хирург и его ассистенты, то и дело выполняя его поручения. Он говорил достаточно громко, чтобы его было слышно внутри, при этом до ушей Саманты долетали лишь обрывки фраз. От её дыхания стекло запотевало, и приходилось протирать его рукавом. Саманта прикладывала к двери ухо, чтобы услышать больше, но это не приносило нужного результата. Ожидание сжимало в тугие тиски. Её губы были искусаны в кровь, а дыхание было прерывистым и тревожным. Тиканье настенных часов походило на звук метронома и только усугубляло напряжение, которое росло в геометрической прогрессии. Весь мир для Саманты сжался до точки, где она беспомощно ждала в коридоре результата операции, как подсудимый ждет своего приговора в суде. Время тянулось мучительно долго, и это сводило с ума. Саманта не отрывала взгляд от стекла. В голове пульсировали слова Фила: «Я люблю тебя», перед глазами стоял его взгляд, пропитанный страхом, болью и в то же время надеждой. — Я здесь, Фил, — прошептала Саманта, слегка приоткрыв дверь и прислонив губы к небольшой щели, — Я рядом и никуда не уйду. Ты сильный, ты справишься. Тихонько закрыв дверь, она снова посмотрела внутрь через стекло. Операция продолжалась ещё несколько часов. Все это время Саманта стояла неподвижно, лишь изредка переминаясь с ноги на ногу. Джесси всё ещё не было. Медсестра несколько раз подходила, предлагая сесть, но Саманта отвечала категоричным отказом. Ей казалось, что она не имела права на отдых. Да и отойти хоть на шаг не было моральных сил. Как ни странно, ей было легче, когда она наблюдала за действиями медиков через стекло. Пальцы крепко сжимались в кулаки от каждого писка приборов, который звучал не так, как нужно. Операция подходила к концу. Хирург осторожно скрепил грудную клетку Фила, а затем стал зашивать мягкие ткани. Саманта прижалась лбом к стеклу. Всё почти закончилось. Осталось немного. Монитор показывал, что новое сердце в груди Фила бьется. Слабо, но ритмично и почти уверенно. Саманта закрыла глаза, и по щекам снова заскользили слезы. Губы дрожали, и она с облегчением выдохнула. Увидев, что хирург приближается к двери, она отступила на несколько шагов. — Операция прошла успешно, — устало произнёс хирург, снимая маску, — он стабилен. Сейчас его переведут в реанимацию. — Спасибо! — воскликнула Саманта, вытирая слезы. — Когда мне можно будет к нему? — Думаю, что… Хирурга оборвал громкий писк приборов. Он резко развернулся и вбежал обратно. Саманта побледнела и бросилась за ним. На экране прибора, который ещё несколько минут назад показывал пульс, была длинная ровная линия. Один из ассистентов хирурга делал Филу массаж сердца и искусственное дыхание. — Фил! — закричала Саманта, и побежала к нему. — Сюда нельзя! — хирург нахмурил брови. Его голос звучал строго, а тон не терпел возражений. — Сестра, уведите мисс. Медсестра кивнула и повела Саманту к двери, обнимая за плечи. Она упиралась, но хватка медсестры была сильнее. — Фил! — кричала Саманта, не отрывая от него взгляд. — Ждите снаружи и не мешайте! — медсестра вбежала обратно. Саманту била крупная дрожь. Сердце стучало где-то в горле. Она всхлипывала, шепча молитвы и имя Фила. — Разряд! — голос хирурга звучал нервно и с болью. — Ещё раз! Тело Фила выгибалось под дефибриллятором, но ничего не менялось. — Давай же, парень! Не смей умирать! — хирург стиснул зубы, сжимая прибор. — Ещё разряд! Все попытки оставались безуспешными. Устало положив дефибриллятор, хирург провёл рукой по лицу и посмотрел на часы. — Запишите время смерти, — потеряно велел он своему ассистенту. Мир Саманты в этот момент раскололся на части. Казалось, её сердце перестало биться. Что-то внутри оборвалось и камнем упало вниз. Колени подогнулись, и она рухнула на пол. Из груди вырвался истошный крик. — Нет!!! — её затрясло ещё сильнее. Она уперлась кулаками в пол, пытаясь встать. Одна из медсестр подбежала к ней и подняла за подмышки. Хирург, ассистенты и медсестра вышли с каменными и печальными лицами. — Мне очень жаль, — хирург сжал её плечо, — крепитесь и сообщите его родным. Саманта смотрела на него не в силах вымолвить ни слова. Её взгляд был снова прикован к Филу, лежащему под белой простыней. — Почему? — с трудом выдавила она, смотря на хирурга с упреком. — Иногда такое случается, к сожалению. Вы можете проститься с ним, но не долго. Скоро за телом придут санитары из морга, — он тяжело вздохнул и удалился. Ассистенты и медсестра последовали за ним. Из груди Саманты вырвался стон, смешанный с криком. Она бросилась в операционную, собрав остатки сил и сразу же закрыла за собой дверь. Сорвав с Фила простыню, она швырнула её на пол, как что-то чужеродное и мерзкое. Фил лежал неподвижно. Его лицо выражало покой. На нём не было ни намека на страдания. Казалось, что он просто спал. Дрожащей рукой Саманта коснулась точки на его шее, где должен был быть пульс. Она ничего не почувствовала, кроме тепла его остывающей кожи. Слезы капали на его грудь, стекая по ней по бокам. — Ф-фил, ну п-пожалуйста, проснись… — её голос дрожал, — оч-чнись, п-пожалуйста… Реакции не было. Саманта бережно погладила его по волосам и лицу, содрогаясь от рыданий. Второй рукой, она крепко сжимала его руку. — Я л-люблю т-тебя! — тихо сказала она, упираясь лбом в его лоб. — Т-ты мне н-нужен, слышишь?! Фил по-прежнему не реагировал. Крик Саманты разорвал тишину и утонул в пустоте. Внутри неё зияла огромная рана, словно кто-то вырвал из груди её сердце и бросил на пол. Воздух вокруг был наполнен болью, запахом слез и лекарств и был ощутимо плотным и тяжёлым. Дышать было нечем. Внутри все горело и болело, будто её сжигали заживо и одновременно резали на куски. С трудом взяв себя в руки, Саманта вытерла слезы и смогла сделать глубокий вдох. Она не верила, что это конец. Не хотела принимать такой исход и сдаваться. Не только потому, что не знала, как сказать об этом Джесси и Оливеру, но и потому, что действительно любила Фила и не хотела его отпускать. В её глазах вдруг вспыхнула решимость вместе с чем-то, граничащим с безумием. Поцеловав Фила в губы, она окинула взглядом операционную. Дефибриллятор всё ещё был здесь. Подключив Фила к прибору, который должен показывать пульс, Саманта тут же схватила дефибриллятор и запустила. — Давай, Фил! — она ударила электродами по его грудной клетке. — Живи! Прибор всё ещё показывал прямую линию и издавал протяжный писк — неоспоримую музыку смерти. Саманта реанимировала Фила снова и снова, но результат не менялся. Она так погрузилась в процесс, что не услышала, как вошли санитары и бросились к ней. — Девушка, отойдите. Вы только мучаете мёртвого! — сурово произнёс один из санитаров. — Нет! — крикнула Саманта, не поворачиваясь к ним и не желая останавливаться. — Я никуда не уйду и не отдам его вам! Она мёртвой хваткой вцепилась в операционный стол, на котором лежал Фил. Переглянувшись, санитары схватили её с двух сторон и потащили к выходу. Она кричала и вырывалась изо всех сил. Они держали крепко, но Саманта не собиралась отступать. Она с силой наступила на ногу одному из них, и когда тот отпустил её и согнулся, ударила по колену второго. Почувствовав свободу, она смогла вытолкнуть за дверь сначала одного санитара, а потом другого. После этого она закрыла дверь на защёлку и продвинула к ней тележку с медикаментами, прихватив оттуда новый шприц и раствор адреналина. Саманта помнила, что когда хирург проводил реанимацию, медсестра вкалывала адреналин Филу, а из рассказов отца точно знала, какая именно дозировка необходима. Вернувшись к Филу, она сделала глубокий вдох, борясь со слезами и подступающим новым приступом истерики, сделала ему укол адреналина. Действовать нужно было быстро: в дверь уже стучали и ломились санитары и хирург. Саманта схватила дефибриллятор, прибавила на нём мощность и снова запустила разряд Филу в грудь. — Давай, вернись ко мне! — кричала она. — Ну же, Фил! Реакции не было. Саманта не сдавалась, не обращая внимания на крики и удары в дверь. Она упрямо проводила реанимацию, увеличивая разряд и выжидая нужное время между ударами. Тело Фила выгибалось и падало на стол. Прибор все еще показывал прямую линию. — Я не отпущу тебя, слышишь?! — крик смешался с рыданиями. — Ты не умрешь. Не в мою смену! Саманта усыпала поцелуями его лицо и гладила волосы, умоляя вернуться. Дверь начала трещать. Времени, до того, как Саманту снова прервут и оттащат от Фила, а его самого отвезут в морг, оставалось все меньше. Она ещё больше увеличила мощность дефибриллятора. Последний шанс. Последняя попытка, полная отчаяния и на грани помешательства. От удара тело Фила выгнулось дугой и с силой опустилось на стол. — Ну же… Ну… — взмолилась Саманта, не отрывая от него взгляд и затаив дыхание. Дверь почти сломали, и Саманта успела ударить Фила дефибриллятором ещё раз. В следующий момент прибор уже вырвали из её руки и отбросили в сторону. Это был один из санитаров. Охранник скрутил её руки за спиной. Она отчаянно пыталась сопротивляться и кричала, умоляла Фила услышать её и вернуться. Хирург сочувствующе покачал головой. Его глаза были полны боли. — Вколите успокоительное и вызовите психиатрическую бригаду, — хирург перевёл взгляд на медсестру, которая уже наполняла шприц, — мисс Спенсер лишилась рассудка. Или почти лишилась. Медсестра кивнула и сделала ей укол, пока санитары снова накрывали тело Фила простыней. Саманта не переставала кричать и билась в истерике. Она чувствовала, как земля уходит из-под ног и весь её мир навсегда теряет краски. Она умирала вместе с Филом. Голос осип от воплей, которые едва не оглушили охранника и медперсонал, находящийся в операционной. Лекарство начинало действовать, и Саманта старалась сопротивляться этому. Веки тяжелели, но она силилась открывать их снова. Медсестра, отошедшая к двери, вызывала психиатрическую бригаду. Саманта слышала разговор через шум в ушах. Перед глазами стали появляться чёрные точки. Наконец, она услышала родной голос. — Что здесь происходит?! — в операционную вбежала заплаканная и дрожащая Джесси. Её кожа была белее снега. — Саманта… — Фил… — Саманта не отводила от него взгляд. Её голос ослаб. Джесси попыталась разжать руки охранника и освободить подругу, но, когда её взгляд зацепился за Фила, рухнула на пол, провалившись в темноту. Медсестра и хирург вынесли её в коридор. Для Саманты всё это было лишь фоновым шумом, на который она не обращала внимания. Ничего уже не имело смысла. Её веки стали ещё тяжелее. Один из санитаров отключил прибор, показывающий пульс. Второй уже покатил каталку к выходу, как вдруг рука Фила дернулась. — Наверное, посмертный рефлекс, — он пожал плечами. Второй санитар открыл дверь. — Нет… — прошептала Саманта, — он жив… Рука… Охранник вывел её в коридор вслед за каталкой. Хирург, услышав её слова, остановил санитаров. — Рука действовительно дернулась? — он вопросительно посмотрел на санитаров. Они кивнули. — Нужно проверить. Он осторожно приподнял простыню и коснулся точки пульса на шее. Сначала он стоял не шевелясь, будто прислушиваясь к чему-то. Его брови сдвинулись к переносице, а губы сжались. — Пульс есть. Нитевидный! В реанимацию! Срочно! — скомандовал хирург, и Фила снова повезли в операционную. Это было последнее, что услышала и увидела Саманта, прежде чем отключиться.

***

Несколько часов спустя Саманта очнулась в больничной палате. Где-то рядом слышался ритмичный писк приборов и чьё-то дыхание. Взгляд сфокусировался не сразу. Потерев глаза, она села и осмотрелась. Эта была та самая палата, в которой Фил лежал до операции. Повернув голову вправо, она увидела его. Он лежал, подключенный к каким-то аппаратам и капельнице. Дыхание было ровным — Фил дышал самостоятельно. На экране отображался ровный пульс. Саманта тут же вскочила с кровати и едва не упала. Слезы хлыгули из глаз, и плечи задрожали. Дойдя до кровати Фила, она придвинула стул, села рядом и взяла его за руку. Как раньше. — Фил… Живой… — сквозь слезы прошептала она. Голос звучал хрипло после недавних криков. — Ты меня услышал… Вернулся… Саманта поцеловала костяшки Фила и уткнулась лбом в его грудь. Вскоре дверь палаты открылась и вошёл лечащий доктор Фила, вместе с медсестрой. — Вижу, уже очнулись. Как самочувствие после сна? — доктор тепло и с восхищением смотрел на неё. — Так себе… Горло болит и сиплю. — Это пройдет. Вы совершили чудо, мисс Спенсер. Фил жив благодаря Вам. — Я просто не могла отпустить его. — Любовь способна на многое. — Почему я не в психушке? Меня должны были забрать. — Хирург отправил бригаду обратно после того, как сердце Фила снова забилось. — Когда он придет в себя? — Надеюсь, что скоро. Клиническая смерть это не шутки. Его сердце не билось десять минут, а Вы заставили его биться снова. — С ним всё будет хорошо? — Зависит от его организма. Филу нужно будет провести здесь примерно месяц для наблюдения и контроля. — Хорошо, — Саманта кивнула, — а где Джесси? Как она? — Мисс Хокинс пошла за кофе. Скоро придет, — доктор улыбнулся. Он проверил показатели Фила, записал их, а затем повернулся к Саманте и протянул рецепт. — Это для Вашего горла и голосовых связок. — Спасибо. — Пожалуйста. Вам тоже предстоит побыть под наблюдением. У Вас ведь был нервный срыв. Я вернусь вечером. Доктор направился к двери палаты. Как только он открыл её, в него едва не врезалась Джесси. Она держала в руках два стаканчика с кофе и пакет с булочками. — Ой, извините, — Джесси растерянно улыбнулась. Доктор кивнул, и она вошла в палату. — Как ты, дорогая? — она поставила кофе и пакет на стол. — Фил ещё не приходил в себя? — Терпимо. Спасибо, дорогая, — Саманта слегка улыбнулась. — Нет, не приходил. — Спасибо тебе. За всё, — Джесси разрыдалась снова и обняла её. — Ты спасла жизнь моему брату. Дважды. Я просто не знаю, как тебя благодарить. — Достаточно просто спасибо, — Саманта погладила её по волосам. — Нет, не достаточно. Ты столько сделала для нас. Я… Я просто не знаю, что сделать для тебя в ответ. Принесла вот кофе и булочки. Тебе нужны силы. — Спасибо. — Это ерунда. Меньшее, что я могу сделать. Я не знала, что Фил тебе так дорог, что ты… — Я люблю его, Джесс. Раньше не понимала этого, но когда он пропал, и когда я нашла его таким и чуть не потеряла… — Всё плохое позади. Он сильный и справится. Вот увидишь. Саманта кивнула и вдруг ощутила, как рука Фила сжалась вокруг её пальцев. — Фил? — она отстранилась от Джесси и посмотрела на его лицо. В её глазах заблестели слёзы. Веки Фила подрагивали, пытаясь открыться. Сознание возвращалось. Джесси и Саманта, казалось, перестали дышать. Спустя несколько секунд Фил открыл глаза. Его взгляд был затуманен, но он прекрасно слышал звуки, заполняющие палату. — Сам… Сам… Саманта… — с трудом выговорил Фил. — Я здесь, Фил, — она сжала его руку ещё крепче. — И Джесси тоже. — Джес… Си… — Фил сглотнул и попытался улыбнуться. — Да, братишка, — всхлипывая, Джесси взяла его за другую руку и поцеловала в лоб, — я здесь. — Спасибо… — Не за что. Я за доктором, — Джесси отпустила его руку и выбежала из палаты. — Как ты? — Не знаю… — Фил облизал пересохшие губы, и Саманта смочила их водой. — Ты не ушла… — Конечно. Я же обещала, — слезы бесконтрольно лились по щекам Саманты. — Что с твоим голосом? — с каждым разом голос Фила звучал тверже. — Сорвала, когда кричала. Восстановится, — Саманта улыбнулась. Фил потянулся рукой к её щеке, но сил было мало. Саманта склонилась над ним, позволяя прикоснуться. Он бережно вытер её слезы. — Почему ты кричала? — Потому что ты умер, — губы Саманты, задрожали. Фил нахмурился, а затем широко распахнул глаза. — Умер?! — Сердце не билось. Тебя реанимировали, а потом признали умершим. Когда все ушли, я реанимировала тебя сама десять минут дефибриллятором, и оно снова забилось, — голос Саманты прерывался вдохами. По-прежнему сохранялось ощущение нехватки кислорода. Особенно оно усилилось от воспоминаний. Фил внимательно слушал, поглаживая её руку. Саманта обняла его, и он, как смог, обнял её в ответ. Прибор часто пищал, показывая аритмию и тахикардию. — Спасибо… Ты мой ангел-хранитель… Люблю тебя… — Я тоже тебя люблю, — Саманта посмотрела ему в глаза. Прибор издал предупреждающий писк — сердце Фила билось слишком часто и неровно от переполняющих эмоций. — Что? — он несколько раз моргнул и прерывисто вздохнул. — Я люблю тебя и просто не могла отпустить. Не могла позволить умереть. — Моя Саманта… — Фил смотрел на неё с безграничной любовью. К его глазам подступили слезы. — Я так долго этого ждал. Саманта нежно коснулась губами его губ. Фил трепетно ответил на её поцелуй. Этот поцелуй говорил больше слов и был наполнен искренними и глубокими чувствами, всем, что ещё не было сказано вслух. Вошедшие в палату доктор и Джесси прервали идиллию влюбленных. Саманта отстранилась, давая ему осмотреть Фила и побеседовать с ним. Глаза Джесси искрились счастьем за брата и лучшую подругу.

***

Сразу после выписки Фила, Саманта переехала жить в его дом — влюбленные больше не хотели расставаться друг с другом. Даже на несколько минут. Как только Фил и Саманта навели порядок в доме Фила после его долгого отсутствия, они обустроили детскую комнату для Мии. Там было всё необходимое для маленькой девочки — от мебели до игрушек. Оставалось только забрать её. Фил попросил Джесси отменить судебный процесс против Терезы, поскольку он являлся законным опекуном своей дочери и мог забрать её без постановления суда. Она просьбу выполнила, и, подготовив всё для жизни дочери в его доме, Фил и Саманта поехали за Мией. Терезе и её мужу не хотелось расставаться с внучкой, но у Фила были все права на девочку. Поэтому, скрепя сердце, они позволили забрать Мию и её вещи и отдали деньги, которые Фил оставил им на её содержание. Радости Мии не было предела. Когда она увидела Фила, то крепко вцепилась в его ноги и заплакала. — Папочка, я так скучала! Думала, ты больше не придёшь… — она смотрела на Фила своими большими серыми глазами — такими же, как у него — и выпятила вперед подрагивающую нижнюю губку. — Я не мог не прийти, Солнышко, — Фил поднял её на руки и поцеловал щёчки и ручки, — теперь ты будешь жить со мной. — А мама? — Мия взволнованно смотрела на Саманту и тянула к ней ручки. — Я тоже буду жить с вами, — Саманта поцеловала Мию в макушку. Фил осторожно передал ей дочь, и она прижала её к себе. — Она не твоя мать, Мия! — вспыхнула Тереза, сжав кулаки. Её скулы дрогнули, и по щеке скатилась слеза. В глазах стояла острая боль. — Моя! — запротестовала Мия, ещё крепче обняв Саманту и вжимаясь в неё. — Я… — начала Саманта, но Фил прервал её. — Мы не дадим ей забыть Оливию, обещаю, — Фил уверенно и понимающе смотрел в глаза Терезе. — И не будем запрещать общаться с вами. Вы оба тоже её семья. — Она должна помнить, кто её родная мать, — Тереза вытерла слезы. — Она будет, — произнесла Саманта, взяв Мию поудобнее, — обещаю. В взгляде Терезы все еще было недоверие, но она кивнула. Фил и Саманта покинули её дом, дав попрощаться с внучкой.

Полгода спустя

Фил был на работе в баре, а Саманта — дома с Мией. Она занималась домашними делами и играла с малышкой. Вечером Мия что-то рисовала за столом в своей комнате, а Саманта готовила ужин. Звук ключа, щелкнувшего в замочной скважине, прозвучал в тот момент, когда Саманта выключила плиту. — Семья, я дома, — из коридора донесся уставший голос Фила. Саманта подошла к нему и поцеловала, обвив руками шею. — Привет, любимый. Ужин готов. — Папа, папа! Смотри, что я нарисовала! — следом за ней из комнаты выбежала Мия с рисунком в руках. — Очень красиво, милая, — Фил поцеловал дочь и посмотрел на её рисунок. — Это ты, я и мама, — гордо произнесла Мия, — видишь? На рисунке было три человечка, держащихся за руки на фоне дома — Саманта, Мия и Фил. — Мия, папе нужно помыть руки. — Точно, — Мия улыбнулась и побежала в гостиную. — Она так тебя любит, — Фил нежно погладил щеку Саманты. — Да. И я её тоже, — она улыбнулась. Помыв руки, Фил прошёл на кухню. Саманта уже накрывала на стол, а Мия сидела на стуле, болтая ногами. — Любимая, ты в порядке? — Фил обеспокоенно посмотрел на Саманту. — Ты очень бледная. Не выспалась? Что-то болит? — Всё в порядке. Просто небольшая слабость, — Саманта поставила ужин на стол. Мия тут же принялась за еду. После ужина малышка стала зевать и клевать носом, и Фил отнёс её в кроватку и переодел. Укрыв дочь одеялом, он вернулся к Саманте. — Милая, нам нужно серьезно поговорить. — Что случилось? Проблемы в баре? — насторожилась Саманта, глядя на его серьёзное лицо. — Нет, все хорошо. Просто… Давай выйдем на улицу? — Хорошо. И мне тоже нужно кое-что рассказать. — Сначала я, — Фил загадочно улыбнулся. Фил накинул куртку, подал Саманте её куртку, и они вышли на улицу. Саманта ахнула: перед домом все было украшено лампочками, а дорожка к дому и крыльцо усыпаны лепестками роз. — Фил… — Любимая моя Саманта, ты — мой маяк, мой якорь, мой свет и смысл жизни. Моя душа и сердце. Без тебя меня не было бы. Я очень сильно люблю тебя и не представляю своей жизни без тебя и твоей улыбки, — голос Фила дрожал от волнения, ладони потели. Фил встал на одно колено, достал из кармана коробочку и открыл её. Внутри лежало изящное золотое кольцо. — Я хочу провести с тобой всю свою жизнь и не секундой меньше. Выходи за меня. Саманта застыла. Сердце в груди прыгало как попрыгунчик и пропускало удары. — Да!!! — воскликнула она со слезами на глазах и поцеловала Фила. Он надел ей кольцо дрожащей рукой, поцеловал костяшки и крепко прижал к себе. Его плечи слегка дрожали от всхлипов. Саманта гладила его по волосам и спине. — Ты правда согласна? — Конечно, любимый. — Я люблю тебя больше жизни! — И я тебя. — Я всё ещё хочу, чтобы ты удочерила Мию. — Я тоже. — Тогда сделаем это после свадьбы. — Да. — А что ты хотела мне сказать? — Фил отстранился и посмотрел Саманте в глаза, вытирая свои и её слезы. — Фил… У нас будет ребёнок. Я сегодня сделала тест и решила сказать тебе, когда ты вернешься с работы. — Т-ты… Ты носишь нашего малыша?! — голос Фила дрогнул, и от счастья перехватило дыхание. Саманта кивнула. Он тут же подхватил её на руки и начал кружить. Его лицо озаряла счастливая улыбка. — Девочка моя, любимая моя, ты сделала меня самым счастливым мужчиной в мире! Я люблю тебя! Так люблю! — А ты сделал меня самой счастливой женщиной в мире! Люблю тебя! — Надо сказать Мие. Как думаешь, она обрадуется? — Думаю да, но может испугаться. Скажем ей это вдвоём? — Конечно, Малыш. Фил и Саманта вернулись в дом. Следующим утром, после завтрака, они сообщили Мие новости. Узнав о братике или сестричке, девочка испытала смешанные чувства. Она то улыбалась, то хмурила бровки и насупливалась. Наконец, она снова подошла к родителям. — Мам, пап… А когда Малыш родится… Я буду больше не нужна? — со страхом в глазах спросила Мия, теребя подол платьица. — Ты всегда будешь нам нужна, доченька, — Саманта погладила её по волосам. — Даже если у нас будет еще несколько детей, — заверил её Фил. Его голос звучал серьёзно, а глаза тепло улыбались. — И вы не перестанете меня любить? — к её глазам подступили слезы. — Никогда не перестанем, — Фил посадил её к себе на колени. — Но вы будете любить меня меньше! — Мия нахмурилась и скрестила ручки на груди. — Милая, мы будем любить вас одинаково сильно. Не волнуйся, — Саманта взяла её за ручку, — а ты будешь помогать с братиком или сестричкой. — Ты будешь прекрасной старшей сестрой, — Фил слегка поддел пальцем её нос и вытер слезки. — Я научу этого малыша рисовать и буду заботиться о нем. Обещаю, — Мия часто закивала головой и улыбнулась. Слезы больше не срывались с её ресниц. — Конечно. Обязательно, — одобрительно сказала Саманта и поцеловала её в макушку. — Девочки мои. Моя семья, — Фил обнял их обеих. Саманта и Мия тоже обняли его и друг друга. Брак Саманты и Фила был счастливым и крепким. Второй ребенок ещё больше сплотил семью. У них родилась вторая дочь и они назвали её Луна. Когда ей исполнилось два года, Саманта забеременела снова. На этот раз они ждали сына. Джесси дождалась Ричи из тюрьмы. Он был тронут теплой и душевной вечеринкой, которую она устроила для него в честь его освобождения. Через несколько месяцев они поженились, а через год стали родителями близнецов.