Голод

Вампиры жили относительно спокойно, не считая некоторые мятежи на их базы со стороны людей или других кланов. Потому переезд не был чем-то сверхъестественным в их кругах, это было вполне себе обычным явлением. У этих существ никогда не хранилось на таких базах ничего особо ценного или того, за что они цеплялись и не могли уйти сразу. Им попросту нельзя было оставлять ничего такого, ведь, каждый из них понимал, что любое промедление может стоить жизни. А у некоторых из них и вовсе ничего не было из личных вещей, особенно это относилось к молодым вампирам. Эти существа, также как и люди, пытались продлить свою жизнь и выжить любыми способами. Кормились они в основном именно кровью людей, предпочитая её животной. Животная кровь не была такой вкусной и насыщающей, а также с животными было не так весело, как с теми же людьми. Над ними не было так весело издеваться, чтобы услышать мольбы о пощаде, просьбы остановиться и оставить их в живых… Обычно у вампиров всегда находилось в заложниках несколько людей, которых они предварительно обездвиживали верёвками или цепями для того, чтобы воспользоваться ими как пищей, выпить их крови, когда они не охотились или тогда, когда в округе поблизости не было людей. Но среди прочих в кланах присутствовали и особи, которые не признавали другого способа кормления, кроме охоты. Говорили о том, что пить кровь из людей, которые обездвижены и у которых нет шанса выбраться слишком просто, скучно и не так вкусно потому, что в крови нет всех тех гормонов, которые вплескиваются в неё при общении с другими людьми, при беге от вампира, в их крови нет такой приятной сладости. Тогда, когда они находятся в плену, они чаще всего не испытывают ничего, кроме отчаяния и страха, а за счет того, что вампиры людей не кормят, выработка крови становится минимальной, а вкус кислым, иногда даже горьким.  Одним из таких особых особей был Сакари... Без фамилии, её он не помнил после такого количества прожитых лет в этом мире. А прожил он чуть меньше половины десятка веков. И единственным его желанием была смерть. Он мечтал умереть, потому что это всё ему просто осточертело. Он не видел смысла в собственном существовании, у него не было ни цели, ни мечты. Он жил просто... чтобы жить. У него не было других поводов для того, чтобы жить. Но проблема была лишь в том, что он желал умереть от рук охотника. Не от голода или ещё чего-то... Хотел, чтобы его убил охотник, хотя со стороны всегда казалось, что он скорее своих сдаст, чем даст себя умертвить человеку.  *** - Сакари! Подъём! - Ха… Тебе то от меня что надо? Старики никак не успокоятся? – Вампир лениво разлепил глаза и также лениво посмотрел на женщину, стоящую над ним, которой, похоже, что-то нужно было от него. - Охота. Нужно привести людей. – Женщина фыркнула и сложила руки на груди, наблюдая за парнем: горделивым, надоедливым и ленивым. Она до сих пор не могла понять ради чего его держат в клане и до сих пор не выгнали, учитывая и то, как он относится к старшим по иерархии...   - Повторяться не буду. Валите сами на эту грёбанную охоту. Вам еда нужна – не мне. Да и тем более ты знаешь, что я не люблю делить добычу с кем-то. –Сакари только перевернулся на другой бок, к спинке дивана и снова закрыл глаза.  Женщина закатила глаза и просто ушла. Ей больше ничего не оставалось, как отстать от него. Уговоры были пустой тратой времени и сил. Этот парень абсолютно никогда и никого не слушал. Он постоянно был сам себе на уме. Говори – не говори на всё наплюёт и всё равно сделает ровным счётом наоборот. И не потому, что ему так удобнее, а лишь для того, чтобы позлить старших.  Сейчас Сакари просто лежал, отвернувшись к спинке дивана и думал о своём: о жизни, о будущем, - если оно у него вообще будет - о пропитании, о своих сородичах и прочих проблемах вампирской жизни. Он сжался калачиком, закрыл глаза и лежал, пытаясь прийти в себя, хотел поскорее умереть от чьих-нибудь рук, чтобы перестать думать о чём не надо. В подобные моменты бывало, что его пожирала тревога из-за всего подряд и он надеялся, что его жизнь скоро оборвётся. Сзади подошёл другой вампир и мягко провёл по его плечу, слегка сжимая его. Сакари вздрогнул и тут же подскочил, с силой откидывая его руку от себя и глядя с опасливым и насторожённым взглядом. - Твою мать, Эвил! Ну нахрена так подкрадываться?! Ты мозгами своими думаешь?! - Да чего сразу ругаться то… Ты снова лежал весь сжавшийся… Опять плохо? - Не твоё дело, у меня всё нормально. – Сакари уже сел, сложил руки на груди, перекинул одну ногу через другую и так же прикрыл глаза. - Ты не пошёл на охоту. – Эвил присел рядом с ним и аккуратно положил руку на бедро парня. - Как обычно, что в этом удивительного? Ты знаешь, что я в этом плане одиночка. А ты почему до сих пор здесь? Они должны были уже свалить. Ты не пошёл?  - Я хотел пойти с тобой.  Сакари вскинул бровь, глядя на него в изумлении, но это изумление не было каким-то приятным или шокирующим. Эвил никак не мог вбить в толк, что Сакари одиночка. Он ненавидел охотится в компании и ненавидел делиться с кем-то добычей. Да черт возьми, даже если кто-то из близких, которых у него не было, попросит поохотиться вместе, он откажет. Впрочем... Эвил постоянно пытался набиться ему в друзья и считал, что близок с Сакари как никто другой. Его добыча была только его, и он не намерен был делиться с кем-то ей.  Вампир хотел съязвить тому, снова оттолкнуть и пошел бы он на все четыре стороны, но лишь вздохнул и закатил глаза, поднимаясь с мягкого дивана, тем самым грубо отталкивая чужую руку. Ему не нравится якшаться с подобными Эвилу, он предпочитает тихих приятелей. Тех, которые не будут его доставать, не будут навязываться и пытаться померить со старейшинами, которых он терпеть не может... Сакари ушёл с того места безвозвратно на ближайшие часы... Его идиллию одиночества прервали и теперь он ушел, чтобы продолжить свой отдых вдали от всех разумных существ. Интересно, а в окраинах города вообще остались ещё хоть какие-то животные, не сбежавшие от этой войны?  Сакари вышел из их так называемого «штаба» и остановился на улице, глубоко вдохнув. Воздух пах пылью - пылью, металлом, порохом и где-то вдалеке людьми. Да, людьми... Ему всегда было любопытно наблюдать за этими существами. Он прожил среди них не так уж и мало времени, знал о многих повадках и поведении, но в какие-то моменты люди продолжали его удивлять тем, что могли вытворять... Например, тогда, когда началась война. Люди были поистине абсолютно удивительными и непредсказуемыми созданиями.  Он снова вдохнул и перебрался в ближайшую многоэтажку, быстро вскакивая по ступенькам, преодолевая каждый лестничный пролет обычным прыжком. Наконец, он оказался на крыше и медленно подошёл к краю, осматривая руины и разруху города в очередной раз. Он знал в этой разрухе каждое здание, каждый сквер и подобие парка, в которых, казалось, теперь разве что бегают некоторые животные, потому как они давно заросли и там можно было спрятаться. А может и найти пропитание среди самых разнообразных выросших видов трав. Но Сакари не были интересны какие-то там животные, ему были интересны люди, которых он как раз и пытался высмотреть. И, наконец-таки высмотрел. Доверившись глазомеру, расстояние вроде как не казалось каким-то огромным: около километра, не больше точно. Он улыбнулся и быстро спустился вниз, просто спрыгнув с этой же самой многоэтажки, высота которой составляла порядка тридцати метров и приземлился вполне плавно, без переломанных костей, естественно. Для него подобное было вполне обыденной практикой, как в принципе, и для любого другого вампира. Покалечить их было в целом крайне проблематично. Что их брало? Да мало чего. Но в основном серебро и осина, а умирали они и вовсе, либо от слишком глубоких ранений, либо от отрубленный головы, но второе было более реалистично и вероятно всё-таки. Сначала Сакари шёл пешком в том направлении, а после начал постепенно ускоряться, пока не перешёл на бег, опять же гораздо быстрее людского. Он проносился мимо зданий со свистом, разрезая воздух и, создавая ветерок быстрыми движениями, от чего колыхалась и растущая на пути вампира трава. Уже оказавшись поблизости, он притормозил и сбросил скорость до обычного небыстрого шага.  Он проходил мимо руин и осматривался. Где-то поблизости, где-то здесь были люди… Сакари остановился и глубоко вдохнул, принюхиваясь: ему нужно было понять, куда теперь идти. Но принюхиваться и думать долго не пришлось. Он услышал звуки, звуки шагов и голосов. Женщина, кажется, с ребёнком… И мужчина. Двое. Всего человек оказалось четверо. Он высунулся из-за здания и посмотрел на них с любопытством. В голове промелькнула мысль о том, что было бы, увидь они его? Испугались? Разозлились бы? А что делали бы? Попытались бы убить? Или сразу бы начали убегать, схватив дитя подмышку? Об этом всём было довольно увлекательно размышлять… Но он пришел сюда не чтобы думать о подобном: об этом можно было поразмыслить и позже. Так что вампир попросту наблюдал эту сцену со стороны и не приближался, не желал спугнуть. Мужчины помогали женщине, бинтовали её ногу, пока вокруг носился ребенок. Сакари усмехнулся, ему показалось это забавным. Ребёнок, такой невинный… Ещё не знающий о всех проблемах мира, не знающий о тысячах смертей, о пролитой крови таких же, как он людей… Это всё было таким чистым и нетронутым, как только-только распустившийся весной цветок.  Но вампир совсем не ожидал, что дитя подбежит к нему… Сакари вздрогнул, заметив, как он бежит прямо в его сторону и тут же попятился назад. Нельзя было, чтобы его заметили сейчас. Только не сейчас. По мере приближения малыша он отходил всё дальше, пока не упал назад, споткнувшись о кусок арматуры. Сакари закрыл себе рот руками, чтобы не издать лишнего звука, потому что сейчас он был уверен в том, что люди смотрели в сторону его недо-укрытия. Послышался голос одного из мужчин, который был уже громче, чем до этого, он звал ребёнка. Шаги в сторону Сакари стихли, а после послышалось как они удаляются в противоположном направлении. Тогда вампир с облегчением выдохнул и поднялся с земли, отряхивая себя от земли с пылью, а после вновь выглянул. Люди начали уходить и тогда он окончательно вышел и смотрел в их спины. Один из мужчин нёс на руках женщину, а второй держал за руку дитя, которое, видимо под предлогом того, что уже взрослое, отказалось, чтобы его несли на руках. Хотя… Тот человек явно понимал, что так будет быстрее, а значит и безопаснее. Ребёнок посмотрел на Сакари и улыбнулся ему, от чего тело вампира пробрала дрожь и он поспешно скрылся, будто с места преступления. Он стал уходить в противоположном направлении, стараясь сбежать и забыть о том, что только что случилось. Ему казалось подобное невозможным. Ему улыбался человек… Мало того, что человек… Ребёнок! В подобные моменты внутри него что-то как будто переворачивалось. Сакари не удивился бы, если ребёнок улыбнулся ему в довоенное время, но сейчас… Это казалось чем-то очень странным и противоречащим его природе, да противоречащим просто ситуации в стране. Буквально всему. Как ему мог улыбаться человеческий детёныш? Он же… Монстр… Это было просто как-то… неправильно. Все эти мысли крутились, словно на орбите вокруг головы и заставляли снова думать о собственных поступках, морали и прочее, о чём вампирам задумываться не стоило, да и большинству не приходилось, их то в отличии от него не терзала совесть за количество унесённых жизней. Но вот Сакари, как вампиру, прожившему как минимум пол своей жизни бок о бок с людьми было тяжело. Он старался никогда не потреблять кровь людей, никогда их не убивать, а если и пил, то это были редкие случаи: либо с теми, кто узнал правду о его расе и добровольно позволил полакомиться своей кровью, либо старался выбирать из своих жертв тех, кого меньше всего вероятность, что будут искать. А в последние годы перед войной попросту крал из больниц пакеты с кровью. Он вошел в здание, спустился по лестнице вниз и оказался в так называемом подвале, где и находилось убежище вампиров или для многих из них своеобразный "дом", но не для Сакари. Для него это место никогда не станет домом. Его никогда не заставят сюда вернуться, как к себе домой, в то место, где должно быть уютно, куда он захочет возвращаться, где не будет всех этих личностей, которых он терпеть не может. Аккуратно заглянув за угол, в ту комнату, где он лежал ранее, Сакари осматривал помещение, чтобы проверить, остался там тот, кто его выбесил до этого или уже свалил, ибо еще одной встречи с этим заносчивым типом он не выдержит. Ей богу, он ему глотку скоро вгрызется.  Вампир прошёл туда и улёгся на диванчик, отворачиваясь к стене лицом. И... Позже просто уснул. Уснул днём, как обычный человек. Но то, что он уснул, не значит, что проснётся через пару часов. Теперь это сон минимум на сутки, если не больше.  Всё было слишком реалистично: крики, страх, запах крови и железа, рёв, окровавленные руки и такой же нож... Слишком яркие и четкие воспоминания, кроме лиц. Лиц он уже совершенно не помнил. Проснулся уже уставший, снова, в очередной раз... Какой это раз по счету за месяц? Сколько он еще должен мучаться от этих грёбаных кошмаров? Это был ужас и главный страх Джеймса, который он переживал из раза в раз, каждую ночь, будто ежедневный ритуал. Это начинало раздражать, ещё и недосып, который шёл в комплекте... Скоро это всё его в конец доканает... Когда он сможет нормально выспаться, в конце то концов?  В дверь постучали, варианта два: либо Мартин, либо Генри - другого не дано, хотя это мог быть и особо вежливый вампир, который накинется на него, как только ему откроют или разрешат войти...  - Кто? - хрипло, но уже далеко не сонно произнёс Джеймс, потирая лицо руками, чтобы прийти наконец в себя. Дверь распахнулась и он буквально ворвался в комнату. Генри посмотрел на сонного Джеймса и сразу подкинул ему пачку с сигаретами, хмыкнув от его внешнего вида, разглядывая с головы до ног. Тот выглядел не очень-то и хорошо: измученный и уставший. И как это всё могло совмещаться в одном человеке, который только встал? После сна люди обычно так не выглядят… Он выглядел так, будто всю ночь охотился. - Ну типа того… - Джеймс протер руками глаза в очередной раз и тяжело вздохнул, простонав. Он взял пачку с сигарами и открыл её, вытягивая одну сжатыми губами. – Подай спички. Там на столе лежат.  - Твой стол больше похож на свалку, - Он подошёл к рабочему месту приятеля и стал осматривать всю поверхность, глазами ища коробочку, в которой и находятся спички. – Чёрт, Джеймс… Ну это реально самая настоящая помойка. Ты хоть раз разбирал всё это?  - Хоть раз – да. - А такое чувство, что нет… Нет тут этих спичек!  Джеймс на это заявление закатил глаза и поднялся с кровати, самостоятельно ища коробок спичек. На его столе и вправду в последние недели мало что можно было разобрать и быстро найти необходимое. Со состоянием в последнее время, обходами и паранойей совсем не было ни времени, ни желания что-либо делать, да и к тому же сам он прекрасно всё мог найти у себя на рабочем месте. Но сейчас пришлось буквально спихнуть всё на край, в поисках этих чертовых спичек. В последнее время он также часто был раздражён и бесился даже по пустякам, а эти поиски выводили ещё больше, ко всему прочему и припёрся кто-то сутра. Ничего критичного не произошло, но он уже хмурился и чуть ли не матом был готов орать только из-за того, что не мог сейчас закурить. Курить на голодный желудок вредно? Несомненно. Но это его сейчас абсолютно никак не колышило. Ему хотелось закурить и он сделает это чёрт возьми.  На столе коробка никак не было видно, и Джеймс полез по всем своим карманам, пока Генри со сложенными на груди руками наблюдал за всем этим, надеясь, что ему самому сейчас не прилетит в порыве агрессии этого парня.  Наконец, в одном из карманов кофты, что была накинута поверх футболки, Джеймс нашёл спички и достал. Сигарета всё это время находилась зажатой между его губ, поэтому оставалось только поджечь спичку и прикурить, но чёрта с два! И эта палочка решила его выбесить, потому как не хотела зажигаться с первых нескольких раз, когда он проводил ею по слою намазки. Хотелось уже просто всё бросить и пойти хотя бы поесть, но нет, он же упёртый. С какой-то там попытки Джею всё-таки удалось поджечь спичку и прикурить. Тогда-то он блаженно выдохнул и откинул голову после первой же затяжки, хотя бы немного расслабляясь. А подожжённая спичка тем временем отправилась в полёт в открытое окно. - Ну что, лучше?  - Мгм… - Он лишь кивнул, не в силах сейчас нормально ответить.  - Спасибо…  Голос теперь стал тише и спокойнее. Генри ушёл. А Джеймс упал обратно на кровать и лежал, глядя в потолок, и курил. Все мысли в этот момент, наконец, отошли на второй план. Он… расслабился. Просто взял и расслабился. Тело обмякало на кровати, а голова впервые за долгое время не шла кругом и норовила взорваться от всех мыслей, скопившихся в ней. Джей знал, что это ненадолго, что уже вечером или даже в обед все мысли вернутся и станут крутиться на орбите, центром которой как раз и была его голова. Но сейчас… Это мимолётное расслабление было просто необходимо. Мало того, что творится в реальности, его ещё и собственные сны решили довести...   *** Сакари лежал, как и обычно у себя в комнате, в своей маленькой коморке, что была одним из безопасных мест, где он мог остаться и остановиться на какое-то время, где мог вроде как не беспокоиться о своих проблемах, хотя проблемы были у него буквально за дверью. За ней наступал полный хаос, раздор и то, что он ненавидел. Вампиры старше него самого, якобы «мудрые», главенствующие, строящие из себя чёрти что, а на деле… Кучка идиотов и не больше.  Думая об этом, в животе заурчало. Голова пошла кругом, а в глазах поплыли звёзды. Сакари открыл глаза и выдохнул. Пора было идти кормиться. Он молча встал с постели и вышел из комнаты. Естественно, другими вампирами не было не замечено его состояние. Кто-то ухмыльнулся, кто-то фыркнул, но некоторые из них молча последовали за ним. Сакари же не оборачивался: ему было плевать на всё, кроме человеческой крови в этот момент. И он даже знал, где эту кровь ему найти… Поэтому сразу напрямую направился туда… Туда, где ходили люди…  Им движил голод и ничего более в этот момент. Обоняние стало острее, но вот зрение - наоборот. Взгляд застлала пелена от голода. А сам он был похож сейчас более на животное, а не на существо, которое совершает осмысленные действия и в принципе умеет думать. Вампир готов был накинуться на первую попавшуюся под руку цель в виде человека, не обращая внимания на то, кто это: ребёнок, старый человек или молодой. Сакари было плевать из кого пить кровь.  Он остановился, втянул носом воздух, чувствуя совсем рядом запах человечины. Это была женщина, она обернулась на рёв и тут же рванула с места, в попытке убежать, но вот вампир всё равно был быстрее и сильнее, он в пару прыжков настиг её и впился в плечо, а после в шею. Она пыталась сопротивляться, но вскоре упала на землю. Сакари разорвал на ней одежду, оставляя ещё кучу укусов. По её телу из ран текла кровь, быстро впитываясь в ткань одежды, да и сам он теперь был весь в чужой крови: лицо, белоснежные волосы, кончики которых теперь окрасились в красный, одежда – и на всё это ему было плевать. Потому, что он не мог ясно думать, не мог оценивать ситуацию трезво. Те же вампиры, что пошли вместе с ним лишь стояли в стороне. Они знали, что тот не любит делится своей добычей, даже если был сейчас не в своем уме.  Этого было недостаточно. Одного тела, одного человека сейчас было мало Сакари, чтобы насытиться. Он вытер рукавом губы и встал, идя дальше. Его свора переглянулась и кинулась к телу женщины, ведь, в ней еще осталась кровь, которой им можно было подкрепиться, раз Сакари её оставил. Он же сам не оборачивался на них и продолжал идти, хотя всё равно «собратья» его быстро нагнали. На горизонте показались очередные развалины, когда-то жилых домой. В таких местах люди часто прятались. А плюсом было то, что вампир знал наверняка, что где-то недалеко находилось их убежище, а в окрестностях проводились обходы этих же людей.  За углом послышались чужие шаги, вампир застыл, прислушиваясь и принюхиваясь. Он сделал шаг - другие шаги затихли. Вампир оскалился, снова послышался его рёв, и он быстро накинулся на одного из людей. Он хотел впиться в его кожу, выпить его крови, но тот всё время удерживал его, упираясь в плечи вампира. Сакари снова зарычал, человек что-то крикнул и тут же от него его начали оттаскивать другие два человека. Естественно, вампир брыкался, не желая даваться вот так. Но пока всё внимание было приковано к нему, люди совершенно не заметили его сородичей, которые начали кидаться на других.  Сакари вздохнул и провёл рукой по лицу, но, когда почувствовал, что что-то мазнуло по лицу посмотрел на свои руки, что были окровавлены. По телу прошла дрожь. Он резко поднялся и пошёл прочь, хмурясь от того, что позволил себе опять передвигаться и охотиться в таком состоянии. Он не любил убивать так грязно и масштабно. Не любил разводить целые кладбища на улице. Вампир просто наплевал на тех, кто был с ним и ушёл. А пока шёл, в голове всплывали образы того, на что он смотрел, когда был не в себе. Вспыхивали и затухали лица, крики, голоса, а в особенности врезалось одно лицо какого-то человека с длинными темными волосами, что кричал, пока Сакари пытался накинуться на него.  - Да хватит уже! – Он крикнул это сам себе и схватился за голову - она трещала от всего этого. По этой причине он не позволял себе доходить до такого состояния и никогда не кидался на добычу вот так.  *** Сакари жил, чтобы жить, у него не было для этого мотивации, не было цели, не было того, для кого бы он жил. Но из головы никак не выходило лицо того самого охотника, которого он пытался убить. После того инцидента он пытался вспомнить не видел ли трупа этого человека на месте. И не вспомнил. Он даже вернулся туда, чтобы убедиться, но ожидаемо тел там не было, ни одного. Их товарищи, вероятно, похоронили их или сожгли их тела, во избежание распространения инфекции. Сакари показалось, раз он смог сдержать его, когда тот был в приступе голода, значит и сможет убить…  Следующим же днём он отправился на маршрут обхода этих людей. Ему хотелось поговорить наедине с этим охотником или, может, чтобы тот его убил сразу. Любой вариант, при котором его убивают был бы хорошим.  Пока эта группа людей ходила, что-то исследовала, осматривала, вампир прятался и следил. Это продолжалось до тех пор, пока они не закончили, тогда-то он специально издал шорох, чтобы приманить того к себе и у него вышло! Человек сразу начал с попыток вонзить в него серебряный клинок, пока Сакари уворачивался, так как ему нужно было перво-наперво поговорить с ним. Но вот он решил поддаться хотя бы раз, чтобы тот перестал уже нападать. По руке полоснул нож, разрезая кожу. Сакари посмотрел на рану. Тело наполнилось непонятным чувством. Рука будто бы пульсировала, а он чувствовал, что? Боль? Неужели? Тем временем, пока по руке текла кровь, капая на землю. Вампир закусил губу, а после поднял голову на охотника и улыбнулся. - Сделаешь это снова? - Ты… Ты сумасшедший что ли?  Человек поморщился, глядя на это и слыша эти слова, пока вампир прикрыл рот рукой и, кажется, зашёлся истерическим смехом.  - Ну... может быть?