Глава 8. Сладость победы.

Тёмный жрец Мардука Сахап продолжал тренировать своего полузвериного ученика, и с каждым проведённым боем и каждой заученной и воспроизведённой печатью попаданец чувствовал всё большую лёгкость в обучении, в котором он был всё ближе к победе над абоминацией, призванной его учителем. Наконец Мако путём совершения мелких пакостей и держания побед над смог достичь пятого уровня, что вкупе с прокачанными показателями дало ему возможность напрямую контролировать равные себе абоминации, а так же благодаря взятой пассивной способности, позволяющей экономить ману во время призыва своих отродий. — Можешь больше не притворяться слабым — в очередной раз протянул ящеролюд перед тем как начать очередную тренировочную битву. — Да я особо не притворялся. — Врёшь — сказав это, чёрный змей призвал его таблицу — для бастарда человека и пушистого зверя ты набрал пятый уровень чересчур быстро. Не пытайся обманывать себя и выложись наконец во всю силу. — Хорошо, я постараюсь. — Начнём с закуски. Стоило Мако призвать двоих насекомоподобных существ как Сахап поднял ногу и ударил ей и хвостом об пол, чтобы призвать сразу четверых. Хоть они и были того же пятого уровня, но небольшое численное преимущество при уже выработанной привычке сражаться трое надвое, делало их бой немного сложнее, а потому полукотёнок старался сделать всё, чтобы свести всю сложность к минимуму. Пользуясь разницей как в линейной так и в угловой скорости, а так же природную кошачую ловкость, усиленную демонической лапой и хвостом, ученик тёмного жреца смог разбить своих врагов на группы по-двое, а затем и вовсе заставить их встать в ряд так, чтобы одни мешали или даже задевали других, понижая тем здоровье, если у тех конечно был аналог полоски здоровья по аналогии с системой уровней, показателей и способностей, а так же другими игровыми условностями которые местные жители воспринимали как естественное явление ровно так же как и саму магию. Как только у ученика получилось победить всех четырёх тварей, Сахап призвал ещё двоих, но в этот раз их вид был более симметричным, а их головогруди имели наверху подобие серебристых пластин, в центре которых было по одному овальному глазу, что имел свойство открываться и закрываться по горизонтали. — Что это? — поинтересовался Мако перед очередным этапом тренировки. — Аберрации — начал пояснение наставник — по сути те же абоминации только развившие частичный контроль своих тёмных сущностей, что позволяет им сражаться эффективнее, а значит и быть сильнее своих более хаотичных собратьев. Решай сам как распорядиться этой информацией. Стоило ему договорить как оба существа тут же бросились на Мако — ради одного пришлось пожертвовать сразу обеими абоминациями, от второго же пришлось уклоняться, полагаясь на инстинкты и рефлексы. Спустя пару секунд он вновь призвал пятеуровневых фамильяров, которыми на этот раз управляли рука и хвост, что дало ему возможность избежать удара в спину. Уклонившись и сделав перекат, Мако решил действовать так же как и учитель, призвав уже четырёх слуг, двумя из которых управляли его паразиты и ещё парой он сам при помощи левой руки и правой ноги, не забывая вертеть при этом головой из стороны в сторону. Используя своих мясных кукол как для защиты так и для отвлечения противников, у которых искал уязвимые места. Игнорируя бронированную «маску», Мако предполагал, что оно находится на противоположной стороне и как оказалось не прогадал. Путём проб и ошибок он смог выяснить, что это место находится чуть позади центра их туловищ, а потому стал стараться попасть именно туда после того как смог развоплотить первого, принявшись затем за второго. Увидев это, его учитель поспешил призвать ещё двух аберраций, которые на этот раз были размером с крупную собаку, и имели уже десятый уровень. — Произнёс чашуйчатый, отдав команду сущностям встать в стойку — посмотрим где кончается твоя сила. — Ну это уже слишком — недовольно прокомментировал происходящее Мако. — Посмотрим. Смотреть было особо не на что так как бой кончился быстро ввиду слишком большого разрыва в силе и тому, что мана мальчика-кота была и так на исходе. Тем не менее учитель не стал снижать сложность на последующих тренировках, а вместо этого стал обучать его призыву не только абоминаций, но и аберраций, что у него получилось сделать ровно за день до их следующего совместного боя с ученицей наёмной воительницы, чей класс которой назывался не иначе как «паладин».

***

И вот настал тот самый день. Вся семья котов вместе с их слугами и наставниками обеих детей смотреть на ещё один бой в поле. В этом бою Мако по наставлению Сахапа решил на этот раз меньше сдерживаться и победить свою сестру, продемонстрировав тем самым что благодаря тренировкам у него появилось достаточно сил для её защиты, а у Ширин в свою очередь должен появиться стимул тренироваться ещё больше, чтобы самой приблизиться к нему по силе даже при том, что силы представителей их классов было сравнивать немного некорректно. — Что, опять дашь своему выродку стать грушей для битья? — Сомневаюсь — прошептал ей ящерозмей, продолжив после короткой паузы — я посоветовал ему меньше скрывать свои силы. — Ха, да если у него хватит сил одолеть чистокровного зверолюда, то я накормлю его своей грудью. — Подписываешься под каждым словом? — Ага, так и сделаю. Почему бы и нет? — Ясно — сказав это, Сахап ткнул когтем на то место, на котором должно произойти нечто важное — теперь смотри. Неожиданно подавшись слегка вперёд, Мако успел схватить Ширин, но не за её заряженное орудие, а за кисти, что её держали, но и этого было мало: следом, перескочив через его голову на её лицо прыгнула аберрация — страшное насекомоподобное существо, чья голова при этом напоминала сольпугу с её клешнечелюстами, что в данный момент раскрылись над её головой, от чего у той резко возник приступ паники, заставивший выбросить оружие, без которого паладины были бесполезны против магов других классов. Поняв, что его сестра уже не способна дать ему отпор, попаданец отозвал «сольфгу» после чего Ширин ещё пару минут приходила в себя, а как пришла решила напасть, но получила по голове своим же орудием и стала кататься по траве, потирая образовавшуюся шишку, показывая тем самым, свою неготовность продолжать бой. — Достаточно! — вскинув руку, глава семейства дал сигнал к окончанию битвы — а эти твари могут быть довольно сильны. — Не сомневайтесь — отрезал ящер, обратившись затем к Марье — ты сдержишь своё обещание? — Сдержу — поправив свою грудь, ответила антропоморфная корова — скажи своему котёнку, чтоб был в моей комнате через два часа после обеда. И пусть пошевелится!

***

Узнав о возможном вознаграждении, Мако выждал положенные им два часа, а затем узнал от слуг, какую комнату те освободили для личных покоев Марьи. Дотянувшись до дверной ручки, и потянув её на себя он понял, что та не заперта, и потому медленно потянул её на себя, и чуть не получил ручкой булавы по голове, если бы в самый последний момент его хвост не предпринял решение высунуться раньше, а затем тут же дать сигнал «отскочи», чем вызвал у неё улыбку до ушей. — Это ты, да? Стучать надо — начав обнажать грудь, произнесла воительница — тебе следовало взять слюнявчик. — Прошу прощения, госпожа Марья, постараюсь ничего не пролить. — Тогда тебе стоит сосать по сильнее. — Вы уверены что этого хотите? У меня уже прорезались зубы. — Не проблема, котёночек, боль от детских зубок было ещё не самым сильным из того, что мне приходилось терпеть. Сказав это она села на кровать, и отложив булаву, позволила Мако сесть себе на колени, и прижав его голову к одной груди, второй сжала её и начала процесс вскармливания. Напрягая мышцы дабы молоко лилось сильнее, попаданец испытывал двоякое чувство: с одной стороны это был естественный процесс потребление человеком молока коровы пусть разумной и чем-то похожей на человеческую женщину, кормящую чужого ребёнка, а с другой он в данный момент был хоть и маленьким, но мужчиной которому дали потрогать большую, мягкую и в то же время упругую женскую грудь, и тем более попить из неё сладкое и тёплое молоко, от чего он в данный момент испытывал неиллюзорное возбуждение, которое не мог контролировать, и что самое странное, корова совсем не обращала на то внимание, даже когда его первичный половой признак стал упираться ему в грудь, а посмотрев немного вверх заметить что та сама ловила наслаждение от процесса. Сразу после первой груди пошла очередь второй, и опустошив содержание всего "вымени" он почувствовал лёгкую тяжесть, и поняв это, Марья легла на кровать вместе с ним, позволив положить его голову промеж его груди и накрыв их обоих лёгким одеялом. Этот послеобеденный сон он ещё долго не сможет забыть.