«Коллекция Клонов 1»

СЕРИЯ 1: "ПЕРДУНА ОТВЕТ!" В гостиной Фёдора царила уютная, знакомая всем атмосфера бардака. Воздух был густым и ленивым, как патока. В углу, на большом белом облаке-пуфе, притихли двое: Габриэль что-то увлеченно шептал, показывая пальцем на винтики разобранного устройства, а Куромаку молча, с бесстрастным лицом истинного технаря, водил над ним паяльником. Его дисциплинированное молчание было лишь фоном для общего настроения. На диване, растянувшись как довольный кот, лежал Вару. Его ярко-зеленые кудри были растрепаны, а знаменитые очки с зелеными спиралями скрывали любое выражение его глаз. Рядом, обливаясь потом и печалью, стоял Зонтик и уныло махал на него веером. — Вару... — всхлипнул Зонтик. — Когда ты уже? Моя рука вот-вот отвалится. Твоя очередь... Мы все задохнемся здесь, я это точно знаю. — Тихо, мой верный оруженосец прохлады, — не открывая глаз, блаженно протянул Вару. — Гений должен накапливать энергию. А твои мелкие страдания — это плата за близость к великому. Идиллию нарушил резкий щелчок. В центре комнаты зависло синеватое сияние, и из возникшего портала шагнули Фёдор и Тася. Фёдор заметно преобразился. — Ой, Федь, ты подстригся! — сразу же воскликнула Тася, с восхищением разглядывая его. — Да, — с легкой гордостью ответил Фёдор, проводя рукой по аккуратно уложенным волосам. Мирная сцена была взорвана, как по сигналу. Феликс, дремавший в кресле, вскочил, и его лицо озарилось солнечной улыбкой, способной растопить любую хандру. — Ребят! — крикнул он, окидывая всех восторженным взглядом. — А давайте на МОРЕ! — Поддерживаю! — не открывая глаз, отозвался с дивана Вару. — Там можно будет закопать Зонтика в песок. С головой. Научный эксперимент по выживанию пессимиста в вакууме. Единственным, кто не поддался всеобщему оживлению, был Пик. Он сидел на подоконнике, спиной к комнате, и смотрел на улицу, словно ища в очертаниях крыш ответы на невысказанные вопросы. — Нет, — прозвучало его твердое и безразличное «нет». Вару резко приподнялся на локте. Его спиральные очки сверкнули в луче заходящего солнца. Он сложил ладони рупором и на всю комнату протрубил: — ПЕРДУНА ОТВЕТ! Смех и возмущение смешались в гомон. Тася, улыбаясь, подошла к Пику. Она наклонилась, чтобы поймать его взгляд. — Пик, а может, все-таки подвези? — сказала она мягко, но настойчиво. — Ну пожа-а-алуйста? Пик медленно повернул голову. Его взгляд скользнул по ее лицу, потом по общему оживлению в комнате: сияющий Феликс, ворчащий Зонтик, довольный Вару. Что-то дрогнуло в его строгих чертах. Он вздохнул, сдаваясь. — Окей. Садись. Через несколько минут в гараже мотор футуристичного фургона взревел, заглушая последние споры о том, кто сядет куда. Вскоре они уже были на пляже. Заходящее солнце окрасило небо в персиковые и лиловые тона, а бирюзовые волны лениво накатывали на песок. Все высыпали из машины. Ромео, зажмурившись от восторга, побежал к воде. Данте, которого, казалось, только что разбудили, с наслаждением потянулся и улегся на теплом песке. Кайф был написан на его лице. Пик остался стоять у машины, наблюдая за этой внезапно организованной хаотией. И тут его взгляд упал на... Серия 2: «Голод и новый друг» В квартире Фёдора витал дух ленивого бунтарства. Воздух был тяжёл от безделья и пустых холодильников. Вару, развалясь на диване так, что его зелёные кудри казались хаотичным шаром, с драматическим стоном провозгласил на всю комнату: — Блин, жра-а-ать! Вообще нечего! Умрём тут все, как мухи. Зонтик, сидевший на полу и обнимавший подушку, жалобно поднял глаза. — Может... пиццу закажем? — предложил он, уже предчувствуя, как всё пойдёт не так. В этот момент Ромео грациозно возлёг на подоконник, приняв томную позу. — О, нет! — воскликнул он, приложив руку ко лбу. — Это слишком приземлённо! Я хочу суши! 💅 Вару мгновенно прервал свой страдальческий треп. Молнией он сорвался с дивана и отвесил Ромео легкую, но звонкую оплеуху. — НЕТ! — рявкнул он, сверкая очками-спиралями. — Терпеть не могу эту сырую рыбу! Заказываем п-и-ц-ц-у! И точка! Напряжение достигло пика. И в этот самый момент дверь распахнулась. На пороге стояла Тася. На её лице играла та самая улыбка, которая предвещает либо невероятные неприятности, либо нечто совершенно непредсказуемое. — Ребята! — счастливо произнесла она, делая шаг в сторону. — У вас новый друг! На пороге, в тени Таси, стоял парень. Он был одет с одинаковой мрачной простотой: чёрные штаны и просторная чёрная толстовка с капюшоном. Его взгляд, скользнув по собравшимся, выражал лёгкую растерянность, но не страх. — Привет всем, — тихо, но отчётливо произнёс он. — Меня зовут Макс. В комнате на секунду воцарилась тишина, которую тут же нарушил Вару. Его лицо расплылось в хитрой ухмылке. Пока все оценивали новичка, он быстрым, отработанным движением прицепил на ладонь канцелярскую кнопку, остриём наружу. — Ну привет, Максик! — с фальшивой радушием протянул Вару и шагнул вперёд, протягивая «гостеприимную» руку для рукопожатия. — Рады тебя видеть в нашей дружной... Не успел он договорить, как раздался его собственный визгливый крик. — А-А-АЙ! Чёрт! Вару дёрнул руку назад и стал дуть на ладонь, с которой уже сочилась капелька крови. Он с изумлением уставился на неё, а потом на Макса. Кнопки на его руке не было. Взоры всех присутствующих переместились на руку нового клона. Там, между большим и указательным пальцем, как ни в чём не бывало, лежала та самая канцелярская кнопка. Макс посмотрел на неё с лёгким любопытством, затем на Вару, и в его глазах мелькнула едва заметная искорка. В этот момент Феликс, сияя своей обычной доброжелательной улыбкой, решил разрядить обстановку. Он широко шагнул к Максу и дружески хлопнул его по плечу. — Ну что, Макс, не обращай внимания на этого клоуна! — он кивнул на хныкающего Вару. — Поможешь нам с самым важным? Пиццу выбрать. А то тут некоторые... — он бросил взгляд на Ромео, — ...суши хотят, а мы не можем договориться. Макс медленно перевернул кнопку в пальцах и положил её в карман толстовки. — Ладно, — просто сказал он. — Покажите меню. — Ладно, — просто сказал Макс, убрав кнопку в карман. — Покажите меню. Его спокойный тон на секунду остудил пыл компании. Но лишь на секунду. Пик, до этого молча наблюдавший из своего угла, скрестил руки на груди и изрёк с непререкаемой авторитетностью: — Я хочу больше мяса. Без вариантов. Феликс тут же ему улыбнулся, но парировал с энтузиазмом: — А я хочу сыра! Чтобы тянулся, много-много сыра! Это же символ радости! — А Я ХОЧУ БОЛЬШЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕ! — проревел Вару, вскочив на диван и раскинув руки, словно пытаясь объять необъятное. — ВСЕГО! МЯСА, СЫРА, ГРИБОВ, АНАНАСОВ, КАМНЕЙ, ЧЕГО УГОДНО! ЧТОБЫ ПИЦЦА ПЛАКАЛА ОТ ЗАВИСТИ! В наступившей паузе, когда все переваривали этот поток сознания, Ромео томно поднял руку. — А я хочу... — он сделал драматическую паузу, глядя на всех с вызовом, — ...чтобы было эстетично. И с трюфельным маслом. 💅 Всеобщий вздох раздражения был прерван тихим, почти неслышным голоском. Все повернулись к Габриэлю, который съёжился на своём облаке-пуфе под внезапным вниманием. — Я?.. — пискнул он, краснея. — Я... я буду как все... Мне можно просто кусочек... без всего... Куромаку, не отрываясь от своего планшета, констатировал: — Статистически, шанс выбрать пиццу, которая удовлетворит всех, стремится к нулю. Нам нужна система голосования или несколько разных пицц. В этот момент Макс, который всё это время молча смотрел на экран телефона с меню, медленно поднял голову. Его взгляд был сосредоточенным. — Есть идея, — сказал он тихо, но так, что все замолчали. — Есть идея, — тихо сказал Макс, и в его голосе впервые прозвучала уверенность. Но было уже поздно. Ромео, движимый внезапным порывом эстетического восторга, стремительным изящным движением выхватил телефон из рук Макса. — Слишком долго! — скомандовал он, грациозно взмахнув свободной рукой. — Решение принято! Берём с ананасами! С А-НА-НА-СА-МИ! Это весело, ярко и... экзотично! 💅 В комнате повисла гробовая тишина, которую через секунду разорвали возмущённые крики. — ТЫ ЧТО, С УМА СОШЁЛ?! — взревел Вару. — Это же преступление против гастрономии! — Моё мясо... — прошипел Пик, и в его глазах вспыхнули опасные огоньки. — А сыр?.. — растерянно прошептал Феликс, чья вера в человечество пошатнулась. В этот момент Макс, спокойно забрав свой телефон обратно из оцепеневших пальцев Ромео, посмотрел на всех абсолютно невозмутимо. — Ой, нет, — произнёс он с лёгкой гримасой. —  Я пас я пиццу не буду я просто buldak возьму Его заявление подействовало на всех, как ушат ледяной воды. Даже Вару замолчал, уставившись на нового клона. — Корейскую... что? — первым нарушил молчание Куромаку, подняв взгляд от планшета с научным интересом. — Лапшу, — невозмутимо повторил Макс, уже пролистывая меню. — Покка. Острая. С морепродуктами. Это... логичнее. Зонтик, до этого момента тихо плавившийся в углу от голода, вдруг встрепенулся. — Острая?.. — с надеждой прошептал он. — А... а можно мне тоже? Только не очень острую... Ну, чуть-чуть... Если, конечно, никто не против... А то, наверное, нельзя... Пока везли пиццу и лапшу Макса, напряжение в квартире достигло точки кипения. Вару, чей мозг постоянно генерировал идеи самой разной степени вредности, вдруг оживился. — Куромаку! — брякнул он, не глядя на второго клона. — Принеси табуретки с балкона. Для... атмосферы. Куромаку, чей разум всегда был настроен на логику, поднял глаза от планшета. — Стоп. Это нерационально. Мы ведь едим у телевизора. На диване и на полу. Табуретки — избыточны. — Не спорить с гением! — отрезал Вару, делая вид, что погружен в невероятно важные размышления. С вздохом Куромаку отправился на балкон. Как только его фигура скрылась за балконной дверью, Вару с кошачьей грацией подскочил к ней и щёлкнул замком. — Отлично! — прошипел он, потирая руки. — Один соперник на пиццу меньше! В этот момент в квартире прозвенел домофон. Привезли еду. Дверь открыли Феликс и Ромео. Феликс, сияя улыбкой, забрал у курьера огромную сумку с ароматной добычей. — Федь! — весело крикнул Феликс, оборачиваясь к хозяину квартиры. — Возьми хоть чаевые! ...Только у меня нет денег. Ромео тут же подхватил с обаятельной улыбкой: — Федь, солнышко, одолжи денюжку? Мы тебе... как-нибудь потом! Фёдор, наблюдавший за этой сценой с нарастающим недоверием, тяжело вздохнул. — Допустим... — сквозь зубы буркнул он и, достав из кармана купюру, сунул её Феликсу. Затем он резко захлопнул дверь. В воздухе повис соблазнительный, сводящий с ума запах расплавленного сыра, мяса и... острой корейской лапши. Все клоны, как стервятники, начали сходиться к сумке. Но тут случилось нечто. Дверь снова распахнулась. На пороге стоял Фёдор. Его лицо было искажено немой яростью, накопленной за все дни проживания с этой оравой. В его глазах горел огонь возмездия. — ЗАБЫЛ! — прогремел он ледяным тоном. — ВОТ МОИ ЧАЕВЫЕ! Одним движением он выхватил из сумки коробку с пиццей «Всё и сразу», откинул крышку и, впившись в неё зубами, откусил ОГРОМНЫЙ кусок прямо с середины, не пользуясь руками. Воцарилась мёртвая тишина. Было слышно, как на балконе Куромаку пытается выломать дверь. Вару смотрел на изуродованную пиццу, потом на Фёдора, и в его зелёных спиральных очках отражалась вся глубина случившейся трагедии. — ... — Он открыл рот. — ... — И снова закрыл. Это был первый раз, когда Вару остался без слов. Серия 3: «Сосуды без любви» Четырнадцатое февраля в квартире Фёдора ощущалось с самого утра. Не потому, что повсюду были цветы и сердца, а потому, что Ромео с тоской смотрел в окно и декламировал Шекспира, а Зонтик с самого рассвета ходил за всеми и спрашивал, не планирует ли кто-нибудь совершить «необдуманный романтический поступок», который закончится вселенской трагедией. Идиллию нарушил Макс. Чёрная толстовка сегодня казалась менее мрачной, а в руках он сжимал небольшой, но изящный букетик Роз. Он подошёл к Тасе, которая разбирала почту. — Эй, — тихо начал он, заставляя её поднять взгляд. — Я прочитал, что сегодня демонстрация бессмысленной коммерциализации чувств. Не хочешь... стать моим протестом против системы? Тася удивлённо подняла бровь, потом её губы тронула улыбка. — В смысле? — В смысле, пойдём сегодня гулять. Только мы и полное игнорирование всех этих глупостей. Она рассмеялась. — Давай. Их уход в тихий, собственный мирок был как сигнал к началу всеобщей паники. Вару, наблюдавший за сценой, срывает с дивана с таким видом, будто ему нанесли личное оскорбление. — Так, стоп! — кричит он, сверкая спиральными очками. — Это что такое? Новичок, который молчал как партизан, вдруг флиртует с Тасей? И... УСПЕШНО? Это нарушает все неписаные правила нашего клубка одиночества! Ромео, оторвавшись от окна, подходит с трагическим видом. — Он прав. Вселенская несправедливость! Его скромный жест оказался сильнее моих возвышенных сонетов! Если уж у него получилось... — Ромео поворачивается к Вару, и в его глазах зажигается огонёк азарта. — Значит, и у нас с тобой есть шанс! Мы должны найти себе пару! Сегодня же! Вару смотрит на Ромео, потом на захлопнувшуюся дверь, за которой скрылись Макс с Тасей. На его лице появляется знакомая всем хитрая ухмылка. — Ладно, романтик-неудачник. Партнёрство принято. Но только я веду! Наша миссия — «Операция "Сердечный переполох"»! Добыча — две прекрасные дамы (или джентльмена, я не осуждаю), готовые разделить с нами этот безумный мир! Он хлопает Ромео по плечу. Ромео на мгновение сомневается, глядя на горящие спирали Вару, но затем решительно кивает. План «Операция "Сердечный переполох"» провалился с оглушительным треском. Ромео пытался читать сонеты незнакомкам в кафе, а Вару подкладывал им в сумки самодельные «сюрпризы» в виде жужжащих устройств. Результат был предсказуемым: всеобщее раздражение и угроза вызова охраны. Вечером того же дня Вару, впервые за долгое время, гулял в одиночестве по парку. Его вечные насмешки куда-то испарились, а за спиральными очками скрывалась непривычная задумчивость. Он просто сидел на скамейке и смотрел на закат. Вдруг его внимание привлекла девушка, которая что-то яростно чертила в блокноте, попутно роняя вокруг себя инструменты. Вару, движимый инженерным инстинктом, поднял упавшую у его ног миниатюрную отвертку. — Э-э-э... Простите, — негромко сказал он, протягивая инструмент. Девушка подняла на него взгляд. Она была не похожа на тех, к кому он обычно пытался подкатить. У нее были живые, умные глаза и руки, испачканные в краске или машинном масле — сложно было определить. — О, спасибо! — она улыбнулась. — Вечно всё вываливаю. Я Люся. — Вару, — ответил он, и в его голосе не было привычной ехидны. Неожиданно для себя он заметил в её блокноте не рисунки, а сложные инженерные схемы. — Подожди... это что, модификация сервопривода для кинетического арт-объекта? — не удержался он. Люся широко ухмыльнулась. — Ты шаришь? Да! Никто не понимает, о чем я тут колдую. Ты тоже инженер? Они проговорили весь вечер. О схемах, о несовершенстве мира и о том, как здорово придумывать то, чего раньше не существовало. Прощаясь, Люся посмотрела на него прямо. — Слушай, а может, будем встречаться? Мне с тобой... ну, не скучно. Вару, который обычно генерировал сотни слов в минуту, смог только кивнуть. Тем временем, Ромео, отвергнутый и подавленный, бродил по пустынной картинной галерее. Он с тоской смотрел на полотна, чувствуя родственную душу в каждом трагическом сюжете. Возле одной из картин, изображавшей бурное море, он замер. Художница, писавшая её, казалось, поняла саму суть страсти. — Прекрасно, не правда ли? — раздался тихий голос рядом. — Шторм, который ты чувствуешь кожей. Ромео обернулся. Рядом стояла девушка с мольбертом. В её глазах читалась та же глубина, что и на полотне. — Это... вы написали? — прошептал он. — Я, — кивнула она. — Меня зовут Алиса. А тебя? — Ромео, — ответил он, и в этом имени снова зазвучала романтика. Алиса рассмеялась. — Правда? Ну, тогда тебе сам бог велел быть моим вдохновением. Они говорили об искусстве, о чувствах, о красоте в несовершенстве. И когда Ромео, уже прощаясь, прочитал ей сонет собственного сочинения, Алиса не сбежала. Она взяла его за руку. — Знаешь, Ромео, а давай встречаться. Твои слова... они как краски. Я хочу их слушать. В тот вечер двое самых неожиданных клонов обрели то, о чем даже не мечтали.  Серия 4: «Сердца бьются в унисон» Компания из шести человек устроилась за большим столом на кухне Фёдора. Картина была почти идиллической: Макс и Тася тихо перешептывались, Люся и Вару с азартом что-то чертили на салфетке, а Ромео и Алиса обсуждали последнюю выставку. Атмосфера была тёплой, наполненной смехом и лёгким шелестом мыслей. Да, именно мыслей. Потому что никто ещё не подозревал, что между тремя парами возникла странная, необъяснимая связь. Инцидент случился внезапно. Ромео, с воодушевлением жестикулируя, задел локтем стакан с вишнёвым соком. Алая лужа быстро растеклась по скатерти. «Чёрт... опять я этот сок пролил. Как неловко... сейчас Алиса подумает, что я неуклюжий болван», — мелькнула у него в голове мгновенная, паническая мысль. Он уже собрался извиниться вслух, как замолчал, застыв с открытым ртом. Потому что Вару и Макс синхронно повернули к нему головы. Их взгляды выражали не просто вопрос — они выражали понимание. В голове у Вару пронеслось, чётко и ясно: «Это что, он это... подумал? И я это услышал?» А в голове у Макса так же отозвалось: «Так. Значит, я не схожу с ума. Я действительно это услышал.» Трое парней уставились друг на друга. В воздухе повисло громкое, оглушительное молчание, внутри которого бушевал ураган из невысказанных фраз. «Вы... слышите меня?» — осторожно, мысленно «послал» Ромео. «ДА?!» — мысленно выкрикнул в ответ Вару. «Как это работает? Это из-за того, что мы все влюблены? Это какая-то групповая телепатия?» «Тише,» — мысленно оборвал их Макс, его внутренний голос был таким же собранным, как и внешний. «Девушки ничего не заметили. Не паникуйте. Просто... думайте тише.» Они сидели, пытаясь сохранять невозмутимые лица, в то время как внутри их голов шла оживлённая, трёхсторонняя конференция, а по столу медленно расползалось алое пятно, как немой свидетель открывшейся между ними тайны. Тишина за столом стала звенящей. Девушки, заметив растерянные лица парней, приняли это за реакцию на пролитый сок. — Ничего страшного! — весело сказала Люся, доставая бумажные полотенца. — Пятно с характером, — с улыбкой добавила Алиса, помогая ей вытирать стол. Парни молча кивали, но внутри у них бушевал настоящий шторм. «Так, слушайте мысленно все,» — прозвучал в их головах собранный, чёткий «голос» Макса. «Паника делу не поможет. Нужно вести себя естественно.» «Естественно?!» — мысленно фыркнул Вару. «У нас в головах открылся групповой чат, а ты говоришь «естественно»! Это же круто! Представляешь, какие розыгрыши теперь можно...» «Вару, позже,» — мысленно оборвал его Ромео, всё ещё переживая из-за своей неловкости. «Что нам теперь делать?» «Для начала — успокоиться,» — «сказал» Макс. «А чтобы отвлечься и выглядеть нормально... давайте сделаем нашим девушкам подарки. Не по поводу, а просто так. Это переключит нас и их.» «Гениально!» — мысленно воскликнул Ромео, его внутренний голос наполнился восторгом. «Я подарю Алисе новую кисть, нет, набор красок, нет, целую палитру эмоций, воплощённую в...» «Прекрати нести чушь, Шекспир,» — мысленно влез Вару. «Люся обожает всё нестандартное. Я соберу для неё механического паука, который будет приносить ей инструменты! Да, это будет великолепно!» «А я... подумаю,» — мысленно заключил Макс, и по едва уловимой теплой нотке в его «голосе» было ясно, что он уже придумал что-то для Таси. Они сидели за столом, снаружи — улыбающиеся и кивающие, а внутри — активно планирующие, их молчаливое согласие было самым громким, что они когда-либо произносили. Мысленный разговор трёх парней за столом МАКС (мысленно): Так. Отставить панику. Первый приказ: что мы можем подарить им? ВАРУ (мысленно): О, я уже придумал! Люся вчера говорила, что у неё сломался... Внезапная мысль обрывается. ...Стоп. А Куромаку ещё на балконе? МАКС (мысленно, сухо): Да. ВАРУ (мысленно, с лёгкой издевкой): Ай, пофиг. Мой подарок будет лучше, чем свобода брата. Так вот, Люсе я соберу... РОМЕО (мысленно, драматично перебивая): Неважно! Пока вы болтаете, в наших сердцах зреют прекрасные порывы! Что с подарками?! Я должен воплотить свою идею в жизнь, пока вдохновение не улетучилось! За столом возникает неловкая пауза. Девушки переглядываются. ТАСЯ (вслух): Ребята, вы как-то притихли... У вас всё хорошо? Парни вздрагивают и синхронно кивают. МАКС (вслух, максимально естественно): Всё отлично. Просто... наслаждаемся моментом. Внутри в это время происходит настоящее мысленное столпотворение. Мысленный разговор тройки МАКС (мысленно, с лёгкой ухмылкой): Помните, неделю назад мы были в зале игровых автоматов? Им тогда дико понравились те огромные плюшевые... каракатицы, кажется. РОМЕО (мысленно, с радостным всплеском): Да, помню! Алиса тогда сказала, что это самое нелепое и очаровательное существо, которое она видела! Она целых пять минут его обнимала! ВАРУ (мысленно, скептически): Так чё? Предлагаешь снова пойти и выиграть этих тварей? Сомнительный подарок. Мой механический паук явно круче. МАКС (мысленно, настаивая): Речь не в самой игрушке. Речь в том, чтобы выиграть её самим. Для них. Это будет символично. Покажем нашу... настойчивость. РОМЕО (мысленно, с растущим энтузиазмом): О, я понимаю! Это же как рыцарский турнир, но в современном мире! Мы сразимся с автоматами, чтобы добыть трофей для наших прекрасных дам! Это же романтично! ВАРУ (мысленно, после секундного раздумья): Ладно, пофиг, я в деле. Только смотрите, если я выиграю быстрее вас двоих — я вас обоих потом мысленно заспамлю триумфальными криками. Идём туда? Ну, погнали! Внешне трое парней синхронно поднимаются из-за стола. МАКС (вслух, девушкам): Девочки, нам надо... срочно кое-куда. По важному делу. ТАСЯ (удивлённо): Прямо сейчас? А ужин? ВАРУ (уже надевая куртку): Не ждите! Это вопрос жизни и смерти! Ну... почти. И они стремительно выходят из квартиры, оставив трёх смущённых девушек и тихое постукивание Куромаку с балкона. Зал игровых автоматов встретил троицу оглушительным гамом, мигающими огнями и навязчивыми мелодиями. Воздух был пропитан азартом и сладким запахом попкорна. «Так, концентрируемся,» — прозвучал в их головах мысленный приказ Макса. «Цель — три плюшевых каракатицы. Тот, кто проиграет, платит за всех лимонад.» «О, это уже интересно!» — мысленно воскликнул Вару, потирая руки. «Я уже чувствую, как мой гений подавит эти примитивные механизмы!» «Это не механизмы, это испытание судьбы!» — парировал Ромео, с воодушевлением подходя к ряду ярких аппаратов. «Любовь должна победить!» «Любовь победит, если ты правильно рассчитаешь угол падения когтя,» — сухо заметил Макс, уже изучая устройство автомата взглядом опытного тактика. Началась «битва». Три парня, внешне сосредоточенные, а внутренне ведущие непрерывный трёхсторонний мысленный диалог, атаковали автоматы. «Левее, левее! О, нет! Опять мимо!» — мысленно стонал Ромео, когда блестящий коготь вновь бессильно соскальзывал с мягкой игрушки. «Тише, Ромео, ты мне мозги путаешь!» — «кричал» ему в ответ Вару, яростно дёргая за джойстик. «Я почти достал... Чёрт! Эта штука явно сфальсифицирована!» «Все они сфальсифицированы,» — спокойно «комментировал» Макс, чьи движения были выверенными и точными. «Нужно искать слабое место в системе захвата. Или просто потратить достаточно денег, чтобы сработал встроенный механизм удачи.» Прошло двадцать минут. Гора потраченных монет росла, а плюшевые каракатицы как будто дразнились за стеклом, оставаясь недосягаемыми. «Это безнадёжно!» — мысленно взвыл Ромео, отходя от автомата с пустыми руками и полным разочарованием. «Моё сердце разбито!» «Не сдаваться!» — мысленно подбодрил его Вару, хотя и сам уже начинал сомневаться. «Я не могу позволить, чтобы Люся думала, что я не могу победить тупой ящик с игрушками!» И тут Макс, потратив последнюю монету, замер. Его взгляд стал острым. «Ромео, твой аппарат. Тот, с розовым зайцем. Подожди ровно три секунды после того, как коготь опустится на максимум, и тогда нажимай кнопку.» «Что? Почему?» — удивился Ромео. «Просто сделай!» — мысленно скомандовали ему хором Вару и Макс. Следуя мысленной инструкции Макса, Ромео замер у аппарата. «Три... два... один... NOW!» — мысленно скомандовал Макс. Ромео нажал кнопку. Коготь, дрогнув, опустился и, к всеобщему удивлению, уверенно захватил розового зайца. «УРА! Я СДЕЛАЛ ЭТО! СИЛА ЛЮБВИ!» — мысленный вопль Ромео едва не оглушил остальных. Воодушевлённый успехом, Вару бросился к своему автомату. «Ладно, Шекспир, не зазнавайся! Сейчас я покажу класс!» Потратив ещё горсть монет и применяя тактику Макса, он наконец-то вытащил свою синюю каракатицу. Макс, тем временем, с первой же попытки после своего открытия забрал фиолетового монстра. Трое парней стояли, тяжело дыша, с тремя огромными плюшевыми трофеями в руках. «Миссия выполнена,» — мысленно констатировал Макс, но по лёгкой улыбке было ясно, что он доволен. «Ну что, герои, пора возвращаться к нашим дамам?» — мысленно произнёс Вару, сияя от гордости. Они вернулись в квартиру Фёдора, где девушки всё ещё сидели за столом в лёгком недоумении. Появление троих парней с гигантскими плюшевыми игрушками вызвало взрыв эмоций. — Это... для нас? — прошептала Алиса, глядя на розового зайца в руках Ромео. — Мы видели, как вы на них смотрели в прошлый раз, — вслух сказал Ромео, забыв о мысленной связи. — Думали, поднимет настроение, — добавил Макс, протягивая фиолетовую каракатицу Тасе. Люся, получив свою синюю, расхохоталась: — Вы трое... это самое безумное и милое, что я видела! В этот момент с балкона раздался окончательно истошный стук. Все замолчали. — Ой, — сказал Вару, встречаясь взглядом с Максом и Ромео. — Кажется, мы кое-кого забыли. Серия 5: «Парк разбушевавшихся эмоций» Идея пришла Ромео во время завтрака, когда он мысленно транслировал свой восторг от вида солнца на крыше соседнего дома. «А что, если... устроить общее свидание?» — мысленно предложил он, заставляя Вару поперхнуться соком, а Макса поднять бровь. «Представьте: парк аттракционов, смех, музыка... и мы все вместе! Это будет невероятно романтично!» «Ты хочешь, чтобы мы все шестеро пошли?» — мысленно уточнил Макс, уже просчитывая логистику. «Шестеро? Это хаос!» — мысленно фыркнул Вару. «...А почему бы и нет? По край-ней-ме-ру, не соскучишься.» Предложение, озвученное вслух девушкам, было встречено с энтузиазмом. Люся сразу начала планировать, на каких экстремальных аттракционах нужно прокатиться, Алиса мечтательно говорила об эстетике каруселей вечером, а Тася просто радовалась возможности провести день с Максом и друзьями. И вот, компания из шестерых оказывается у входа в шумный, яркий парк аттракционов. Воздух звенит от музыки, детского смеха и рёва моторов американских горок. «Так, план действий,» — мысленно начинает Макс, чувствуя себя капитаном команды. «Какой ещё план?» — мысленно перебивает Вару. «План — бежать к самым страшным горкам и кричать громче всех!» «Я предлагаю начать с чего-то более плавного, чтобы настроиться на волну гармонии,» — мысленно парирует Ромео. Пока их внутренний «чат» разрывается от споров, девушки уже тащат их в разные стороны. — Пошли на ту башню! — тянет Люся Вару. — Нет, сначала на колесо обозрения, нужно увидеть парк с высоты! — настаивает Алиса. — А может, на автодром? — с улыбкой предлагает Тася, глядя на Макса. Трое парней в растерянности останавливаются, их мысленная связь на секунду заглушается внешним хаосом. Они смотрят на увлечённые лица девушек, потом друг на друга. Пока Ромео и Алиса направлялись к романтическому колесу обозрения, а Макс с Тасей выбирали стрелялки, Вару и Люся как на магните потянулись к самой высокой и витиеватой американской горке, чьи рельсы уходили в небо с угрожающим скрежетом. — Вот это да! — восторженно прошептала Люся, глядя на головокружительные петли. — Какая инженерная мысль! — Согласен, — Вару с хищным блеском в глазах (даже сквозь спиральные очки) изучал конструкцию. — Но знаешь, что сделало бы её ещё совершеннее? — Что? — Люся повернулась к нему, глаза горели любопытством. «О нет,» — мысленный стон Вару тут же отозвался в головах Макса и Ромео, которые уже сидели в кабинке колеса обозрения. «Он что-то задумал. Что-то очень плохое.» «Кто? Что?» — мысленно спросил Ромео, с трудом отрываясь от вида на парк и Алису. «Вару!» — мысленно парировал Макс. «Я только что поймал обрывок его мысли про... датчик тормоза.» Тем временем Вару, достав из кармана вездесущую скрепку, с мастерством фокусника начал возиться с контрольной панелью их вагонетки. — Представь, — шептал он Люсе, — если убрать это ограничение... Мы почувствуем настоящую скорость! Чистую физику! Люся, сначала ошеломлённая, через секунду заразилась его азартом. — Ты прав! Это же квинтэссенция инженерного гения — испытать систему на прочность... изнутри! «ВАРУ, ПРЕКРАТИ!» — мысленно заорал Макс, чуть не выронив свой приз с тира. «Это же опасно для жизни!» — мысленно вторил ему Ромео, бледнея в своей кабинке. Но было поздно. Раздался щелчок. Вару с торжествующим видом откинулся на сиденье. — Готово! Поехали! Их вагонетка с грохотом рванула вперёд, набирая скорость, которую явно не предусматривали конструкторы. Вместо положенного рёва восторга по всему парку разнёсся душераздирающий вопль двух инженеров, познавших истинную мощь физики. Американские горки с неисправным датчиком тормоза закончились для Вару и Люси экстренной остановкой и строгим выговором от администрации. Немного помятые, но довольные, они присоединились к остальным. «Ты совсем сумасшедший!» — мысленно бушевал Макс, пока внешне спокойно жевал сладкую вату с Тасей. «Зато весело!» — мысленно парировал Вару, не в силах скрыть ликования. Именно в этот момент их общее внимание привлёк аттракцион «Вихрь» — гигантская вращающаяся платформа с маятником, который раскачивался и поднимался, закручивая всех в бешеном калейдоскопе скоростей. — ВОТ ЭТО ДА! — хором выдохнули Люся и Вару. — Вы с ума сошли? — в один голос спросили Тася и Алиса. — Это идеально, — с мрачной решимостью произнёс Макс. — О, какие ощущения! — драматично воскликнул Ромео. Не спрашивая больше никого, шестеро оказались в очереди, а через несколько минут — пристёгнутыми в одном из отсеков «Вихря». — Так, — мысленно обратился Макс ко всем парням, когда платформа начала медленное вращение. — Держимся. И постарайтесь не мысленно кричать. Это может быть... неприятно. Его предупреждение опоздало. «Вихрь» рванул с места, и мир превратился в бешеный водоворот огней, неба и земли. Даже у бесстрашных Вару и Люси вырвался испуганный вопль, а Тася сжала руку Макса так, что кости хрустнули, и по её лицу потекли слёзы. «ВАРУ!» — мысленно закричал Макс, едва слышно сквозь вихрь мыслей и скорости. «ЧТО С НИМ?!» «Я не знаю!» — мысленно панировал Вару, сам будучи напуган. «Он слишком быстрый!» «СДЕЛАЙ ЧТО-НИБУДЬ, ПОЖАЛУЙСТА!» — мысленный голос Макса был полон отчаяния. «Окей!» Не думая о последствиях, Вару дёрнулся к внутренней панели их кабинки и с силой дёрнул первый попавшийся провод. Раздался искрящийся щелчок, и могучий «Вихрь» с оглушительным скрежетом замер, оставив всех висеть вниз головой на двадцатиметровой высоте. В наступившей тишине было слышно только тяжелое дыхание и тихие всхлипы Таси. «...Ну, мы остановились,» — мысленно констатировал Вару. Их сняли с «Вихря» спустя пятнадцать минут. Работники парка были не столько злы, сколько озадачены — они так и не поняли, что вызвало внезапный сбой в системе. От греха подальше, вся шестёрка ретировалась в ближайшее кафе, уютно расположившись за столиком с видом на тот самый злополучный аттракцион. Воздух был наполнен ароматом кофе и свежей выпечки. Все молчали, приходя в себя. Тася медленно потягивала горячий шоколад, её руки всё ещё слегка дрожали. Алиса обнимала её за плечи, пытаясь успокоить. Люся с интересом разглядывала схему аттракциона на брошюре, которую подобрала по дороге. «Ну что, герой?» — мысленно обратился Макс к Вару, не глядя на него. Его внутренний голос звучал устало, но без злости. «Доволен результатом?» «Он был слишком быстрый!» — мысленно оправдывался Вару, вертя в руках соломинку. «Я же не знал, что он так раскрутится! И вообще, я всё исправил! Остановил!» «Остановил — это громко сказано,» — мысленно вступил Ромео. «Ты его скорее... убил. Наполовину. Мы же висели вниз головой, как летучие мыши!» «Зато теперь есть о чём вспомнить,» — мысленно парировал Вару, и по едва заметной ухмылке на его лице было ясно, что он ни о чём не жалеет. Внешне же всё было гораздо спокойнее. — Может, больше на такие аттракционы не будем? — тихо предложила Тася. — О, нет! — воскликнула Люся. — Это был бесценный опыт! Правда, в следующий раз, возможно, стоит проверить исправность системы до начала поездки. Все засмеялись. Напряжение начало понемногу спадать. Они заказали ещё пирожных и кофе, и разговор постепенно перешёл на более спокойные темы. Казалось, буря миновала. Серия 6: «Возвращение в Тень» Шестерка возвращается в квартиру Фёдора, всё ещё находясь под впечатлением от событий в парке. Воздух наполнен лёгким утомлением и чувством сплочённости после пережитого вместе. ВАРУ: (Входя первым, снимает куртку) Ну что, дом милый дом! Сейчас бы починить кофемашину, чтобы... Он замирает на полуслове. Остальные, входя следом, тоже застывают в дверном проёме. Атмосфера в квартире была гнетущей. Воздух был густым и холодным, будто вымороженным изнутри. ДАНТЕ, обычно лениво развалящийся на кресле, сидел с идеально прямой спиной, а его взгляд, устремлённый в пустоту, был острым и недобрым. ФЕЛИКС, вечный оптимист, стоял у стола, сжимая кулаки, и по его лицу ползла судорога ярости. Даже ЗОНТИК не хныкал в углу, а сидел, поджав губы, и его испуганный взгляд сменился на откровенно враждебный. Но самое пугающее ждало их на балконе. За стеклянной дверью, прислонившись лбом к холодному стеклу, стоял КУРОМАКУ. Его лицо, обычно бесстрастное, было искажено безмолвным, ледяным гневом. Он не стучал, не пытался вырваться. Он просто смотрел. Смотрел на них так, будто составлял чертежи их уничтожения. ТАСЯ: (Шёпотом) Что... что с ними? МАКС: (Мысленно, тревожно) Что-то не так. Что-то сильно не так. В этот момент ПИК вышел из своей комнаты. Его осанка, всегда выдающая лидера, теперь дышала чистой угрозой. Он медленно обвёл взглядом шестерых вернувшихся, и в его глазах не было ни усталости, ни привычной снисходительности — только холодное разочарование и презрение. ПИК: (Голос — лезвие, обёрнутое в шёлк) Весело прогулялись? Пока вы развлекались, здесь кое-что... изменилось. Он сделал шаг вперёд. Остальные «злые» клоны синхронно подняли головы, словно по команде. ПИК: Добро пожаловать в новый порядок. Слова Пика повисли в воздухе, холодные и острые, как лезвие. ПИК: Вы тут больше не живёте! Даже Вару, всегда готовый к дерзкому ответу, застыл в немом шоке. Его спиральные очки, казалось, перестали вращаться от неожиданности. ВАРУ: (Голос дрогнул) Поч... почему? Вперёд шагнул Феликс. Но на его лице не было и тени привычной доброжелательности — только искажённая гримаса раздражения. ФЕЛИКС: (Сквозь сжатые зубы) Нам неприятно, что вы тут живёте! Квартира только для 9 человек — нас и Фёдора! А вас — шестеро. Уходите. Фраза прозвучала как приговор. Остальные клоны молчали, их враждебные взгляды подтверждали каждое слово. Даже Куромаку за стеклом балкона медленно, с ледяным спокойствием, кивнул. Макс, Вару и Ромео переглянулись. Мысленная связь между ними взорвалась от хаоса вопросов и паники, но внешне они сохраняли хрупкое спокойствие. Слишком опасно было сейчас показывать слабость. МАКС: (Тихо, обращаясь к девушкам) Девочки, идите. Мы сняли номер в отеле на пару дней. Вот ключ. Мы скоро. Девушки, напуганные и сбитые с толку, с неохотой, но послушно взяли ключ-карту и, бросив последние взгляды на охваченную странным мятежом квартиру, вышли в подъезд. Как только дверь закрылась, Макс жестом показал парням следовать за собой. Но они пошли не вниз, а наверх, по лестнице, ведущей на технический этаж, а оттуда — через люк на плоскую крышу высотного здания. Ветер наверху гулял свободно, завывая в антеннах. Город лежал внизу огненной россыпью, совершенно чужой. Трое парней стояли на краю, глядя на захваченную «теневыми» версиями их же дом. ВАРУ: (Срываясь на шёпот) Что, чёрт возьми, только что произошло? Они что, с ума все посходили? РОМЕО: (Драматично схватившись за голову) Это кошмар! Нас изгнали из собственного дома! На что они надеются? МАКС: (Смотрит на запертую дверь люка) Они не просто надеются. Они что-то задумали. И первым делом... избавились от нас. Ветер на крыше свистел, подчёркивая безнадёжность их положения. Огни города внизу казались насмешкой. МАКС: (Скрестив руки на груди) Так. Надо что-то делать. Мы не можем оставаться на этой крыше вечно. ВАРУ: (Саркастически) Ага. Особенно когда накрапывает дождь. Гениальное наблюдение, капитан. РОМЕО: (Уныло опустив голову) Это так грустно... Нас выгнали из дома в такой романтический вечер! Все наши планы рухнули! ВАРУ: (Внезапно хлопает себя по лбу, его спиральные очки чуть не слетают) О! Точно! Я совсем забыл! У меня же есть особняк в Майами! Я его в том году в покере выиграл у какого-то нефтяного магната. Там даже личный пляж, вроде бы. РОМЕО: (Мгновенно преображается, в его глазах зажигаются огоньки) Невероятно! А у меня есть коттедж в Калифорнии! Я приобрёл его в обмен на коллекцию своих сонетов одной голливудской продюсерше! Вид на океан просто божественный! Оба поворачиваются к Максу, который всё это время молча слушал с каменным лицом. МАКС: (Немного помолчав, с лёгкой усмешкой) И у меня поместье на Мальдивах. Выиграл в шахматы у одного шейха. Белоснежные пляжи, прозрачная вода... На крыше воцаряется короткая пауза. Трое изгнанных миллионеров-клонов смотрят друг на друга. ВАРУ: (Первым нарушает молчание) Так... а чего мы тут тогда, блин, на крыше мёрзнем, а? РОМЕО: (Восторженно) Вы правы! Это же знак свыше! Мы должны устроить роскошное побегство! Воссоединиться с нашими дамами и забыть этот ужасный вечер, как страшный сон! МАКС: (Достаёт телефон, его пальцы уже летают над экраном) Согласен. Я заказываю частный самолёт. Вару, Ромео — связывайтесь с девушками и сообщите им новый адрес. Наше изгнание только что превратилось в отпуск высшей лиги.  СЕРИЯ 7 (ФИНАЛ ПЕРВОЙ ЧАСТИ): «ПОБЕГ В РАЙ» Трое парней синхронно достают телефоны. На крыше, под завывание ветра, разворачивается не обычный, а мысленно синхронизированный трёхсторонний звонок. «Девочки, меняйте планы!» — мысленно стартует Вару, пока набирает номер Люси. «Встречаемся у частного терминала через час. Вас ждёт сюрприз.» «Это будет путешествие, достойное пера Шекспира!» — мысленно подхватывает Ромео, уже представляя, как Алиса рисует закаты над океаном. «Никаких лишних вопросов. Просто доверьтесь,» — мысленно завершает Макс, его внутренний голос звучит как единственная точка стабильности в этом хаосе. Час спустя три пары воссоединяются у трапа белоснежного частного лайнера. Девушки в лёгком шоке, но глаза их горят от возбуждения и любопытства. — Куда мы летим? — спрашивает Тася, поднимаясь по ступенькам. — Туда, где нет злых клонов, — уклончиво, но с намёком на улыбку отвечает Макс. Самолёт взлетает, набирая высоту. Внизу остаётся город, крыша и квартира, наполненная таинственной враждебностью. ВАРУ: (Развалившись в кожаном кресле, с бокалом сока в руке) Ну что, романтики-неудачники? Говорил же, что у гения всегда есть план "Б". И "С". И целый алфавит, если что. РОМЕО: (Смотрит в иллюминатор на уплывающие облака) Это не бегство... это начало новой, ослепительной главы нашей любви! МАКС: (Смотрит на Тасю, которая наконец-то расслабилась и улыбается) Главное, что мы вместе. Шестеро откидываются в удобных креслах. Впереди — солнце, море и роскошное убежище. Но в самой дальней точке горизонта, в покинутом ими городе, осталась неразгаданная тайна, ждущая своего часа. КОНЕЦ ПЕРВОЙ ЧАСТИ [ЭПИЛОГ] Сцена возвращается в квартиру Фёдора. Пик стоит у окна и смотрит на удаляющиеся огни самолёта. Уголок его губ подрагивает в подобии улыбки. Он поворачивается к другим «злым» клонам. ПИК: (Тихо) План «Очищение» выполнен. Теперь мы можем работать, не отвлекаясь. Приступаем к Фазе Two. Он бросает взгляд на запертый балкон, где стоит Куромаку, его лицо всё так же искажено холодной решимостью. ПИК: Выпускай технаря. Ему нужен доступ к серверу.