X. Эротика

Перекатывая между пальцами этот жалкий образ: зеленые стекла в двери, и робкие цветы в тонкой наледи вазы. Твой голос, но нет, не твой. Пускай, папин. Прокуренный, но бодрый, папиросный такой голос. Или мамин злодейский как у ведьмы смех. И легко установить под раму, каждую сочиненную рябь никогда не бывалой яви. Но ваши синие глаза, талая река, обнявшая, вобравшая созревшее под апрельским жаром, небо... И яд. Без этого никак, мне говорят. Я признаю проблему: как дальше жить? Неуютно в этом теле, или телу неуютно носить в себе столь суетливую душу? Когда мысли выползают на поверхность Я закрываю уши, но растопыриваю пальцы И глаза! Глаза мои остаются распахнуты Как никогда не будут распахнуты белые двери С зеленым стеклом Отвращение лопается под языком. Ты незнакомец. И все пропащее, серое, рыбье, тряское. Спасайся. Ведь тронуть кожу недостаточно. Исполосовать — ложное подобие истины. Если бы ты увидел! Если бы ты увидел... С выключенным светом, в темноте. Или под самой громкой лампой! Ладно. Я знаю, что мы слишком разно мыслим о наготе. И представляем разное.