Глава 9 Вивьен

Самолёт гудел ровно и монотонно, будто пытался убаюкать меня, стереть всё, что произошло прошлой ночью. Не получалось, я сидела, пристёгнутая, сжимала руки до боли, и смотрела в иллюминатор на серую пустоту облаков. Где-то там, за ними, оставались Австралия и слишком много слов, сказанных вслух. Наверное зря я так открылась перед ним. Но что сделано то сделано, и избегать его у меня больше не получится. Погрузившись в свои мысли я и не заметила как кто-то занял кресло рядом. Обернувшись я увидела, что Крис сидел рядом. Не слишком близко ровно настолько, чтобы не нарушать личные границы. Какой учтивый. Его плечо было тёплым, ощутимо надёжным, и это бесило сильнее. Он с легкостью разрушал стены, которые я пыталась возвести. Крис первый человек узнавший историю моей жизни полностью. «Доверяй мне», — эхом отдавалось в голове. Легко сказать, я всю жизнь строила себя из недоверия, из привычки держать нож ближе, чем чью-то руку. — Не смотри так, — тихо сказал он, не поворачивая головы. — Как? — Как будто готовишься к прыжку без парашюта. — Я хмыкнула и отвела взгляд. Он сидел рядом, не разговаривал, не лез, не давил. Это было новым и странным ощущением, которое согревало мое сердце. Ощущение приятное, но в то же время страшное. Лондон встретил нас дождём, будто специально подобрал погоду под настроение, серую, тяжёлую. Асфальт блестел, фонари расплывались жёлтыми пятнами, а воздух пах мокрым камнем и холодом. В машине до штаб-квартиры BSAA мы почти не разговаривали. Пирс сидел спереди, делая вид, что полностью погружён в планшет, но я видела его отражение в стекле, слишком внимательный для человека, которому «всё равно». — У тебя есть время отдохнуть, — сказал Крис уже у входа. — После перелёта. — Я не устала. — Это не вопрос, Вив. Я сдалась под напором его взгляда. Мне выделили временную комнату в жилом крыле. Чистую, аккуратную, безликую, как все безопасные места. Я закрыла дверь, прислонилась к ней лбом и позволила себе выдохнуть. Совсем немного. Крис знает и пути назад больше нет. Я достала из сумки тонкий, потрёпанный дневник тот самый. Пальцы дрогнули, когда я провела по обложке, я скучала по семье; по папе, последние годы он был почти всегда хмурым; по маме, которая пыталась сделать нашу с сестрой жизнь нормальной, насколько это было возможным; и по сестре, она была старше на пять лет, видела больше ужасов, чем я, но оставалась жизнерадостной ради меня. Почему Симмонс? Что сделала тебе моя семья? И почему я до сих пор жива? Этот вопрос мучает меня десять лет, и видимо теперь мучает и Криса. В дверь тихо постучали. — Вив, — голос Криса. Спокойный. Настойчивый. — Это я. Просто хочу убедиться, что ты в порядке. Я закрыла дневник и спрятала его обратно. — Я, да. В порядке. — Можно я войду? — я никак не ожидала такого вопроса и пару раз просто открыла и закрыла рот собираясь с мыслями. — Входи. — мой голос почти сорвался, да и я сама не ожидала такого ответа. Дверь открылась, и Крис вошёл, заполняя собой узкое пространство комнаты, она будто стала меньше. Крис выглядел уставшим, так выглядят люди, которые несут слишком много ответственности и почти не позволяют себе ошибаться. — Я не помешал тебе? — спросил он тихо. Я хмыкнула. — Глупо спрашивать после того как зашел, не находишь? — съязвила я. Он улыбнулся, но не вышел из комнаты, а подошел и сел рядом на край кровать. Несколько секунд мы просто молчали. Я вдруг остро ощутила, насколько мы сейчас близко, не физически, а по-другому. — Я хотел убедиться, что с тобой всё в порядке, как и сказал ранее —сказал он с какой-то детской улыбкой. — И поговорить. Если ты не против. «Если ты не против». От командира это звучало странно. Я кивнула, уже поздно отступать. — В Лондоне будет сложнее, — начал он. — Здесь больше людей, больше политики. И больше глаз. Особенно если то, что ты рассказала, хотя бы наполовину подтвердится. — Подтвердится, — тихо сказала я. — Вопрос только, когда. Крис внимательно посмотрел на меня. — Я хотел сказать не это. — Он тяжело вздохнул. — Я хотел убедиться, что ты понимаешь: после сегодняшнего разговора ты больше не одна в этом. И правила меняются. Я усмехнулась. — Они всегда меняются, когда становится опасно. — Теперь ты не имеешь права рисковать в одиночку, — жёстче продолжил он. — Ни ради мести, ни ради информации. Даже если тебе кажется, что ты всё контролируешь. — Крис я не первый год в этом деле, так, что думаю, я осведомлена о правилах игры. — Я не сомневаюсь, но я волнуюсь за тебя. — В его голосе не было командирского металла. Прежде чем я успела что-либо сказать он одной рукой обхватил меня за талию, а второй начал гладить волосы. Он обнимал меня так же в компьютерной комнате, когда я не смогла сдержать слез. Его тепло и запах окутали меня, я не хотела отстраняться, чувствовала себя в безопасности. В эго объятиях вся усталость сразу навалилась на меня тяжелым грузом, и я прижалась к его широкой груди. Спустя, как мне показалось, вечность Крис отстранился и ощущение ужасного холода накрыло меня. Я готова была просить его сделать это снова, но мы друг другу никто и на это я не имела право. — Отдыхай, Вивьен. Завтра будет длинный день. — он посмотрел мне в глаза и улыбнулся, от этой улыбки внизу живота что-то пошевелилось. Странное, незнакомое, но приятное чувство. — И ещё, — добавил он. — Спасибо, что доверилась мне. Дверь закрылась мягко, почти неслышно. Я сидела и не могла пошевелиться, хлопала глазами и пыталась переварить случившееся. Он ушел и оставил бурю эмоций в моем и так израненном сердце.