Глава 11 Крис

Вивьен сидела в столовой, за общим столом, перед ней была тарелка с горой панкейков и каким-то джемом. На фоне ее черной одежды этот розовый джем выделялся сильнее. Ноги понесли меня вперед, я даже не успел подумать. — Значит, вот чем питается смерть, — сказал я, кивнув на панкейки. — Всегда думал, что она предпочитает кофе без сахара. Она подняла на меня глаза. На секунду, чистое недоумение, а потом уголок губ дёрнулся. Она подцепила панкейк вилкой. — Я предпочитаю, чтобы жертвы не догадывались, что их ждёт. Я хмыкнул и сел напротив. — Сегодня выходной или у тебя есть список жертв? — Выходной, — ответила она. — Я решила дать миру передышку. — Щедро с твоей стороны. — хмыкнул я. — Не обольщайтесь, — она снова взялась за вилку. — Это не из милосердия. Просто даже у смерти бывают административные дни. Я в сердце BSAA и тут можно покопаться. Я напрягся раньше, чем успел это осознать. — Нет, — сказал сразу, жёстче, чем планировал. — «Нет» — это ответ или приказ? — спокойно уточнила она, поднимая одну бровь. Ее мимика цепляет меня каждый раз. Но не смотря на бабочек бушующих в груди, я встал, оперся ладонями о край стола и наклонился ближе, понизив голос: — Ты не будешь «копаться» в сердце BSAA без допуска, без прикрытия и без моего ведома. Это вопрос твоей и уже моей безопасности. — Я умею быть незаметной, — холодно отразила она выпад, при этом очаровательно ухмыляясь добавила. — Вы же сами видели. — Именно поэтому и нет, ты слишком хороша в этом. А хорошие быстро привлекают внимание. — Боитесь, что я найду что-то лишнее? — она отложила вилку. — Боюсь, что тебя найдут раньше, — честно сказал я. Напряжение между нами нарастало, нужно было как-то разрядить обстановку, а то чувствую она проткнет вилкой мой глаз. — Вставай. — Куда? — нахмурилась она. — Гулять. — Что? — глаза Вивьен расширились от шока, она как рыбка открывала и закрывала рот. Я взял её за запястье прежде, чем она успела снова включить защиту. Не грубо уверенно. — Мы идем смотреть на Биг Бен и есть хот-доги. — Это приказ? — спросила она, уже поднимаясь. — Это профилактика, — ответил я. — И да, если хочешь приказ. Но проводить свой выходной в штабе ты не будешь. Вивьен хотела вырваться, я почувствовал это. Но видимо передумала, просто шла рядом, молча, напряжённая, как натянутая струна. Мы вышли на улицу, город встретил нас темными свинцовыми тучами, у некоторых прохожих были зонтики-трости, все спешили кто куда.  Я направился к набережной Темзы. Вода была тёмной, почти стальной, отражая рваные облака и силуэты мостов. Туристы щёлкали камерами, кто-то смеялся, кто-то ругался. Никто из них не знал, что где-то там люди сражаются за жизни всех на этой планете. Жизнь шла упрямо, несмотря ни на что. — Ты часто здесь бывал? — спросила Вивьен неожиданно. — Достаточно, чтобы перестать смотреть вверх, — ответил я. — И достаточно мало, чтобы всё ещё удивляться. Ты так и будешь перескакивать с вы на ты и обратно? — В стенах BSAA и на заданиях вы мой командир, а вне я могу позволить называть тебя на ты и по имени, Крис. — Ее губы вытянулись в лукавую улыбку, а внутри меня как будто все перевернулось. Мы двинулись дальше, прошли мимо уличного музыканта. Скрипка звучала неровно,  Вивьен замедлилась, остановилась, я тоже. Она кинула монетку и двинулась дальше. — Ты была в парке аттракционов когда-то? — Да в детстве с родителями, но такое чувство, что это было в прошлой жизни. — в ее глазах отразилась старая боль. Я понял, что нужно вытаскивать ее из пучины воспоминаний, так что сразу направил ее в сторону Ока Лондона. Мы встали в очередь, туристов было много и Вивьен держалась чуть в стороне. Я закинул одну руку ей на плечи, пытаясь отгородить ее от всех. Она чуть напряглась, но не отстранилась. Наоборот, медленно выдохнула и позволила себе опереться на меня плечом. Сквозь ткань одежды я чувствовал тепло её тела, живое, настоящее, не солдата, а человека. Когда мы вошли в капсулу, двери закрылись с тихим шипением. Пространство было почти пустым. Колесо тронулось. Лондон начал медленно отступать вниз. Вивьен с интересом прижала ладони к стеклу. Её глаза расширились, в них отражался город, река, мосты, дымка от влажного воздуха, всё это словно оживало в её взгляде. Она задержала дыхание и чуть наклонилась вперёд, чтобы разглядеть мельчайшие детали. — Невероятно — пробормотала она почти шёпотом. Я улыбнулся, не скрывая радости. Вид её искреннего интереса, редкой открытости, немного расслабленного тела, это было как маленькая победа. — Рад, что тебе нравится, — сказал я тихо. Вивьен обернулась и посмотрела прямо в глаза, в её черных, как уголь, глазах мелькнуло что-то похожее на благодарность, тихое признание, что этот момент она ценит так же, как и я. Колесо продолжало медленно вращаться, и Лондон под нами словно успокаивал нас обоих. Я почувствовал, как внутри меня разрастается теплое чувство. Вивьен шла по улицам, а за ней как заколдованный. Ветер был сильный и холодный. — Ты не замерзла Вив? — Все хорошо не переживай, Крис. — передразнивая меня произнесла она. — Но от обещанного хот-дога не отказалась бы. Я рассмеялся, качнув головой. — Ну вот, — сказал я, — а я думал, что смерть питается панкейками, а оказывается, и хот-догами тоже. — С тебя выбор — классический с горчицей или «острый, как твой взгляд на врагов»? — поддразнил я. Она кивнула, усмехнувшись и слегка покачав головой. — Беру «острый». И чтобы двойной кетчуп. — Согласен, — в такие моменты я четко ощущаю, почему каждый раз бегу на поле боя в самое пекло, хотелось и дальше видеть ее искреннюю улыбку. Мы прогуляли весь день, успели побывать у Биг Бена, пройтись по мосту Ватерлоо и заглянуть в маленькие улочки Ковент-Гарден. Вивьен шла рядом, периодически останавливаясь, чтобы задержать взгляд на деталях, которые обычно ускользали от глаз. Этот день был редкой передышкой перед бурей, которая ещё ждала нас впереди. Вернулись мы в комнаты ближе к вечеру, еще во время прогулки мне пришел мейл от Хейла. Телефон прожигал мне руку всю прогулку, но Вивьен была такой спокойной, я не хотел рушить эту хрупкую идиллию. Сняв пальто, сразу сел за компьютер. Открыл письмо, и ахнул, конца и края фамилиям не было. Ночь обещала быть долгой. За три часа просмотрев свыше пятидесяти фамилий я наконец нашёл её семью: отец — Эдвард Хартвелл, мать — Кэтрин Хартвелл, старшая дочь — Виктория Хартвелл, младшая дочь — Вивьен Хартвелл. И рядом с её именем стояло страшное дополнение: «мертворожденная». Я замер, это было не просто бюрократическая пометка. Я начал рыться дальше в записях и наткнулся на медицинские отчёты. Оказалось, что во время беременности Кэтрин заразилась исследуемым вирусом. Сразу были применены все необходимые препараты и процедуры, и врачи считали, что с плодом всё в порядке. Но на момент рождения младшая дочь оказалась мертвой. И вот что поразило меня сильнее всего, это была Вивьен, на детской фотографии была она, в этом не было никакого сомнения, черные угольные волосы и глаза, даже зрачки невозможно было разглядеть. Несмотря на отчёт «мертворожденная», ребёнок выжил. Кто-то изменил записи или намеренно скрыл, что ребенок выжил. Но факт оставался фактом: Вивьен была тем самым чудом, которое выжило вопреки всему. Я глубоко вдохнул и откинулся на спинку кресла. Этот факт объяснял многое: её невероятную стойкость, выносливость, скорость реакции. Всё это было заложено с самого рождения. А теперь я понимал, что симуляция смерти могла быть тщательно спланированным шагом семьи Хартвелл, чтобы защитить ребёнка от безжалостного мира Umbrella и других людей желающих получить власть . К сожалению я так и не узнал знает ли Симмонс о существовании младшей дочери супругов Хартвелл. Но появилась новая проблема, знает ли сама Вивьен о своей особенности? И если нет, то как мне об этом ей сказать?