Глава 14 Вивьен

Проснулась я ближе к вечеру, так долго спать мне было впервой. Крис лежал прядом полностью расслабленный, моя голова лежала на его плече, а запах сводил сума. Грудь Криса умеренно поднималась и опускалась, эта картина дарила давно потерянное умиротворение. Я не шевелилась, боялась спугнуть момент, редкая роскошь, видеть его таким спокойным. Перед глазами проскочили все годы, что я провела в пламене отчаянья. Крис шевельнулся и, не открывая глаз, притянул меня ближе, будто делал это тысячу раз. Я замерла, прислушиваясь к собственному сердцу, было такое чувство, что оно выпрыгнет из груди. — Ты не спишь, — пробормотал он хрипло, открыв глаза он осмотрел меня, будто проверяя реальна ли я. Убедившись, что я не плод его воображения, Крис облегченно выдохнул. — Сколько сейчас? — Почти вечер. — Я спрятала лицо в его плече, лицо горело, смущение брало вверх. Крис усмехнулся краешком губ и поцеловал мой лоб, поцелуй был тихим, почти невесомым, таким бережным, будто Крис боялся сломать меня. — Вив мне было хорошо, и я не жалею о нас. И хочу быть с тобой честным. Он на мгновение замолчал, будто подбирая слова. В глазах Криса явно была борьба, в конце концов он потянулся к тумбочке и достал ноутбук. Крис сел, опираясь спиной о изголовье и откыл файлы. — Вивьен Хартвелл, — он произнёс моё имя полностью, медленно, будто закрепляя его в реальности, — я нашел информацию о твоей семье из архивов корпорации “Umberla”. Сперва хотел удалить это к чёрту, сжечь, сделать вид, что не видел, я знаю, что делают такие знания с людьми, они их ломают. И это последнее, что я для тебя хочу Вив. Но ты должна знать, это твое прошлое, часть твоей жизни, то что написано в этих документах может причинить тебе боль. Так что я буду рядом, даже если ты этого не хочешь. — Он наконец поднял глаза. В них не было страха. Было тяжёлое, упрямое сожаление. Мое дыхание сбилось, будто в мои легкие высыпали разбитое стекло. Каждый вдох причинял боль. Надо собраться и не дать этому разорвать меня на части прямо здесь. Почему Крис смотрит на меня так, будто сейчас своими руками загоняет меня в могилу. Пальцы дрожали, но я заставила себя разжать их — отпустить ткань простыни, которая уже была смята в кулаке. Я подтянула ноутбук и пробежалась по тексту глазами. Статус: мертворождённая. Я перечитала несколько раз, не понимая смысла слов. Потом подняла глаза на Криса — и всё поняла по его лицу. Он знал. И именно поэтому ему было так больно. — Значит… — дыхание снова сорвалось, — меня официально никогда не существовало? Крис молча кивнул и взял меня за руку, его рука стала якорем привязывающим меня к этому миру, если бы не Крис, я бы сожгла мир дотла. Я продолжила читать Мать. Отчёты о заражении. Использование антидота. Роды под наблюдением Umbrella. Мои руки задрожали. — Она была заражена, — прошептала я. — Ещё до того, как я родилась. Это не тренировки сделали меня сильней, вирус изменил меня. Ловкость, выходящая за пределы нормы. Скорость реакции, когда тело двигалось раньше мысли. Выносливость, от которой инструкторы хмурились. Даже раны затягивались быстрее. — Я медленно подняла на него взгляд, слова давались с трудом — В каком-то смысле… я сама БОО. Крис резко вдохнул, он отложил ноутбук и прижал к себе, поглаживая голову. Его действия немного успокаивали. — Нет Вив, вирус не сделал тебя монстром, — сказал он сразу, жёстко. — Ты слышишь меня? Ты живая, думающая, чувствующая девушка. Ни один БОО на это не способен. Объявить тебя мёртвой — значит сделать недосягаемой. Без имени. Без следа. Без цели для Umbrella. Я буду рядом, не как твой командир, а как человек знающий правду и всё равно выбирает тебя. Если когда-нибудь тебе станет страшно, — сказал он медленно, — если ты посмотришь на себя и увидишь не человека, а биологическое оружие. Я напомню тебе, кем ты была до всех этих файлов. И кем остаёшься сейчас. — он наклонился и поцеловал меня, языком исследуя мой рот, он не давал мне отстраниться и мучал долго. — Для мира ты мeртвa с рождения. Но для меня ты жива. Здесь. Сейчас. И этого им уже не отнять. — Он прижался лбом к моему. — И пока я дышу, никто больше не посмеет решать, имеешь ли ты право существовать. Слова Криса тронули старые раны, он как будто вылечил гной, который терзал меня годами. Я утянула его в новый нежный поцелуй, надеясь показать как много значат для меня его слова и его присутствие в моей жизни. Я не сдамся, теперь зная о своей особенности, я превращу ее в силу, а не в слабость.