Часть 12

Глава 12: Объяснение с пристрастием

Морозный воздух обжигал лёгкие, но Блум почти не чувствовала холода — лишь ледяную, пронизывающую до костей дрожь, сотрясавшую её тело. Скай, не выпуская её из объятий, резким, почти порывистым движением сбросил с себя тяжёлую кожаную куртку и накинул на её трясущиеся плечи. Тепло, накопленное подкладкой, и стойкий, знакомый запах его парфюма и кожи на мгновение окутали её, словно защитный кокон, отсекая ужас. Сам он остался в одном тонком тёмном свитере, но, казалось, был абсолютно невосприимчив к колючему ветру. — Тихо, всё кончено, я с тобой, — его голос, низкий и уверенный, звучал прямо над её ухом, успокаивающе. Он мягко, но твёрдо держал её за плечи, слегка отодвинув, чтобы внимательно посмотреть ей в лицо. Его брови сдвинулись. — Что случилось? Что он сделал? Именно в этот момент его взгляд скользнул вверх и задержался на её виске. Глаза Ская мгновенно сузились, вся показная нежность испарилась из них, сменившись вспышкой опасного, холодного огня. —Милая... малышка... — он осторожно, почти с благоговением, провёл подушечкой большого пальца по её коже, чуть ниже краснеющего пятна. — Это откуда? Он тебя ударил? Блум, всё ещё пытаясь поймать дыхание, подавленно покачала головой. Слова путались, вырываясь сбивчивыми, рваными обрывками. —Нет... я... он вошёл... подошёл ко мне... я так испугалась... отшатнулась назад... и об раму... ударилась... Она говорила так тихо и безнадёжно, что Скаю пришлось наклониться почти к самому её лицу. Но его острый, как бритва, взгляд был прикован не к ней, а к Энди, который всё ещё стоял в нескольких шагах, пытаясь изобразить наглую беззаботность, но выдавая себя нервной дрожью в руках. — Вр-р-рёт! — сипло, с ноткой истерики, крикнул Энди, чувствуя, как почва уходит из-под ног под этим ледяным, всевидящим взглядом. — Она сама везде бьётся, психованная! Я палец о палец не ударил! Скай медленно, почти кинематографично, выпрямился во весь свой рост. Он по-прежнему прижимал к себе Блум, ограждая её своим телом от малейшей угрозы. Его голос, когда он наконец заговорил, был тихим, обманчиво ровным, но каждое слово падало, как отточенная сталь. — Знаешь, что я думаю? — он обратился к Энди, и его губы растянулись в улыбке, лишённой всякой теплоты, безжизненной, как маска. — Я думаю, что настоящий психопат — это тот, кто доводит девушку до такого состояния, что она, пытаясь спастись, калечит себя сама. И за это... — он сделал крошечную, выверенную паузу, позволив словам повиснуть в морозном воздухе, наливаясь свинцовой тяжестью, — ...ответит по всей строгости. Без скидок.