Часть 16

Глава 16: Убежище

Машина Ская бесшумно подкатила к подъезду современной высотки в престижном районе. С заглохшим двигателем в салоне воцарилась тишина, нарушаемая лишь прерывистым, неровным дыханием Блум. Она сидела, закутанная в его просторную куртку, и смотрела на освещённый массивный подъезд широкими, полными неуверенности глазами. — Всё, приехали, — тихо сказал Скай, осторожно размыкая её пальцы, которые мёртвой хваткой впились в кожаную обивку сиденья. — Мой дом. Здесь тебе больше ничего не угрожает. Он вышел, обошёл капот и открыл ей дверь. Морозный воздух снова обжёг её разгорячённую кожу, но на этот раз не вызвал паники. Скай мягко взял её за локоть и помог выйти. Она шла рядом с ним, как заворожённый ребёнок, её хрупкая фигурка казалась совсем крошечной на фоне его широких, уверенных плеч. Он провёл её через просторный холл с блестящим полированным полом и зеркальными стенами, где её испуганное отражение мелькало на мгновение и растворялось. Лифт бесшумно поднял их на один из верхних этажей. Дверь в квартиру отворилась с тихим щелчком электронного замка. Их встретил тёплый, насыщенный воздух, пахнущий свежестью, кожей и едва уловимыми, дорогими нотами парфюма. Скай мягко подвёл её внутрь. Пространство было огромным, с панорамными окнами от пола до потолка, за которыми пылал огнями ночной город. Минималистичная мебель из тёмного дерева и кожи, хромированные детали, несколько строгих картин в стиле абстракционизма на стенах — всё говорило о деньгах и безупречном вкусе, но при этом дышало неожиданным, сдержанным уютом. Блум замерла на пороге гостиной, боясь ступить на идеально чистый светлый ковёр, казавшийся ей белее снега. — Проходи, чувствуй себя как дома, — Скай аккуратно снял с её плеч свою куртку и повесил на дизайнерскую вешалку у двери. Он внимательно посмотрел на неё, заметив, как мелкая дрожь пробегает по её рукам, и понял, что дело не в холоде. — Эй, всё в порядке. Ты в полной безопасности. Он подвёл её к большому угловому дивану и усадил в глубь мягких, пышных подушек. —Сейчас принесу тебе что-нибудь выпить. Чай? Воду? Она молча кивнула, не в силах выдавить из себя ни звука. Её взгляд блуждал по комнате, цепляясь за детали: аккуратную стопку art-буков на стеклянном столике, сложную аудиосистему, завораживающий вид на ночной мегаполис. Это был другой мир. Абсолютно чужой и непостижимый. Скай вернулся через мгновение с высоким бокалом чистой воды. Он сел рядом с ней, но оставил тактичную дистанцию, давая ей пространство. —Пей. Небольшими глотками. Она послушно сделала несколько глотков, и прохладная жидкость немного прояснила сознание, смывая ком в горле. —Спасибо, — прошептала она, наконец обретая голос. Он звучал хрипло и надтреснуто от слёз и перенесённого напряжения. — Не благодари, — он улыбнулся, и в его глазах появилось что-то тёплое и надёжное. — Ты переночуешь здесь. Завтра утром приедет Стелла, привезёт тебе вещей. И мы всё спокойно обсудим. Хорошо? Она снова кивнула, не отрывая от него взгляда. Впервые за этот бесконечно долгий и чудовищный день она почувствовала, как тяжёлый, давящий камень страха понемногу начинает смещаться с её груди. Он был здесь. Он был реальным. И он не испугался за неё, не отвернулся. — Хочешь, покажу тебе комнату? — спросил он, его голос звучал тихо и бережно. — Ты можешь отдохнуть, прийти в себя. Она снова кивнула и медленно поднялась с дивана. Сделав шаг, она вдруг замерла и обернулась к нему. — Почему? — выдохнула она, глядя прямо в его ясные, голубые глаза. — Почему ты всё это делаешь для меня? Скай на мгновение задумался, его взгляд скользнул по её бледному, исхудавшему лицу, по тёмному синяку на виске, по глазам, полным немого вопроса и слабой, но живой надежды. — Потому что не мог поступить иначе, — просто ответил он. — Потому что, увидев тебя там, я понял — не могу просто развернуться и уйти. И не уйду. Он протянул руку ладонью вверх, не касаясь её, просто предлагая ей последовать за собой. —Пойдём, рыжая. Покажу, где ты сможешь выспаться. И она пошла за ним, вглубь этой незнакомой, но дышащей покоем и безопасностью квартиры, оставляя за массивной дверью весь свой старый, полный боли и предательства мир.