Часть 21

Глава 21: Первый «нормальный» вечер

Атмосфера в просторной гостиной Ская наконец-то оттаяла, сменив ледяное напряжение на неловкую, но настоящую расслабленность. В центре низкого стеклянного стола стояло несколько бутылок — выдержанный виски, дорогое бордо и экзотичная ярко-голубая бутылка джина. Стелла, развалившись в глубоком кресле, болтала босой ногой, скинув дорогой лофер, и с наслаждением прихлёбывала рубиновое вино. Брендон расположился на диване, спокойно наблюдая за происходящим, его стакан с виски почти не убывал. Валтор стоял у панорамного окна, за которым пылал огнями ночной город, держа в руке бокал с минеральной водой — он был за рулём и сохранял ясность ума. А Блум... Блум сидела, подобрав под себя ноги, в самом уютном углу дивана. В её руках был тот самый высокий бокал с голубым джином и тоником, который налила ей Стелла с лукавой улыбкой: «Попробуй, солнышко, на вкус как лимонад, только с последствиями повеселее». Она сделала маленький, осторожный глоток и слегка поморщилась от незнакомого, резковатого вкуса можжевельника, но через секунду по телу разлилось приятное, согревающее тепло. — Ну как? — Скай опустился на диван рядом с ней, его плечо почти касалось её плеча. В его руке небрежно покоился тяжелый стакан с парой кубиков льда и янтарным виски. — Не слишком терпко? Она покачала головой, и странное дело — мысли стали такими лёгкими и плавными. —Нормально, — прошептала она, и её губы сами собой растянулись в маленькую, робкую, но совершенно искреннюю улыбку. — Тепло. — То-то же, — он ухмыльнулся и легко чокнулся своим стаканом о её бокал. Лёгкий звон прозвучал как знак начала новой жизни. — За то, чтобы всё плохое осталось там, позади. — О да! — подхватила Стелла, грациозно поднимая свой хрустальный бокал. — За нашу новую прелестную подружку Блум! И за то, чтобы все мудаки, которые посмели её обидеть, бесследно провалились в тартарары! Брендон сдержанно, но тепло улыбнулся и поднял свой стакан. —За справедливость. Даже Валтор, не поворачиваясь от картины ночного города, слегка приподнял свой бокал с водой в молчаливом, но красноречивом жесте солидарности. Блум смотрела на них — на этих ярких, шумных, абсолютно невероятных людей, которые ворвались в её жизнь как спасительный ураган. Она сделала ещё один глоток, на этот раз больше. Тепло увереннее разлилось по жилам, смывая последние осколки страха и неловкости. Она не была пьяна, нет. Но она наконец почувствовала себя... своей. — Спасибо, — сказала она, и её голос прозвучал громче и твёрже, чем когда-либо. — Всем вам. Скай наблюдал за ней, как она потихоньку оттаивает, как грозный синяк на её виске теперь казался просто досадной временной помехой, а не клеймом жертвы. Он видел, как её плечи расправляются, а в огромных голубых глазах зажигается тот самый живой огонёк, который он разглядел на фотографиях в её инстаграме. — Ничего, рыжая, — тихо сказал он, наклонясь так, чтобы слышала только она. — Ты теперь с нами. Привыкай. И впервые за долгое-долгое время Блум почувствовала, что привыкать к этому — это именно то, чего она хочет больше всего на свете. Она прислонилась спиной к мягкой спинке дивана, слушая, как Стелла что-то с жаром рассказывает Брендону, и позволила себе просто быть. Здесь и сейчас. С бокалом странного голубого напитка в руке и с упрямым, робким ощущением, что, возможно, её настоящая жизнь только начинается.