Часть 13

В общем, прошло время, репетиций генеральных больше не ставили. академия как-то даже опустела, ведь все сидели по своим корпусам, домам и в общежитии готовились к выступлениям и показам, дефиле и так далее. Кацуми не исключение. В своем репетиционном зале, в доме, она часто заседала и репетировала движения в выступлении и вокал. С Лилит они особо больше не разговаривали, женщина практически на постоянке была с Айзавой и помогала ему с Эри. Рен часто заходила к ней и они репетировали стабильно, раз в неделю в их репетиционном зале выступления. Накануне начала культурного фестиваля Юэй девушке неожиданно написал Киришима: «Слушай, у нас завтра будет выступление, и очень бы хотелось, чтобы ты его посмотрела. Оно будет утром, ты же придёшь, верно?» «Ой, да куда же я денусь.» Ответила ему сразу девушка. Ну, она решила для себя — придёт пораньше, чтобы поговорить с братом. А может, и после выступления с ним получится поговорить, ведь первое, что она пообещала после начала отношений с Киришимой — обязательно поговорить с братом. В свою очередь, он дал ей обещание рассказать Бакуго о их отношениях. В общем, она, естественно, согласилась, а также напомнила ему о их двойном обещании. Парень кивнул и сразу отправился к комнате Кацуки. Перед тем, как постучаться, он несколько раз перекрестился и глубоко вздохнул. — Хей, Бакубро, нужно кое-что обсудить. Кацуки повернулся к двери. Он сидел за барабанами и тренировался. Осмотрел его с ног до голову, сильнее нахмурился и отвернулся. — Отстань, я занят. — Нет, слушай, все равно надо обсудить. — Уйди, я сказал! Глухой что ли? Киришима, конечно, отступил, но в какой-то момент он зашёл и хлопнул дверью, оставшись в комнате Кацуки. — Слышь, дерьмоволосый! Я тебе нормально не объяснил?! — Бакуго. Это действительно очень важный разговор, и ты должен меня выслушать. Это связано с твоей сестрой. — Че? Причём здесь она? Кацуки отбросил в сторону свои палочки и, подойдя к нему, более злобно осмотрел его с ног до головы. — А ты не догадываешься? В общем, я и Кэцуми… Мы встречаемся После этого он резко закрыл глаза и приготовился к удару со стороны. Бакуго же схватил его за шиворот рубашки и прижал его с силой к стене. — Что ты сказал?!.. Прозвучал тихий и угрожающий тон Бакуго. — Я и Кэцу. Мы уже как недели две вместе, у нас только поцелуи, не было ничего больше, правда. Только не бей меня! — Я же говорил, чтобы ты не приближался к ней. Да и вообще, как ты смеешь ее трогать?! Черт, она ведь… Открыв глаза, парень посмотрел на Кацуки который стоял с опущенным взглядом, что смотрел в пол — Бакубро, все нормально? — …Почему она мне об этом не рассказала? Я что, настолько ей не нужен? — Нет, просто мы с ней договорились. Она поговорит с тобой в целом о вас, а я расскажу про отношения. Она очень боялась твоей реакции. — Естественно, она боялась моей реакции. Дал бы я ей разрешение встречаться с таким, как ты. — И ты против? — Ну, у меня выбора нету и буду, естественно, против, но я разве могу пойти против вашего с ней решения? Идиоты, придурки… — Ну, то есть ты за. — Я этого не говорил. Все, забудь. Уйди с моих глаз, чтобы лишний раз не портить мне настроение! Парень сразу же убежал из комнаты, закрыв за собой спокойно дверь. Бакуго же сел на свою кровать, положив голову на руки. — Серьёзно, с ним? Чего, лучше вариантов не нашла?! А потом, мгновение спустя, его тон резко изменился. — Ты уже так выросла. Парень, карьера. Черт, да ты уже меня обогнала. Мелкая… Усмехнувшись, он вернулся к своей барабанной установке. Кэцуми встала пораньше и уже направлялась в академию. В планах у нее было, как минимум, попробовать поговорить с братом пораньше, как максимум провести какое-то время с Киришимой наедине. Проход для неё попросил Эйджиро, да и Айзава был предупреждён несколько раз, поэтому ее спокойно пропустили на территорию и отправили в общежитие класса её брата. На входе в нее резко врезался Мидория. — Ой, прости я… КЭТЧАН?! — Хах, да, это я. А ты куда так рано? — Да, на тренировку и купить надо кое-что для выступление. Подожди, что ты тут делаешь? — А ты не догадываешься? — Ну, наверное, ты к Каччану. — А к кому ещё? Ну, есть другой вариант, но о нём попозже. Пока я не готова говорить. — Подожди, ты с кем-то здесь… встр…встре… Тот аж раскраснелся и начал заикаться от осознания, что девушка имеет в виду. Даже не пытайся произнести. Я знаю, что ты не сможешь даже это слово нормально сказать. — Слишком много эмоций в один день. Ладно, Каччан вроде у себя был, но я знаю, что ребята скоро начнут собираться, поэтому поторопись. — Да, конечно, обязательно потороплюсь. Девушка хотела уже зайти к брату, как услышала огромное количество шагов и вскриков по поводу подготовки. Будто это был какой-то знак, что пока его трогать не стоит или вообще его там нету. — Кэцуми, потом. Отойдя от его комнаты, посмотрела на время. Она поняла что до начала фестиваля остаётся около двух часов и им стоит действительно поторопиться, поэтому она молча вышла с общежития и пошла к площадке проведения мероприятия. Кэцуми поняла одну вещь — уже после выступления класса поговорит с братом насчет их взаимоотношений. А территория уже была знатно украшена. Прилавки потихоньку открывались, студенты и гости уже веселились, радовались и активно обсуждали, как проведут эти дни на мероприятии. И, неожиданно, среди этой всей толпы, она заметила Лилит с Айзавой, которые подозрительно мило проводили друг другом время — Госпожа Лилит, а вы чего так рано? Наша часть фестиваля же только завтра. Женщина резко повернулась к своей ученице и сжала плечо мужчины рядом. — О, юная Бакуго. такая неожиданность, что ты здесь, чего ты так рано? — С утра будет выступление класса моего брата. Думаю, вы тоже идёте, а то странно, что вы здесь… А это кто? Посмотрела в ноги Айзавы и заметила там девочку, которая держалась за его штанину. Она опустилась к ней и протянула ей руку, мило улыбаясь. — Эй, привет, мелкая, я Кэцуми, а тебя как…? Девушка резко подняла голову на пару, осознав, как могла появится эта девочка. — Вы когда успели? Женщина еле сдерживала смущение на своём лице, мужчина же тихо прокашлялся в кулак, а девочка непонимающе смотрела на Кэцуми. — Нет, ты не о том подумала. Они её спасли, и, чтобы у неё резко не активировалась причуда, Айзава находится всегда рядом с ней. — Это понятно. А вы зачем здесь? — Я…Ох, я ее приемная мать. А Айзава… что-то вроде отца. — Ч-чего?! Так значит вы теперь… — Кэцуми, не так громко. Мы не хотим пока афишировать. — Поняла. Молчу. Девушка лишь похихикала, а на недоумевающее лицо девочки лишь кивнула ей и протянула немного конфеток. Та как-то скромно взяла парочку и спряталась за ногой мужчины. — Ладно, я пока пойду. А где здесь зал, где будут выступления? — Смотри, выступления будут на той сцене, что открытая. Она больше и звук там лучше. И, зная твою причуду, а также причуды некоторых выступающих — открытое пространство более безопасно. В общем, готовься к тому, что будем выступать на наружной сцене, а на закрытой будем репетировать завтра утром. — Оу, да, конечно, я вас поняла. Кэцуми сразу направилась к тому крытому концертному залу. Женщине же молча выдохнула, поправив свои волосы и лицо. — Тебя что, так сильно волнует то, что ученики увидят тебя с кем-то? — Дело не в этом. Не просто с кем-то, а с тобой, не просто ученица, а моя студентка, сестра твоего студента. Понимаешь, это может перерасти в огромный слух, который легко может подтвердиться. Мужчина лишь посмеялся, поцеловав женщину в щеку. — Ладно уж, пойдем дальше, посмотрим, что там на ярмарке, есть из еды. Ты же не завтракала с утра? — Поймала пару кроликов, да и то сырыми пришлось есть. — Иногда я поражаюсь тому, что ты все-таки не просто человек с причудой совы. — Привыкай, когда какой-нибудь я вообще захочу свить гнездо на твоей голове. — А ты, милый птенчик, что будешь на завтрак? Женщина легко взяла Эри на руки и поправила ее волосы на лице. Девочка показала в сторону моти. — Моти. — Ох, как скажешь. Выбирай, какие хочешь. Подойдя к залу, она не сразу поняла, что он ещё закрыт. Конечно, до выступления примерно еще час, наверное, они только там собираются и зал ещё потихоньку подготавливают. — Эй, а можете меня пораньше пустить? Обратилась она к одному из охранников. — Не положено, ещё рано. — Вы хоть знаете… — Вы хоть знаете, кто я?! Резко послышался звонкий голос за спиной. Девушка огляделась, но никого не увидела и только когда подняла взгляд, поняла, что это была Люцианна. — Живо открыли, я вам приказываю! — А вы то кто? — То есть, вы хотите разбираться с моей семьёй? Вы что, бессмертные? Тут же подоспел второй охранник, что присмотрелся к девушку и тут же отдернул за руку своего товарища. — Эй, она вообще-то из семейства Карасу. Прошу прощения, конечно заходите. И подругу вашу мы пустим. — O, mon cher*! Я так давно тебя не видела, а ты тут по какому-то поводу или из-за какого-то конкретного одного повода мужского пола? — Эй, хватит. Ну да, я пришла поддержать брата и… Эйджиро. Та слегка замялась, перебирая руками. — Киришиму? Ну-ка, рассказывай поподробнее! — Ну мы с ним вместе. Практически шёпотом произнесла Кэцуми, отвернувшись от подруги. Та лишь сильнее повернулась к ней и улыбнулась. — Подожди, я не расслышала, что ты сказала? — Мы с ним вместе. Уже чуть громче произнесла девушка и чуть повернулась к Люцианне. — Ещё раз повтори, я не слышу. — Мы с ним вместе! Уже прокричала чуть ли не в лицо подруге. Та удивленно пару раз хлопнула глазами и засмеялась. — И мне не рассказала, как ты могла! Я не переживу этого предательства! — Люци, не драматизируй. Один раз не рассказала, что с парнем встречаюсь, и что? — Да ты всего мне не рассказывала. Ни то, какие у вас там страсти в академии, ни кто твои соседки. Что ты от меня ещё скрыла? О боже, ты что, от меня что-то еще скрываешь? Это связано с завтрашним днём, верно? Не просто так же объявили о том, что фестиваль в этом году будет двухдневным. — Да, возможно, это связано со мной. И, возможно, это связано с завтрашним днём, но это совершенно сейчас не важно. — Окей, хорошо, а чего ты пришла к залу так рано? — Место хотела хорошее занять, а то тут начнется толкучка. Господи, будто я на концерты ни разу не ходила. Знаю я все эти ваши концерты. Надо прийти за несколько часов пораньше и занять хорошую позицию. Но удивительно, что здесь никого нет. — Поправочка — есть, но они все за дверями. А у тебя есть привилегия в виде меня. Хотя не знаю, на их месте я бы тебя пустила. Все-таки ты родственница одного из самых агрессивных и активных учеников. Неизвестно, что с тобой будет, если тебя не пропустят. Они просто безмозглые, не обращай на них внимания. Через полчаса открыли двери и в зал начали заходить студенты и гости фестиваля. Кэцуми с Люци практически прижались к сцене и смотрели, как медленно к ним приближались люди. Где-то среди них девушка заметила ту девочку, но уже с каким-то парнем, пока Айзава стоял где-то со стороны со своим другом. Ровно в десять свет в зале резко выключился, занавес медленно начал открываться, а по всему залу стали слышаться крики и возгласы толпы. Резкая тишина, крики и взрывы брата, которого девушка явно не ожидала увидеть за инструментами, и началась музыка. Сейчас, видя его на сцене, за барабанной установкой, было неё действительно невероятным событием, которое она не смогла никак скрыть эмоционально. Люцианна сразу заметила блестящие глаза подруги, что не отрываясь и не моргая смотрела на брата. Сразу же взяв быстро свой телефон, она включила камеру и снимала не просто выступление, а своего брата. Она искренне восхищалась им. — Вижу, ты довольна! — Да, тут такое! Затем она перевела взгляд на остальных и стала слушать их выступление, как только закончила снимать брата. Голос Джиро, живая музыка, танцы, спецэффекты с помощью причуд… Все очень красиво и потрясающе. Она жалела, что не попросила их о помощи раньше для своего вокала, а сейчас просить смысла нет — уже завтра ее выход на сцену. Все наступит уже так скоро и завтра будет огромный огромный итог ей кропотливой работы, на которую было потрачено гигантское количество времени, нервов и сил. После их выступления, она осталась ждать брата у зала, пока прибираются побыстрее, чтобы пойти и наконец-то отдохнуть от всей этой подготовки и нервотрёпки. Кацуми же просто стояла. Стояла и нервно дергала ногой. Люцианна это заметила сразу и погладила по голове — Эй, ты чего так переживаешь? — Я за брата волнуюсь. — Так все нормально, он тебя выслушает. Он готов с тобой обсудить все, что между вами случилось. Ты уверена, что готова? — Да, да. Просто Эйджиро написал, что он ему уже рассказал о наших с ним отношениях. Я не знаю, чем это может закончиться. — Потом и узнаем. О, они уже почти закончили. — А, чего? Девушка резко обернулась. Ребята потихоньку стали выходить из зала, и одним из последних выходил Бакуго. Как-то он сначала был очень хмурым, но при виде сестры сразу выпрямился, и взгляд как-то поспокойнее стал. А Кэцуми даже не попробовала к нему для начала подойти, сказать что-то или хотя бы приобнять. Люцианна же просто за этим всем молча наблюдала со стороны. Но все-таки решила немного вмешаться. — О, Бакуго, смотри! Кто же это? Какая неожиданность, это же Кэцу! Ты же в курсе, что она видела ваше выступление? — О, и как тебе, все понравилось? — Очень красиво! — Ты же все видела? Киришима резко запрыгал рядом с девушкой, и она его сразу как-то слегка приобняла и быстро чмокнула в щеку. — Так вы все-таки встречаетесь или нет? — Хорошо, мы встречаемся, это что-то вам дает? — Это же такое событие. Хоть кто-то в нашем классе начал встречаться. Правда, не с одноклассником, но тоже неплохо. — Неплохо? Да, я идеальная девушка для него. Тут случилось небольшое неловкое молчание, после которого первой воскликнула Люцианна. — Ребят, слушайте, я понимаю, что вы всегда вместе тусуетесь, но, надо бы, чтобы вы Кацуки с Кэцуми оставили одних. Вы же не против? Им нужно решить некоторые семейные вопросы. — Да, конечно, обязательно. Класс сразу как-то отошел, пока брат с сестрой отошли в сторону зала, в небольшой закуток. Девушка ещё долго стояла и молчала, пока он первым не заговорил — Я, вообще-то, скучал по тебе, а ты даже толком не могла у меня нормально спросить, как дела! Я и так делал все, чтобы оставаться с тобой на связи. Ты просто взяла и ушла из моей жизни. Когда это все случилось, я понял, из-за чего все это время на меня обижалась. — Неужели понял? Я хочу выслушать твое мнение. И когда до тебя дошло? — Когда ты сказала о том, что я обижал тебя, когда был маленьким. Это было из-за того, что я ревновал тебя к семье. Потом я решил поговорить об этом с старухой, та подтвердила, что в детстве я часто лез вперёд вместо тебя, как-то все время отталкивал. В общем, я делал все, чтобы попытаться тебя как-то затмить. Но потом я понял, что мне незачем соревноваться с собственной сестрой, только понял походу поздно. — Ничего ты не поздно. Кацуки, пока мы не общались все это долгое время, я переваривала наши взаимоотношения и пришла к конкретному выводу. Обижаться на то, что ты делал со мной в прошлом, я уже не могу, да и незачем лишний раз себе нервы мотать. Но от прошлого никуда нельзя уходить. Да, мы были детьми, да, между нами были очень серьёзные ссоры и тот шрам никогда не сойдет, скорее всего, с моей руки. Но мне ни к чему продолжать на тебя обижаться. Ожог это как знак той самой ужасной ссоры в нашей жизни. Знаешь, рада, что сейчас у тебя столько всего получается. В том планею, что ты поступил в академию, о которой мечтал. Ты занял первое место на спортивном фестивале. Ты сегодня, боже мой, ты сегодня выступил. Я отправила это видео маме. — Что?! Кто тебе разрешил?! — Ну, не могла я не отправить это кому-то из нашей семьи. Кацуки еще немного поворчал, а затем неожиданно для девушки он встал, прямо, сложив руки по бокам и наклонился перед ней. — Кэцуми, моя единственная младшая сестра, мой самый близкий человек в этой семье. Я прошу у тебя прощения за все те года, когда я над тобой издевался, когда я винил тебя во всех своих неудачах, когда срывался на тебе, когда ты брала мои вещи, когда ты демонстрировала свою причуду, а я кричал, что ты её не достойна, когда я тупо шутил над тобой и твоей внешностью. Когда я считал тебя полным ничтожеством и когда я думал, что ты не способна нормально гитару в руки взять, не то что петь с ней. Мне невероятно тяжело было без тебя все это время. Я на тебя обижался, я на тебя злился, я этого даже не отрицаю. Но жить с осознанием того, что на всю жизнь я тебя потеряю… Я готов отказаться от рук, которые столько раз причиняли тебе боль, готов зашить себе рот, чтобы больше никогда не кричать на тебя. Но только, пожалуйста… Не переставай быть моей сестрой. Он продолжил молчать смотря вниз, стараясь не показать свои намокшие глаза, пока не услышал тихие всхлипы с её стороны. Парень быстро поднял голову и посмотрел на свою сестру. Она тяжело дышала, держась одной рукой за живот, а другой за лицо, прикрывая рот. На глазах у неё образовывались маленькие капельки слез и она, прищурившись, смотрела на собственного брата. Кэцуми долгое время молчала и боялась к нему подойти первой, но через время она смогла выдавить из себя только: — Я прощаю тебя, братик. Через какое-то время она первая подошла к нему, упав перед ним на колени и, крепко обняв его за талию. Кацуки спустился к ней, также садясь на колени и обнимая её за голову и прижимая к себе, параллельно вытирая слезы со своих глаз незаметно, об ее одежду. — Тихо. Блин, истеричка, обязательно реветь надо было? Ещё и сопли сейчас оставишь на моей футболке. — Да заткнись ты уже. Проныла девушка, сжимая его футболку в руках. — Я так на самом деле по этому скучала. — Ладно, я тоже скучал по такому. — Ты же завтра пойдешь, да? Ты же посмотришь моё выступление, правда? — Куда я денусь? Господи, разнылась здесь. Ты забыла, кто ты? Ты же Бакуго. Ты же должна гордо говорить о себе, о своей фамилии и о своих способностях. Черт, какая же ты хорошая мелочь у меня. — Самый лучший брат на свете. — Да, конечно. — Ну что, может быть, пойдем к остальным? А то они задрали нас уже ждать, и потом еще раздаются, что мы долго разговариваем. — Тогда сопли подотри, стыдно будет перед всеми. — Стыдно мне за то, что ты сам расплакался, практически как девчонка. — Так вот только посмей рассказать. — Я подумаю. Пока они шли, он иногда посматривал на сестру и все-таки решился спросить — Значит, ты и дерьмоволосый. — Подожди, ты про кого? Киришиму? Ну да, мы с ним вместе. — Дожил до того момент, когда ты, малявка, уже с кем-то там встречаешься. — Слушай, я думал, ты будешь орать, возмущаться, истерить. Где оно все? — О, это пока у меня слишком хорошее настроение, чтобы портить его самому себе, а его милую мордочку я смогу начистить попозже. — Только посмей. В течение всего дня Кацуки практически не отходил от сестры, а иногда даже отталкивал от нее остальных, особенно Киришиму. Все-таки не мог он нормально совладать с эмоциями, что теперь он второй важный парень в её жизни. Но все задания, всякие испытания и игры они старались проходить либо втроём, либо кацуки давал попробовать проходить это все одной девушке, ведь видел в ней способного человека. В конце дня девушка слегка замолкла и даже ушла в себя. Первым это состояние увидел, естественно, брат. Он молча подошёл к ней и приобнял за плечо. — Так, мелкая, что переживаем? Что опять не так? — Завтра уже выступление. Кажется, что я вообще не готова. Кажется, что у меня ничего не получится. И одновременно я на все сто процентов в себе уверена. Завтра утром сначала будет репетиция, а потом. — Во сколько оно у тебя вообще? — Если я не ошибаюсь, то вокалисты на основной сцене, той открытой, выступают примерно часов в двенадцать, до этого в десять мне надо успеть на показ мод моей соседки, а вот в час и тридцать минут должен начаться еще и танцевальный конкурс моей второй соседки. В общем, надо везде все успеть и, главное, успеть прорепетировать, проверить, все ли на месте. — Так, спокойно, слишком много истерики. Вообще не до неё сейчас, что и ты из-за этой мелочи переживаешь. Серьёзно, глупая. — Это вообще-то не мелочь. — Так, что у тебя готово? — Подтанцовка есть, песня есть. Вокал тоже отрепетирован. Все есть. Главное успокоиться. И завтра перепроверить все, на всякий случай. — Вот говоришь прям как Деку. — С кем повелась в детстве, от того и навелась. — От того, что вы друзья и общались в детстве, меня до сих пор передергивает. Так что лишний раз не беси меня. — Я подумаю. Ладно, я пошла. — Чего, уже так рано? Резко возникнул Киришима, на которого сразу агрессивно зыркнул Бакуго. Мне надо убираться в комнате и собираться на завтра. Автобус нас повезёт в Юэй в районе семи утра, начало всего мероприятия ровно в девять, так что ждите, завтра вам напишу. Все сразу попрощались, а Киришима поцеловал её в щеку и погладил по плечу, слегка прижав к себе. От нее его оттолкнул Кацуки и пошёл её провожать до главного выхода в академию. — Главное, не переживай, ясно? Хоть один маленький всхлип или какие-то глупые слезы — не знаю, что с тобой сделаю. — Ой, глупый, не буду я реветь из-за такого мелкого недоразумения. — Ага, конечно. А потом со старухой будем сидеть, успокаивать тебя, потому что тебя в твой колледж, там за океаном, не взяли. — Откуда ты об этом знаешь? — Господи, ты столько про него ныла, а потом и Айзава мне немного об этом рассказал, чтобы я лишний раз за тебя не переживал, так что я обо всем в курсе. — Ну, в курсе и ладно. Что ж, я, наверное, пойду. — Тебя точно не надо дальше провожать, а то еще потеряешься? — Слушай, я не маленькая. Я уже полгорода одна обходила, так что сориентируюсь. Он вновь к ней подошёл и крепко обнял за плечи, прижимая к себе. — Слыш, я в тебя верю. Ясно? — Да, ясно. Все, люблю тебя до завтра. — И я тебя, мелкая. Кэцуми пошла на выход, и каждый шаг чувствовался, будто бы она шла по нескольким раскаленным углям вместе со стеклом, которые проникали в её ступни раз за разом. Обратного пути нет. Итог всей ее такой долгой и кропотливой работы уже завтра.