Часть 13

Срок шёл, и маленькая, тщательно оберегаемая вселенная в квартире на окраине города готовилась к расширению. Беременность Дарины протекала не как у смертных женщин, но и не без сложностей. Её ангельская сущность и демоническая энергия, кипевшая в её жилах благодаря связи с Денисом, вели тихую, постоянную войну внутри неё, что выливалось в странные симптомы — то внезапные вспышки света, озарявшие комнату, то лёгкий запах серы, исходящий от её кожи. Денис не отходил от неё ни на шаг. Его забота приобрела гипертрофированные, почти дикие формы. Он мог часами сидеть, положив руку на её живот, прислушиваясь не только к шевелениям, но и к смешению энергий, и его лицо в эти моменты было искажено то любовью, то глубокой тревогой. Когда пришло время, стало ясно — в больницу ехать необходимо. Магия магией, но таинство рождения нового жизни требовало иной, земной помощи. Денис организовал всё с демонической эффективностью. Они оказались в лучшей частной клинике, в палате, больше похожей на номер люкс, с врачами, которые задавали минимум вопросов, получив внушительный денежный бонус и один-единственный пронизывающий взгляд от «мужа». Роды были долгими и трудными. Дарина, стиснув зубы, переносила схватки, её крылья, ставшие за время беременности более материальными, временами непроизвольно расправлялись, сметая всё на прикроватных тумбочках. Денис стоял рядом, не выпуская её руку. Его костяшки побелели, а в воздухе пахло грозой — его демоническая природа реагировала на её боль, и ему приходилось прилагать титанические усилия, чтобы сдерживать её. Он шептал ей на ухо слова — не всегда нежные, иногда это были хриплые, полные отчаяния проклятья на забытых языках, но все они означали одно: «Держись. Я с тобой». И вот, после финального, огненного усилия, раздался первый крик. Тонкий, чистый, словно колокольчик. — Девочка, — объявила акушерка, и её голос дрогнул от изумления. Малышка была крошечной, с сморщенным личиком и… и едва заметным, мягким пушком тёмно-рубинового цвета на голове. Когда её положили на грудь Дарине, та на мгновение приоткрыла глаза. И в их глубине, вместо детской синевы, плескалось море цвета расплавленного золота. Прежде чем кто-либо успел что-то сказать, Дарина снова закричала от накатившей волны. — Второй! Готовьтесь, второй ребёнок! Суматоха возобновилась с удвоенной силой. Денис, только что смотревший на дочь с выражением шокированного благоговения, снова вцепился в руку Дарины. Вторые роды прошли быстрее. И вскоре воздух разрезал другой крик — более сдержанный, но твёрдый. — Мальчик! Его поднесли к Дарине. И здесь чудо было иным. Мальчик был светлым, с пушком белокурых волос, и когда он открыл глаза, чтобы возмутиться новым миром, они были ясными, небесно-голубыми. Но в их глубине, если приглядеться, можно было разглядеть крошечные, словно угольки, точки — отсвет неугасимого внутреннего огня. Близнецы. Мальчик и девочка. Когда суета улеглась и их оставили одних в палате, наступила тишина, нарушаемая лишь тихим посапыванием младенцев, лежавших на груди у матери. Дарина, измождённая, но сияющая, смотрела на них сквозь слёзы счастья. Денис сидел на краю кровати, его огромная рука с осторожностью, которой он, казалось, учился всю жизнь, лежала на спинке дочери. Он смотрел то на неё, то на сына, и его лицо было самым чистым выражением потрясения, какое она когда-либо видела. — Смотри, — прошептала Дарина, касаясь пальцем светлых волос сына. — Ваня… он… весь в меня. Денис кивнул, его взгляд скользнул по ангельским чертам мальчика, по ясным голубым глазам. — Ангел во плоти, — тихо сказал он. — Но в нём есть искра. Моя искра. Она будет тлеть в нём, ждать своего часа. Потом он посмотрел на дочь. На её тёмные, почти вишнёвые волосы и золотые глаза. — А Соня… — его голос дрогнул. — В ней моя кровь. Моя суть. Но её душа… она светится, как твоя. Это твой свет в моей тьме. Он наклонился и поцеловал влажный лоб дочери, затем сына, а потом — в губы Дарине. — Они идеальны, — выдохнул он. — Они — это мы. Наше слияние. Так и началась жизнь их невозможной семьи. Ваня, мальчик-ангел с демонической искрой в сердце. И Соня, девочка-демон с ангельским светом в душе. Двое детей, рождённых на Земле, не принадлежащих ни Раю, ни Аду, но несущих в себе частичку обоих миров. И двое родителей, бывших когда-то заклятыми врагами, а теперь связанных самой прочной из всех возможных связей — любовью к своим детям, своим маленьким, хрупким и невероятно сильным «небесно-адским» близнецам.