Часть 6. Три дня.

Никогда Мирой не забудет ощущения трясущихся от беспомощности конечностей, когда в горле стал ком, грозящийся то вырваться в плач, то наоборот стошнить. Он не мог нормально стоять, только сидеть на кровати, неудобно согнувшись над мертвецки-бледным лицом товарища. Нино не просыпался. Только слабое, прерывистое дыхание было, заставляло сердце Мироя замирать, ожидая следующего глотка воздуха. За стеной он слышал крики, ругань, безжизненный голос первой печати. Он провёл рукой по лицу, по которому стекал пот, словно снимая кожу и грязь того чувства, что подавить невозможно. Глубокий вздох и Мирой наконец резко встал, вылетя в главную комнату. Помимо своих демонов и капитана, там были и солдаты. Они сидели за столом. Мирой не замечал их, хотя, наверное пару месяцев назад, он бы испугался просто стоять в такой полной комнате. — Пироксил..Пероксид! Пероксид Любе-Люмена! — Все взгляды тут же приковались к нему. Мирой опирался на дверной косяк, держась за него как утопающий. — Мне нужен! Есть..есть он?! — Глаза Мироя нервно прошли по комнате, по лицам, по глазам, ища то ли помощи, то ли ответов. Бэнни затрепыхался первый, он хотел бы сбегать на склад, когда резко встал как вкопанный. Остальные демоны, не исключая Мироя, как по команде проследовали за его взглядом. На второй стол, за которым сидели солдаты. В коротких, тёмных стаканах на дне была разлита прозрачная жидкость, рядом куски чёрствого хлеба. Осознание пришло мгновенно. Они выпили его. Пероксид Люмена. Вместо алкоголя. Вот почему на базе стоял тонкий запах перегара. Вот почему голос капитана казался Мирою пьяным. Ноги подкосились. Пальцы сжали косяк, проскользив вниз, оставив след ногтей. Последнее, что Мирой видел перед отключкой, это пол. Грязный от его ботинок. — У тебя есть завещание? — Голос, обычно раздражающе громкий, был тише, интимнее, словно делился чем-то сокровенным. — Нет. Зачем? Мне нечего завещать. — Апатично отрезал Мирой. Пейзаж, состоящий из людей впереди, казался ему интереснее болтовни с Чарли. Но в этом есть своя эстетика. Говорить ни о чем. — Как же нечего? У тебя дома столько вещей... Цветы например. Ну и мои подарки. Куда их денешь? — Медик прищурил глаза слегка, а после откинулся назад, на перила у стоянки автомобилей. — Ну пусть выбросят. — Чарли отвернулся, вздыхая. — А я бы хотел, чтобы на моих похоронах играла музыка. Был светлый гроб. Не хочу, чтобы было грустно, а чтобы было, что вспомнить. Понимаешь? В глаза ударила дикая боль, едва медик попытался их открыть. Тусклый свет лазарета казался слепящим. Тело было тяжеленным, словно вместо одеяло на нем лежали булыжники, но он больше не трясся, нет, просто абсолютно обессилен. Мирой слабо повернул голову в сторону, сердце пропустило один удар. На соседней койке лежал Нино. В той же позе, что его оставил Мирой. Превозмогая слабость, он сбросил тонкое одеяло и поднялся с кровати. Кровать соседа скрипнула под его весом, медик плавно опустил руку на правую часть лица Нино и надавил, пытаясь активировать свою способность. Голова тут же закружилась и ему пришлось прекратить бестолковые попытки. Сколько времени он был без отключки? Пол под ногами был холодным, как оказалось, ботинки были заботливо сняты с его ног и лежали у кровати, как и верхняя часть униформы. Пальцы нащупали пульс Нино. Слабый, но стабильный. Он выглядел неестественно умиротворённо и спокойно без этой хмурости и строгости в глазах. Мирой никогда не замечал этого прежде. Дверь лазарета внезапно распахнулась. Вошёл Аки, в руках у него была алюминиевая тарелка с ложкой. Он молча положил это Мирою на колени, содержимое тарелки напоминало слизь, как будто кто-то переварил рис и затем решил перемолоть его. Или самоудолетворился туда. — Бэнджамин подрался с капитаном. Благо, Тайо сумел его оттащить. Они в казарме сейчас. Мэлди начал есть и говорить. Состояние Сэллор не изменилось. Как ты? — Он не спросил, как Нино. Именно как Мирой. Медику казалось, что это неправильно, он живой, целый, сидит перед ним и смотрит на еду. — Я устал. — Тихо, хрипло сказал Мирой. Он не узнавал собственный голос. — Вижу. Поешь, от переутомления и стресса ты упал в обморок. В отключке был где-то около трёх часов. Это много. — Мирой медленно поднёс ложку ко рту и проглотил белую массу. А потом еще. И еще. Жадно и быстро тарелка опустила. Он не ощущал вкуса, но чувствовал голод, самое живое и ясное из всех его чувств. Единственное, что медик мог утолить. — Мх..воды. — С набитым ртом от пробурчал. Аки достал из кармана фляжку и протянул ему. Мирой хлебал, давясь. — К технике монстров теперь точно не пробраться. Остаётся убийство генерала. Во время их нападения. Я возьму это на себя, убью генерала. Они скорее всего ускорят сроки нападения. У нас где-то меньше недели на подготовку. — Мирой слушал, это стало так привычно. План выполнен, слушать план снова, страдать, план выполнен и так по кругу. — Мирой. О твоей способности. — Медик поднял глаза, не ожидая вопроса. — Мм? — Робот смотрел на его руки. — Биокинез.Ты можешь ускорять заживление ран. Я размышлял об этом, и пришёл к вопросу, а можешь ли ты ускорять себя, отдельную конечность к примеру? Как ты понял свою способность? — Мирой замолчал ненадолго. Вопрос и вправду поставил его в тупик. Ответ был прост, ему когда-то сказали, вот он и послушал. — Как обычно...На медосмотре. Сказали что-то..и что это может помочь в заживлении. И всё. — Неожиданно рука в чёрной перчатке коснулась его предплечья и провела вниз, заставив вздрогнуть, Аки словно проверял, оценивал что-то. Он убрал руку и кивнул. — Поразмышляй о моих словах. Возможно твои способности не кончаются на лечении. — Мирой так и остался сидеть, а первая печать вынул свою фляжку из его рук и ушел. Первый день Мирой почти не отходил от кровати Нино. Он все смотрел, ждал малейшего движения, звуков, хрипов, но было лишь это дыхание. Оно не сменялось ни чем. И Мирой боялся. Боялся за почти незнакомого ему демона. Да, они были одноклассниками, а после товарищами, но не более. Медик даже о себе редко переживал, что говорить о других. Но сейчас это тело, напоминавшее труп, было ему дороже любого. На второй день Мироя за шиворот выволокли из лазарета, заставив заниматься подготовкой к плану. Мысли, мутные и навязчивые, так и возвращались к бледному парню на койке. Но, краткие разговоры с Тайо и Бэном, немного вывели его из ступора. Он мог говорить, есть, дышать, и для него это знание было словно удивительной новостью. Третий предполагал быть таким же как и прошлый — рыть окопы, таскать припасы, учиться пользоваться техникой, выслушивать упреки от капитана и солдатов (благо после взбучки от Бэна капитан стал менее приставуч), бегать от полуразрушеннего небольшого города, куда планировалась атака, а оттуда обратно до базы. Город к слову был не полностью пустым. Там все ещё оставались редкие семьи и пенсия, которые не смогли уехать с началом войны. Вероятно, они не ожидали, что монстры дойдут и до сюда. Мирой вообще не ожидал, что когда-нибудь окажется здесь. Грязь была по пояс, униформа откинута на доски, в сторонку вместе с сумками. Мирой методично принимал мешки с различным мусором и укладывал их, стоя в небольших окопах. Они были не сколько для них, сколько для мирных жителей и задержки монстров. Мешки становились меньше и подавались все медленней и медленней, это вывело Мироя из транса. Он повернулся назад. И застыл. Мешок был в маленьких, дрожащих ручках девчушки, с грязным, худым лицом и совершенно взрослым лицом. Мирой взял у неё мешок. — Никого больше нет? — Девочка покачала головой, голосок её был тонкий. — Нет, все заняты. А демон с розовыми волосами сказал, что солдаты не хотят нам помогать. — "Бэн" Вздохнул Мирой. Даже в обычной подготовки эти существа отказали им, просто смирились с гибелью. Демон и сам не знал, откуда в нем есть силы продолжать борьбу. — Иди домой. Я сам закончу. Уже поздно. — Спорить она не стала, хотя по хмурости видно, что и решением не была довольна. Мирой засмотрелся на её силуэт. Нужно и вправду поторопиться, вечереет. База встретила привычной негостеприимной серостью. Мирой, закончив с чисткой своей одежды, небрежно отложил её на свою кровать. В казарме душно, а в лазарете его ждал успокаивающий больничный запах и Нино, со своим не меняющимся лицом. Заодно проверить Сэллор. Едва покинув комнату бездвижной девушку, Мирой застыл на полпути ко второму помещению лазарета. Нино стоял в дверях, тяжко оперевшись на косяк и держась одной рукой за голову. "Галлюцинации. Все. Дошел до конечной ты." — Раздался собственный насмешливый голос в голове медика. Но галлюцинация не уходила, а продолжала упрямо быть. Нино поднял голову, его, теперь единственный глаз устремился на Мироя. Взгляд был тяжёл. Сухие губы приоткрылись, издав хриплые, тихие слова. — Мы не выбрались? И Мирой тут же спохватился, в шаг преодолев расстояние, разделявшее их. Он под руку заволок демона обратно в лазарет, усаживая на кровать. — Ты очнулся... Ты..Как ты? Голова, глаз, чувствуешь? Видишь что-то? Подсчитай до десяти. — Нино едва не упал. Голова его откинулась на стену, он застонал и медленно просчитал до десяти. — Голова болит. И я не могу открыть свой правый глаз. — Мирой глубоко вздохнул, сев перед Нино, оказалось, что сказать такие простые слова как "В тебя попала пуля от яда, возможно твой глаз никогда не восстановится, возможно ты станешь овощем, а может умрёшь." — У тебя нет..глаза сейчас. — Нино распахнул свой единственный глаз и рукой резко коснулся повязки на правой части лица. Ничего нет. Мирой не дал ему ничего сказать, просто резко убежал за своей сумкой. Вернулся скоро, чуть не споткнувшись о порог, словно Нино за это время убежал бы куда-нибудь. Он вытащил из чемоданчика консерву бобов, которую медик тщательно хранил, а в итоге позабыл. Нино поднял бровь. — Откуда...? — Мирой открыл консерву, вложил её в руки парня и схватил вилку с неубранной тарелочки, вставив её в слабые руки Нино. Он говорил быстро. — Припас, тоесть, украл, но припас. — Ответом ему стал слабый кивом, Нино лишних вопросов задавать не стал, поднёс вилку с бобами к губам и медленно вкусил. Прокашлялся. — Ну, мне бы воды. — Мирой на все это смотрел как заворожённый, он на скорую руку подал фляжку с водой ему, продолжая наблюдать за вялыми движениями. Он был жив. Нино был жив, и он ел, говорил, двигался. Весь этот день Мирой решил отдать раненому. Нино мог передвигаться, но с трудом, голова кружилась и болела, как он говорил, в остальном демон был здоров. У солдатов медик выкрал маленькую доску шахмат, как выяснилось в разговоре, Нино имел разряд в этом спорте. Мирой болтал с ним обо всем, обливая потоком не скончаемых вопрос парня, лишь бы тот не затихал, а демон отвечал, слегка сконфуженный таким неественным поведением медика. — Это был детский мат. — Без прежней серьёзности произнёс Нино, завершая победой уже пятую игру. Будучи больным этот демон в два счета стирал любые попытки Мироя хотя бы немного поиграть. — Смотрю, ты не знаешь никаких дебютов. — Он слегка задрал голову, откинувшись спиной на смастеренное из подушек и одеял кресло. Мирой, сидевший на полу и смотревший на доску, почесал грязные волосы на затылке. — Нино. Я как фигуры ходят не все знаю. — Кажется, возможно, но Мирою послышалось, как Нино издал сдавленный звук, отдаленно похожий на смех. — Хватит с меня. — Мирой поднялся, демонстративно отряхивая пыль. Нино скрестил руки. — Куда? — Мирой уде попбрел к выходу. — Искать тебе достойного соперника. И заодно сказать, что ты ожил. В коридорах было пусто, почти. Мирой услышал знакомые шаги и сразу свернул по из направлению. Это был первая печать. Медик сразу перегородил ему путь. — Вы умеете играть в шахматы? — Вопрос, судя по всему, вызвал легкое любопыство в роботе. Тот почти сразу сказал. — Нино очнулся? — "Ого." Мирой сложил руки за спиной. — Ну да. А как вы поняли? — Аки склонил голову набок. — Дедукция. Хочешь, чтобы я сыграл с ним? — Медик отвел взгляд, робот был слишком проницательным. Всегда. Лез в душу не трогая. — Если можете, да, наверное. — Говорить лишне первая печать не стал, и молча пошел в лазарет. Мирой глядел в его сторону. Чтож, пока он может...Отдохнуть. Это звучало так странно. Что для него сейчас было отдыхом? Спать в удушающем помещении казармы? Но организм решил сам, взяв свое и уже через десять минут Мирой в этой самой удушающей комнате дремал, не обращая внимание на вонь и жару. Очнулся Мирой самостоятельно. По его меркам, которые он научился устанавливать в течение этого времени прошло около трех часов. Вряд ли больше. Первым делом он направился в лазарет, проверить Нино. По пути он увидел Аки, что уже покинул лазарет и ушел в противоположную сторону. Медик юркнул в кабинет, хлопнув дверью. Нино все также сидел, изучая шахматную доску перед ним. — Как сыграли? Много...партий? — Он уселся перед безглазым демоном, смотря на шахматные фигуры, большинство которых были уже за доской. — Одна. Я проиграл, но хорошо, значит, мыслю, яд не попал в мозг, да? — Задумчиво произнес Нино. Мирой вскинул брови. — Вы..пару часов одну игру играли? — Нино утвердительно кивнул и наконец перевел взгляд с доски на медика. — Знаешь, это еще немного. В любом случае. Он говорил о плане. Сказал, когда ты вернешься и тебе рассказать. — Мирой устроился поудобнее, слегка сжимая серую простынь шершавыми пальцами. Нино продолжил. — Я буду заниматься техникой, издалека, на боеголовках. Бэн должен будет отвлечь одну массу монстров за собой и завести их в специальное место в городе. Ты и Тайо будете помогать ему. Мэлди с помощью своей способности должен не дать монстрам слишком приблизится и попробовать отгородить генерала от других монстров. Тогда Аки должен суметь пробежать к нему. Рискованно, да? — Да. Но нам ведь ничего не остаётся.