Глава 1

Сбор душ в поздний час – самое нелюбимое занятие, самая гадкая из всех издержек профессии жнеца. В ту ночь я ,как обычно, шёл за душой. Дрянной фонарь, кажется, испортился. Ну и угораздило же меня оказаться посреди столь тёмной ночи! Я почти сбился с пути, как мне показалось вначале. Благо, опасения мои не оправдались и я пришёл в нужное мне место. Это очень важно для жнеца – быть в нужное время в нужном месте. Передо мной предстала средних размеров комната. Всё расставлено просто и незамысловато, а самое главное неуютно. Эта комната скорее сгодилась бы для временного размещения путника, наткнувшегося на ночлег и решившего остановится здесь, чтобы переждать период тёмного времени суток. Во всём чувствовалась какая-то холодность и отторжение… Огромные шкафы, освещаемые светом лун, доходили до потолка, из-за чего выглядели немного пугающе. Своим видом они напоминали статных, широкоплечих стражей, трепетно охраняющих сон своего хозяина и выгоняющих из его покоев тех, кого могли счесть за чужаков. Рядом со шкафом – комод с резными ножками и широким зеркалом, в котором отражалась почти половину комнаты. Сейчас же самым ярким объектом, который можно было увидеть в отражении зеркала, была луна. Как она прекрасна! Ровный, прикрытый лёгким туманцем облаков диск, чьё свечение разносится на многие, многие расстояния. Дорожка лунного света пробежала по комнате. Одна из дверец шкафа приоткрыта. За ней находится целый мир, скрытый от посторонних глаз. Пёстрые плакаты на внутренних стенках шкафа, фигурки, комиксы, виниловые пластинки и много всего другого... На крючке висело штук десять, если не больше, кулонов. Неподалёку от них теснились фигурки и статуэтки. Их было много, каждая из них необычна и нельзя выделить самую яркую и заметную. За фигурками, на самой дальней стенке, висело много маленьких плакатов, посвящённых рок группам. Сбоку от фигурок — комиксы и манга. На противоположной от комиксов стенке — виниловые пластинки и кассеты для поляроидного фотоаппарата. Но где же сами проигрыватель и фотоаппарат? Еле слышный скрип, приоткрылась ещё одна дверца. Стенки внутри увешаны снимками, а в самом центре лежит проигрыватель, сверху которого красуется фотоаппарат. Сбоку от них — старое радио. И всё-таки есть в старых вещах что-то атмосферное. В каждом из них присутствует своя, нестираемая временем история. Фотографии смазаны, но невероятно уютны. Снимок осенней рощи в период листопада, летнего леса, поля, фрагменты помещений... Всё превратилось в пёстрый хоровод из красочных событий. Жаль, что такому интересному человеку пора оставить эти вещи здесь. Почему он прячет такую красоту в шкафу, а не расставляет по полкам и другим видным местам? Ответ на этот вопрос никто из земных не знает. Подхожу к кровати, поворачиваю голову спящего. Потец. Оборачиваюсь. Рядом со мной душа — ещё не понимает произошедшего, наверное думает, что это сон. Пусть думает, легче будет уносить её с собой. - Пойдём! - говорю я и маню душу за собой. Судя по покорной реакции она и правда думает, что всё происходящее не более чем сон. Мы дошли до входа совершенно спокойно, так же спокойно оформили документы, но как только вышли из центра по учёту душ, вновь прибывший заподозрил неладное. Его действия стали резки, он попятился назад. Похоже, начал осознавать реальность происходящего. То глаза закроет и стоит так секунд по 10, то сильно-сильно их зажмурит. Пытается проснуться, но не получается. Между нами состоялся диалог, где я вкратце объяснил происходящее. Конечно, ему сейчас надо принять всё это, пережить, и, если будет в том потребность, хорошенько проплакаться. Я проводил его на автобус и пошёл по своим делам. Он смотрел мне вслед, почти не отводя взгляд. По его щекам текли слёзы. Он как будто не хотел отпускать меня, так как я — проводник между его миром и моим миром. Людям всегда трудно принимать перемены, а в особенности, когда эти перемены случаются не по твоей воле. Добро пожаловать в мой мир! Добро пожаловать на тот свет, Генри!