Письмо #7

      Дорогой Хиро,       Спасибо за книгу. Вчера зачиталась и уснула прямо в ванной :)       К слову, не могу не поделиться открытием, которое произошло на днях. Я пришла на работу и остановилась возле входа, потому что не могла поверить глазам. Астарион сидел за прилавком и читал.       Представь себе: я проторчала у двери ну наверное с полчаса, не меньше. Как маньяк. Ничего не подозревающий Астарион сидел расслабленно, иногда гладил подбородок рукой и переворачивал страницу за страницей. Я же с жадностью следила за ним. Боялась, что, если всё-таки войду, он побежит выбрасывать книгу в мусорный бак или утопит в туалетном бачке.       Улики были налицо. Например, я сосчитала время между перелистываниями – читал быстро. Первая зацепка. Этот умник решительно скрывает, что когда-то в прошлом или даже сейчас читает немало. Второе – его выражение лица. Чтение захватывало, ведь меня он так и не заметил. Обычно Астарион никогда не позволял застать себя врасплох, серьезным или задумчивым. Мое же собственное лицо в нетерпении плющилось о стекло витрины в отчаянной попытке разглядеть, что же там за книга. Какое там название или автор, хотя бы обложка или издание. Безуспешно. Тем не менее, она была довольно толстой, что само по себе всё доказывает.       Четвертую улику подарил мой маленький эксперимент.       Рано или поздно пришлось бы открыть эту злосчастную дверь, поэтому я тактически выждала покупателя, который отвлек Астариона, и через пару минут вошла с громким приветствием. Астарион помахал мне рукой. Дойдя до прилавка, беглым взглядом я удостоверилась, что книги и след простыл. Так и знала.       Повесив сумку, привычно закатала рукава и пригладила пучок, прошлась между стеллажами, как будто проверяя ассортимент по залу, все ли лежало на местах. Потом намеренно прошлась в дальний угол к упаковкам райско-фантастических печений, которые ела только пару раз в жизни. Такие, невкусные. Я схватила пачку, пробила на кассе и сунула в рот печеньку. Так уж, для вида.       Свободной рукой нашарила на дне коробки гладкий вкладыш размером с ладошку ребенка. “Сказочные миры, далекие планеты, тайны космоса, подводные джунгли и многое другое вместе с неповторимым вкусом нашего печенья для настоящих путешественников” или как оно там говорится. Эти волшебные вкладыши - метафорические карточки, где обычно нарисованы будто картинки из снов: странные и нелогичные, но почему-то волнующие.       Я протянула Астариону карточку и невинно поинтересовалась, что он видит.       “Безумную фантасмагорию. Перекличку мира идей и вещей” – не задумываясь, ответил он.              Всё ясно. Астарион прервал чтение, но отпечаток остался в мыслях и чувствах. Бывает же, что просыпаешься поутру и голова под властью ночных сновидений. Разговоры с пробужденным или отходящим ко сну бывают вот такими: заторможенными, чувственными, иррациональными. Как с людьми под гипнозом (я видела в каком-то фильме).       Не читай он увлеченно только что, находись он мыслями исключительно в реальности, ответил бы вроде “ха-ха, это просто отчаянный художник накидался, уже не зная чем поразить” или “смотри-ка, что там у космической лягушки между ног”. Я уверена.       Можно признаться? Мне немного стыдно. Я обо всех своих предыдущих письмах, где я так много признавалась в симпатии к Астариону. Сейчас я чувствую, что это было не что иное, как страсть, гормоны, возбуждение о собственных домыслов и малоприкрытое желание стать объектом его интереса хотя бы на бумаге.       После того, как я увидела как он читает, мне вдруг открылось его обыкновение. Странно, правда? Мне было тепло разочароваться в нём. Смотреть на него, когда он спокоен, наедине с собой. Вокруг ряды жевачек, конфет, лимонадов, глуповато цветастых как на карнавале. Белые потолки, гудящие светодиодные лампы, серые с металлическим стены. Витрина мелкого забитого ерундой круглосуточного магазинчика у дороги. И он. Читающий Астарион в ночи, пока люди в нашем городе спят, смотрят телек, танцуют в клубах, воруют автомобили, курят после секса или дежурят в больнице возле постели.       Он мне снится.       Там, где вы, видно звезды?

      С любовью,

Роза