Урок №3. Склонение к предложениям

      Третье занятие получалось куда более продуктивным, чем два предыдущих вместе взятых. Ша'арнез схватывал быстро, повторять по два раза ничего не приходилось, и оттого надежда Тисс, что они уложатся в сжатый срок, значительно окрепла.       – Да поднимите вы, наконец, – когда чужой телефон завибрировал на столе в очередной раз, она не выдержала. – Может, это важно?       – У него все важно, – буркнул Ша'арнез и, поколебавшись, все-таки поднес смартфон к уху. – Я занят, так что у тебя лимит десять слов.       – Ничего страшного, говорите…       – Нет, – Ша'арнез посмотрел на нее с неожиданной укоризной, и Тисс не сразу поняла, что это «нет» предназначалось не ей. – Да, да, я с девушкой.       Борясь со смехом, Тисс прикрыла рот ладонью. Она собеседника Ша'арнеза не слышала, а вот он ее, похоже, услышал и сделал верный вывод с неверным подтекстом…       «И кто там такой ушастый, интересно?»       Ответ нашелся тут же, как только продолжился разговор.       – Тай, у тебя осталось четыре слова, а я до сих пор не понял, зачем ты звонишь. Давай короче… Сразу нет… Я и так догадываюсь.       Ша'арнез умолк, внимая какой-то длинной фразе по другую сторону сигнала и бездумно перелистывая страницу учебника туда-сюда, а потому не замечал откровенно офигевшего лица Тисс. Хотя стоило ли удивляться на самом деле? Наверное, для того, кто называл Тая эя Эйни просто Таем, и поболтать с ним по телефону в подобной манере не было чем-то необычным…       – И размером с сараюшку моей бабушки, – Ша'арнез поморщился, как от зубной боли, – а может, даже меньше… Важен… Из принципа, Тай, из принципа. Люблю большие, ну что ты со мной поделаешь. А вообще ты не забыл, что я все еще, как бы сказать, слегка ограничен в перемещениях?       Взгляд Ша'арнеза скользнул по письменному столу, а затем по Тисс, и она постаралась сделать вид, что не вслушивалась в его разговор, хотя, конечно, вслушивалась.       – Во-первых, не хорони меня раньше времени. Во-вторых, хрена с два, не дождешься. Я скорее к бабке работать пойду, у нее хоть дресс-кода нет… Тай, нет. Нет… Боги, задолбал.       Последнее Ша'арнез сказал, уже нажав «отбой», и помассировал висок. Обратился к Тисс с виноватым выражением лица:       – Простите, его, когда нести начинает, заткнуть невозможно, проще удавить.       – Да ничего страшного, – Тисс провернула в пальцах ручку. – Вы работаете на господина Тая?       – В некотором роде.       – И при этом так с ним разговариваете.       Она прикусила язык, стоило словам сорваться, но Ша'арнез на замечание ничуть не рассердился. Хмыкнул:       – Ну что вы, обычно я говорю с ним иначе, конечно. Просто хорошее воспитание не позволяет мне материться в присутствии женщины… Хотя моя бабка бы с этим поспорила.       Глядя в прищуренные задорные глаза, Тисс не сразу поняла, что Ша'арнез говорил вполне серьезно. Уточнила:       – Поспорила бы с тем, что не стоит ругаться при женщине?       – Что у меня хорошее воспитание.       На сей раз Тисс не сдержала смешок. Свое воспитание она, впрочем, тоже считала достойным, а потому спрашивать, кем именно работал Ша'арнез и что ему так настойчиво предлагал Тай эя Эйни, не стала. Узнать первое было ее собственным вызовом – они ведь договорились, что он расскажет, когда сдаст тест! А второе Тисс посчитала все же слишком личным, даже если это касалось работы.       К слову, о работе…       – Ша'арнез, чуть было не забыла вас предупредить. Сегодня я уезжаю, и следующие два дня меня не будет в городе. Поэтому наши занятия придется немного отложить.       – Вот как? Жаль.       Он сказал это просто, и можно было бы подумать, что жалеет о потерянном времени…       «Конечно, о нем, у него до пересдачи меньше трех недель!» – фыркнул внутренний голос.       …но Тисс отчего-то смутилась. Наверное, потому что ей тоже было…       «Жаль. Очень жаль», – второй внутренний голос вздохнул в унисон с едва слышным вздохом Ша'арнеза, и это сделало вдруг внешний и внутренний диалоги удивительно параллельными.       Тисс прокашлялась.       – Да, – к чему было это «да», она и сама не поняла, добавила поспешно: – У вас есть мой номер, если в мое отсутствие будете заниматься самостоятельно и возникнут вопросы, можете написать…       Ша'арнез молча кивнул и уткнулся взглядом в учебник.

*

      – Итак, у тебя будет «плюс один»?       Голос подруги в трубке звучал почти категорично, словно не вопрос, а утверждение, и Тисс даже не попыталась скрыть раздражение в ответ:       – Нет, Веллора, у меня не будет «плюс один».       – А если подумать? Или поискать?       От глупости услышанного она поперхнулась воздухом.       – Поискать где? Я в аэропорту.       – Вот именно, – Веллора шикнула на кого-то «за кадром», распорядилась сдвинуть цветочную композицию и вернулась вниманием к Тисс: – Подойди к вип-зоне, там толпа мужиков в деловых костюмах, есть из кого выбрать. Может, даже сам Тай эя Эйни подвернется? Это же их аэропорт.       – Во-первых, на кой он мне сдался? Во-вторых, формально нет, они были просто одним из основных инвесторов…       – Ага, и там же базируется их авиакомпания, тоже «одна из основных». Уверена, ты сегодня летишь их рейсом.       Тисс пожала плечами. Соглашаться с Веллорой вслух было лишним: авиакомпания, созданная еще дедом Тая, уже давно являлась практически монополистом воздушных перевозок, и на обратной стороне ее билета действительно красовался вытянутый силуэт дракона, пронзающего облака…       Напоминание о близком вылете скрутило внутренности в узел. Тисс выдохнула и, глядя на сумерки за огромным панорамным стеклом, посетовала:       – Лучше бы ты мне о таблетках так часто напоминала, как о мужиках…       – Оу, – Веллора посерьезнела. – Ты забыла взять?       – Ага…       Тисс удрученно посмотрела на вывернутую наизнанку сумку и ее содержимое, сваленное кучей на соседнем сидении. Увы, как и пять, и десять минут назад снотворного среди этой кучи не виднелось. Бегать по аптекам аэропорта было бесполезно: Тисс по опыту знала, что нужного лекарства тут найти не получится, слишком редкая штука – она и по знакомству-то покупала под заказ. А закинуться другим препаратом значило почти точно схватить жутчайшую аллергию и вместо гулянки на свадьбе лучшей подруги проваляться два дня в отеле, умирая от тошноты…       «И как я только умудрилась, пустоголовая?..»       – Тисс, все будет хорошо. Всего два часа страха, и я поймаю тебе на земле.       За смехом Веллоры крылись искренняя забота и понимание – она тоже плохо переносила полеты. Поэтому огрызаться Тисс не стала, хотя от мелодичного перезвона, оповестившего о начале посадки, у нее свело зубы.       – Ладно, Веллора, мне пора. Увидимся через пару часов.       – Увидимся. И насчет мужика ты все-таки подумай, у тебя еще есть время!       Тисс закатила глаза. Вот же неисправимая…       – Обязательно. Я как раз лечу бизнес-классом, так и быть, прихвачу кого-нибудь по пути.       Веллора фыркнула ее иронично-пессимистичному тону и наконец отключилась.       От понимания, что она не заснет в ближайшие двадцать минут и станет свидетельницей всего перелета, салон самолета сразу показался узким, темным и душным, а как обычно выбранное место у окна – персональным пыточным стулом, даром что мягким и комфортабельным. Недолго думая, Тисс плюхнулась вместо своего 2А на соседнее 2В у прохода и сжала в похолодевших руках билет. Когда она бронировала, тут было еще свободно, да и пассажиров в целом, судя по всему, собралось меньше полной загрузки, так что, если сюда никто не придет, стюардесса наверняка даже не заметит, что Тисс самовольно сместилась на одно место…       Здравый смысл подсказывал, что оттого, что она сдвинется на метр, на самом деле ничего не изменится. Однако бодрствующей сидеть подальше от иллюминатора и обшивки все же казалось морально легче.       Свет в салоне мигнул, и, вторя ему, холодный комок подпрыгнул из желудка Тисс к горлу, заставляя вцепиться в ремешок лежавшей на коленях сумки.       «Боги, только бы не…»       – Тисс?       От прозвучавшего прямо над ухом голоса она резко вскинула голову, отчего затылок больно встретился с подголовником, и не законченная из-за чужого вмешательства мысль трансформировалась в новую – что либо от этого удара, либо от собственной аэрофобии Тисс сошла с ума.       – Ша'арнез?..       Ша'арнез, нависая над ней широкими плечами, усмехнулся.       – Я. Неожиданная встреча. Позволите?       Он кивком указал на сидение у окна, и Тисс почувствовала, как заалели щеки. Вот зараза, значит, захваченное ею место было все-таки занято, да притом и еще не кем-то посторонним…       «Хотя стоп. Он ведь просит дать пройти, а не вернуть…»       Эгоистичность поборолась с честностью несколько секунд и бессовестно ей проиграла. Тисс виновато улыбнулась:       – Да уж, неожиданная… Я, похоже, заняла ваше место…       – Ничего, – мягко отозвался Ша'арнез. – Мне все равно, где лететь. Если вам удобнее, я сяду там.       Ничего не ответив, Тисс поджала ноги, позволяя ему пройти, и, когда Ша'арнез разместился, пробормотала:       – Спасибо, я… мне и правда удобнее здесь.       – Я так и подумал. Работа или отдых?       – Что?       Она повернула голову, наконец выпуская сумку из уже побелевших пальцев. Ша'арнез застегнул ремень безопасности – кто вообще застегивает его, когда еще даже не все пассажиры зашли в самолет?! – поднял руку, как будто пытался ухватить что-то у себя над плечом, и с улыбкой уточнил:       – Вы летите по работе или по личным делам?       Тисс невольно ответила на его улыбку своей:       – По личным, к подруге – она завтра выходит замуж. А вы?       – Работа.       – Вы все-таки приняли предложение господина Тая?       Это был выпад наугад, не больше, основанный на услышанных обрывках сегодняшнего разговора. Ша'арнез поморщился.       – Нет. И именно поэтому я здесь: по части мелочной мести «господин Тай» тот еще выдумщик.       Он был явно не в восторге, и спрашивать дальше Тисс не решилась… Почти.       – Вы врач?       Она была уверена, что Ша'арнез либо удивится вопросу, либо даже окажется недоволен – ее интерес противоречил их прежней договоренности… Однако он только чуть прищурился:       – Не угадали. Почему вы так подумали?       – Вы носите часы циферблатом на внутреннюю сторону запястья. Так часто делают врачи.       – Еще военные.       – Вы не похожи на военного.       Ша'арнез не ответил, перевел взгляд вперед по салону, и Тисс поняла, что он смотрел на стюардессу, начавшую проводить инструктаж. Разговор заглох, не осталось ничего, кроме как тоже наблюдать за живой инструкцией по использованию спасательного жилета и кислородных масок и пытаться заткнуть внутренний голос, томно заметивший: «А форма бы ему пошла. С таким-то ростом и выправкой…»       – Я и не военный. Это был просто пример.       К ее удивлению, когда инструктаж закончился, Ша'арнез вернулся к беседе. Тисс не удержалась, кивнула в сторону уже скрывшейся за шторкой стюардессы:       – Вы что, прервались специально, чтобы послушать?       – Да. Что вас так изумляет?       – Вы не похожи на того, кто летит в первый раз и никогда прежде этого не слышал.       Ша'арнез пожал плечами:       – Бортпроводники обеспечивают вашу безопасность в полете, и не болтать во время того, как они выполняют свою работу, – это по меньшей мере так же вежливо, как не разговаривать в классе, когда учитель объясняет материал.       Тисс поджала губы. В любой другой ситуации она бы возразила или хотя бы съязвила… Но совершенно серьезный и строгий тон почему-то напрочь отбил охоту иронизировать.       К ее счастью и одновременно к сожалению, над головой дзынькнуло, и зажглось табло «Пристегните ремни». Тисс обреченно вытащила железную пряжку из-под бедра, взяла вторую часть и соединила – резко и, как стало тут же ясно, криво, отчего вместо положенного щелчка раздался неприятный металлический лязг. «Язычок» застрял, не занимая нужного положения и не давая вытащить. Тисс тихо выругалась, дернула ремень еще раз…       – Справитесь, или вам помочь?       Оборачиваться к Ша'арнезу было откровенно стыдно, но она себя пересилила. Вопреки подозрению, на его лице не нашлось ни намека на насмешку, скорее сочувствие.       «С чего бы?»       Нервная дрожь, прошедшая во время их разговора, вернулась, пальцы опять похолодели, мешая управиться с такой вроде бы ерундой, и Тисс сдалась:       – Если вам нетрудно…       – Нет. Поднимите, пожалуйста, руки.       Она послушно подняла руки до подбородка, давая место, и Ша'арнез склонился над ее ремнем безопасности. Он очевидно старался сделать все быстро и деликатно, избегая лишнего вторжения в личное пространство, но в подобной тесноте это было непросто. Его ладонь то и дело задевала бедро Тисс, а ее нос практически уткнулся в его висок… Украдкой, сама не вполне осознавая, она сделала глубокий вдох. От белых волос приятно пахло травяным шампунем.       Неверно соединенный ремень наконец разомкнулся, а затем застегнулся уже правильно. Ша'арнез выпрямился, по-прежнему оставаясь на ее половине, и повернул голову, отчего его лицо оказалось от лица Тисс на расстоянии десятка сантиметров.       – Готово.        Его тихий голос едва уловимым дыханием коснулся ее губ, и она различила на темной коже скул оттенок смущения.       – Спасибо.       Будто песок в песочных часах, во вселенной упала одна секунда, за ней другая. Затянувшаяся встреча взглядов из завораживающей становилась отчетливо интимной, но ни Тисс, ни Ша'арнез не двигались, словно ожидая чего-то…       И, только когда стюардесса подошла к ним, чтобы проверить, все ли в порядке, Ша'арнез отстранился. Как показалось, даже излишне резко.       Тисс тихонько выдохнула, пытаясь побороть стеснение и неуместное тепло в груди, и тут же невольно сжалась в кресле: самолет начал свое пока еще плавное и наземное движение, за иллюминатором поплыли назад белые силуэты стоявших рядом механических птиц… Или, вернее, стоило бы сказать «драконов», потому что на бортах большинства красовался тот же узнаваемый рисунок, что и на билете Тисс, выдавая корпоративную принадлежность к империи Эйни.       – Откиньте голову, расслабьте мышцы лица и шеи, закройте глаза и смотрите при этом вверх.       – Что?..       Она перевела отрешенный взор со взлетного поля за стеклом на Ша'арнеза. Он смотрел на нее в упор.       – Вы боитесь летать.       Не вопрос – утверждение. Тисс поджала губы. Отпираться было глупо, хотя его внимательность по-прежнему впечатляла, поэтому она промолчала, только подняла брови, безмолвно повторяя свой вопрос. Ша'арнез пояснил:       – Это один из хороших способов быстро заснуть.       – А я думала, для этого нужно дышать четыре-семь-восемь, – нервно хмыкнула Тисс.       Ша'арнез с улыбкой покачал головой:       – Все, что связано с дыханием, очень индивидуально. И, если у вас нет уже отработанного способа, за полчаса вы вряд ли подберете себе подходящий.       – Полчаса? Мы уже двигаемся, какие?..       – Так вы будете пробовать?       Подумав буквально мгновение, она кивнула: терять уж точно было нечего. Итак, откинуть затылок на подголовник, расслабить лицо и устремить взгляд вверх под плотно сомкнутыми веками… Последнее действие ощущалось нелепо, и, как назло, именно в этот момент самолет слегка тряхнуло. Непроизвольно Тисс опять вцепилась в многострадальную сумку и почти уже бросила к демонам дурацкую «медитацию», как вдруг совершенно внезапно и поразительно быстро ее левый кулак оказался разжат, и кожу обдало жаром чужого прикосновения. Так и не открыв глаза, Тисс почувствовала, как рука Ша'арнеза обхватила ее пальцы. Его ладонь была большой, теплой и чуть мозолистой… сильной и надежной. Заземляющей.       – Дышите, Тисс. Просто дышите.       Время непостижимым образом растянулось до бесконечности, заточив самолет в смоле, – ни движения, только легкая вибрация, и в этой бесконечности Тисс действительно дышала. Смотрела закрытыми глазами вверх, представляя над собой потолок своей спальни, и концентрировалась на том, как ненавязчиво-крепко держал ее руку Ша'арнез…       Когда наконец получивший разрешение на взлет самолет дрогнул и пошел на разбег, заснувшая Тисс этого уже не почувствовала.