Глава 14. Deus ex machina.

Уход Лизы был для Неон потрясением. Всю прошедшую неделю она думала только об этом... и об Ирэн... и обо всём, что как будто только недавно произошло, а на деле прошёл далеко не один день. Однако единственный вопрос не давал ей покоя: что с ней не так? Столько всего случилось, что даже времени на себя не было, но Неон это даже не расстроило. Занявшись делами, ей казалось, что у неё получится избавиться от странных ощущений по всему телу и на душе, но ничего не изменилось. «Все эти «улучшения»... Что это всё такое? Никто даже не конкретизировал, не сказал хотя бы пару слов...» С этим вопросом она отправилась на поиски ответа и поэтому обратилась сразу к одному из самых авторитетных членов Орбита, к которому точно можно было придти за советом... — Ангелин, есть вопрос, — Неон первым делом постучалась в комнату Ангелины. — Секунду... — Ангелина подошла и открыла дверь, — что за вопрос-то такой, что ты мне в дверь стучишься? — Послушай... всё то, что в меня поставили Серёжа с Жабиком... мне это не даёт покоя. — А что ИМЕННО не так? — Да... Словно... Тц, я не знаю, как это описать, но представь, что тебя чего-то лишили, а ты не понимаешь, чего, — старалась подобрать слова Неон, сильно нервничая. — Это как? — Не в своей тарелке на постоянке. — Хах, так зачем я тебе здесь? — Ты лучший из детективов. — Ну... Мне много, кто так говорит. — Потому, что это правда, но. Мне нужна не детективная деятельность от тебя, а кругозорная. — Чего? — Ангелина явно перестала понимать, о чем идёт речь. — Лучше разберись, чего хочешь, и только после этого спрашивай, потому что я совсем запуталась, даже не начав помогать. — Короче. Ты знаешь людей, как либо связанных с аугментацией и робототехникой? — Илон Маск? — В Москве. — Вадим Цидармянов. — Кто? — Владелец крупного стартапа по робототехнике. Сейчас дам адрес. — Он точно меня примет? — А ты к нему лично собралась? — Да. — Пизда. Тебе явно не те импланты поставили. — Иди нахуй. Ангелина лишь развела руками, а Неон вышла из комнаты, всё-таки поблагодарив следователя за информацию. Действительно, человек влиятельный. В рамках государственной программы занялся разработкой новых прототипов андроидов со своим стартапом «IGERTECH». Спустя некоторое время сам Вадим заметил на своём телефоне интересное сообщение от анонимного пользователя: «Здравствуйте. Я хотела бы с вами встретится лично для осмотра. Извините за неудобства.» Доверия столь резкое сообщение не вызывало, однако он решился ответить. «Я могу вам выделить своего техника для осмотра, приезжайте в клинику по указанному адресу.» И вот, одним солнечным утром этот самый техник вышел на работу в свою клинику. Назначен у него был приём одной особы, которая была записана, как «Неон». Ни фамилии, ни возможного реального имени. Он очень сильно удивился, когда на ресепшене возникла девушка в пальто, представившись этим псевдонимом. — Здравствуйте, чем могу помочь? — спросил техник, не проявляя никаких эмоций. — Я пришла на осмотр, поскольку у меня есть вопросы. — Хорошо, что вас беспокоит? — У меня очень... интересная история, — вздохнула Неон, и беспокойство снова начало брать верх. — Я попала в несчастный случай, в котором в силу состояния могла погибнуть, но меня спасли путём «некоторых технических улучшений». После этого я стала чувствовать себя неважно и хотела бы разобраться, что же за улучшения мне поставили. — Судя по описанию, возможно это сердечный имплантат, акселератор мозговой активности или дыхательная вентиляция. Да что угодно. — Что это всё такое? — Это имплантаты для поддержания жизненно важных органов. Их устанавливают в случае повреждения. — Давненько я не проверяла, насколько продвинулось это всё... — озвучила свои мысли Неон, словно не веря, что эти имплантанты стали реальностью. — Я думаю, вы уже знаете эту историю. В 1997-м разработали операционную систему для воспроизведения работы органов живых существ, а после этого случился бум: ускоренное развитие отраслей робототехники, нейросетей и, в частности, аугментации и полноценных андроидов с искусственным интеллектом. — Да. Это я помню. — Тогда предлагаю вам лечь на операционный. Я введу вам анестезию и попробую залезть внутрь вашего чипа. Покажите его локацию, пожалуйста. Неон легла на операционный стол, после чего дала руку с USB портом, куда техник подключил свою систему. Неон уснула. Ей снился сон... Лондон. Солнечный, ясный день. Они с Арес гуляли по улицам, наслаждаясь атмосферой. Неон даже считала, что тогда её напарница была не такой хмурой, какой являлась теперь. В этом городе вовсю кипела жизнь, прекрасная жизнь. Его улицы были переполнены как местными, так и туристами, как вдруг... крики. Режущие слух, пронзающие душу крики. Разрушенные здания. Огонь, поднявший за собой чистейший ужас. Всё в огне. Неон быстро повернула голову в сторону Арес, чьё лицо... отсутствовало. «Бракованная» резко проснулась. Оказалось, что это техник её внезапно включил. Его лицо выражало лишь страх, ужас и... Запутанность. — Мэм... Я... Я не знаю, как это описать... — заговорил мужчина, пытаясь объясниться. — Что случилось?! — Неон воскликнула, а техник молча отодвинулся от экрана, чтобы показать снимки девушке, сделанные в ходе осмотра. — Оплаты я с вас не возьму. Это. Просто. Невозможно. Мог бы я материться, но не стану. — Я... Я... Машина?.. Ка... Как?.. — заикалась «Бракованная». Неон взглянула на экран и с тревогой в душе начала внимательно рассматривать снимки. Соображать было тяжело: ошеломление слишком сильное. Неон целиком затрясло. — Похоже... Что... — техник переключил фото на некий куб, который находился в груди девушки, — Это нечто... Это — ваш разум. На поверхности этого куба, который при этом содержал в себе некую белую субстанцию, похожую на плазму, было написано «хрупкая деталь, работать с осторожностью». Всё у Неон было механическим. Отсутствовало сердце: на его месте стоял куб. Мозг был явно искусственным. Пищеварительная система так же была механической: вместо желудка стоял биореактор, питающий мышечную систему из оптоволоконной ткани и речевой аппарат. В мозгу находился чип для переноса сознания в цифровую сеть, что обеспечивало лучшие способности к навигации и управлению внутри цифровых систем. Туда же была встроена система прицеливания и захвата целей, а в руку была встроена некая установка для запуска электромагнитных снарядов, с которой Неон уже имела дело. — Я... Я... Я умерла... — попыталась девушка выдавить из себя слова. Её язык заплетался, пока картинка постепенно складывалась. — И одновременно нет. Кто бы ни был вашим другом, он явно знает что-то, чего не знает никто... — закончил техник. Неон встала, сохраняя молчание. Неосознанно для себя она сделала очень важный вывод насчёт своего окружения. В словах техника действительно была истина, хоть и причиняющая боль. Ни Серёжа, ни Жабик толком не могли рассказать Неон, что они с ней сделали для поддержания жизни. От них следовало лишь отдача приказов, те или иные поручения, всё, что угодно. «Я уверена, что это не единственный их секрет», — решила Неон. В горле стоял ком, никак не отпускавший её. После этого обследования Неон получила ответ, который так давно ждала, но осталась с сильным, жгучим, неприятным остатком. Боль, разочарование, отчаяние. Тяжело было взять себя в руки. «Бракованной» требовалось очень, очень много времени в одиночестве на переосмысление всего, что произошло за все года, начиная с трагедии в Лондоне. Как бы оно ни было она продолжит идти вперёд. Хоть многое изменилось в один миг, стимул бороться и двигаться дальше ничуть не пошатнулся. Неон судорожно вздохнула и после длительного молчания всё-таки тихо заговорила. — Теперь... Всё встаёт на свои места... Спасибо. Техник лишь молча кивнул. Неон вышла из здания и первым делом попробовала погрузиться внутрь. Внутрь самой себя. Она взглянула на город, а затем переключила своё зрение в тепловой спектр. Теперь она видела жизнь, которая уже никогда, никогда, никогда не станет прежней. Неон перестала являться той, кем себя считала долгое время.