Часть 6

На следующий день я решила не привлекать его внимание. Я нашла на его полке книгу и молча читала. Была гробовая тишина. Теперь он лежал и смотрел в потолок. Молчание. Я вчитывалась в слова, хотя голова была забита совсем другим. Кстати, забыла сказать, Реддл был на полтора года младше меня. Поэтому в детстве я часто напоминала ему об этом, а он обижался. *Тишина* — Не хочешь полежать со мной? — сказал парень. Я перевела взгляд. — Серьезно? Ты хочешь, чтобы я легла с тобой? — Ладно, забудь. В комнате было прохладно, да и спина болела на этом диване. Я встала и подошла к кровати Реддла. — Двигай жопой. Парень усмехнулся, но отодвинулся. Я легла рядом с ним и стала дальше читать книгу. Сейчас мы выглядели настоящими братом и сестрой. Жалко, что в детстве этого не было. Мы в детстве никогда не лежали в одной кровати, никогда не улыбались друг другу, не общались нормально. Только затыкали друг друга и кричали. Не приходили друг к другу на дни рождения, не поздравляли и не дарили подарки. На других праздниках мы даже не пересекались. У него была своя компания, а у меня своя. Мы не подходили друг к другу. Мы разные. Мы противоположности. Я видела боковым зрением, как Реддл внимательно следил за моими пальцами, которые каждый раз переворачивали страничку. Была мертвая тишина. — Ты читала мои письма, которые были в подарках? — Что? — Ну, письма. Я в детстве всегда что-то рисовал, а потом в подарок засовывал. — Ты рисовал что-то для меня? Я повернулась к нему, и между нашими лицами было всего пару сантиметров. — Да. — Я видела рисунки, но думала, что родители пытались что-то красиво нарисовать. Но не думала, что это ты. Том попытался сделать безразличную ухмылку, но это вышло плохо. Было видно, что ему неприятно это слышать. — Я, если честно, думал, что в ответ получу маленькую открытку от тебя. Каждый раз, открывая подарок, я хотел увидеть не какие-то дорогие машинки, а маленькое письмо. Ладно, забудем, что я сказал. Реддл встал с кровати и пошёл в душ. — Том. Он остановился, но не повернулся. — Спасибо большое. Хоть раньше я не знала, что это ты. Но сейчас я это понимаю и…ну, мне очень приятно. Было странно говорить что-то доброе в его адрес, ведь пару дней назад я желала ему смерти. Я не видела его лица, но знала, что он улыбнулся. — Всегда пожалуйста, принцесса. И он ушел в ванну.

***

Ночь. Было темно и страшно. Мы с ним не спали. Я решила задать вопрос, который больше всего меня мучал. — Том, ты спишь? — Нет. *Тишина* — Что-то хотела? — Можно вопрос? *Тишина* — Да. *Тишина* — Почему ты меня ненавидишь? Молчание. — Я тебя не ненавижу. — Ты с детства не хотел со мной общаться. Оскорблял меня при моих подругах. Я вслушивалась в тишину. — Почему при нашем первом знакомстве ты просто проигнорировал меня? Ответь. Прошу, — последнее я добавила после долгой паузы. — В детстве я просто ревновал своего отца. Я потерял маму, но не хотел потерять его. А потом я следил за тобой. Изучал. — И что ты увидел? — Что ты добрая, — сказал он как-то по детски, что внутри все сжалось. Было такое ощущение, что я разговариваю не со своим ровесником, а с маленьким ребёнком. — Почему ты оскорблял меня при подругах? — Хотел получить твое внимание. Я видел, как ты проводила с ними время. Ты смеялась и улыбалась. Со мной ты никогда такой не была. — Я могла быть с тобой такой, но ты сам отказался со мной общаться. — Сначала, я правда, не хотел общаться, потому что был маленьким. Но потом… Потом я решил помириться через рисунки, в которых рисовал тебя. Я ждал, когда ты ко мне подойдёшь. Я ждал увидеть, что ты мне улыбнешься. Но… ты просто обнимала родителей, подруг, а меня проходила стороной. И тогда… — И тогда обида заселилась в твоем сердце, — шепотом продолжила я. — Да. *Тишина* Мне было противно от себя. Почему я не попыталась снова с ним заговорить? Почему не старалась? — Том. — Да? — Можно лечь к тебе? Мне страшно спать одной на диване. Я знала, что он улыбается. — Можно. Я подошла к нему и легла рядом с ним. Он бережно приобнял меня одной рукой, касаясь моего живота, и уткнулся лбом в затылок. Ноги оказались прижаты к моим. По телу пробежали мурашки от его присутствия и внезапной искренности, исходившей от него. Так мы и заснули.