Часть 1

Гуляя по своему саду, Речь Посполитая любовалась яблонями. В прошлом году они не цвели, и многие ей говорили срубить их, но та настояла на том, чтоб их оставили. И она реально рада своему решению. Теперь полячка может попробовать вкус плода. А плоды становись еще слаще, когда приходило осознание того, что они твои. ТЫ из вырастила. Но женщина даже не подозревала, что за ней наблюдают. Вопрос: кто будет наблюдать за обычной страной? Ответ: Священо Римская империя. Пока мужчина наблюдал за крылатой черноволосой кареглазкой в платье, женщина заметила взгляд на себе. Поискав глазами и не найдя никого, женщина продолжала любоваться и к тому же пыталась достать самое близкое красное яблочко. Но произошло что-то странное: она опять почувствовала на себе взгляд. Развернувшись, полячка увидела как на нее смотрит немец. Женщина удивилась, но все равно пустила того к себе в сад. — Guten Tag, Polisch-Litauisches Commonwealth. Wie geht es meiner Sonne? (1) — с улыбкой спросил мужчина с желтыми волосами, черными глазами и желтыми зрачками, а также у него было 5 рук и есть черные крылья. — Добрый, все в порядке.… А… Почему ты решил прийти сюда? И тем более сейчас? — смотрела в глаза немца полячка и ждала ответ. —Ich habe gerade beschlossen, mein Lieblingsland zu besuchen) (2)— ответил черноглазый, приобнимая ее. — Ладно. Тогда пошли внутрь. — предложила полячка, взяв немца за правую руку, повела в дом. Немец очень обрадовался тому, что его солнышко начала сама проявлять взаимность. Зайдя в дом, поляка первым делом позвала служанку, чтоб та принесла как можно скорее 2 чашки кофе. Дальше Священно Римская империя начал разговор на политические проблемы. Полячка была в ужасном положении. Проблемы лезли ото всех сторон. То с русскими дела не очень, то с турками. Единственный кто помогал ей- Священо Римская Империя. Но и на том были некоторые проблемы. Больше половины казны полячка должна была отдавать немцу. У нее плохо с экономикой, а тут еще это. Но что поделать? Без этого она сама не сможет дать отпор. И вот сейчас немец требует от полячки 100 тыс. рейхмарок. — Империя, я тебя прошу, дай мне еще немного времени и я выплачу все. После того, как ты все забрал, у нас в казне ничего не осталось. Я не знаю, что давать народу. Деревья уже не то. — Na und? Im Gegensatz zu Ihnen halte ich mein Versprechen. (3) — ответил немец и грозно посмотрел на полячку, дав понять, что не прокатит. —Bitte, (4) — взмолила полячка и уже была готова заплакать. Если сейчас ему надоест сюсюкаться с ней- то ее ждет конец. А немец все также сверлил взглядом женщину, но вдруг его взгляд изменился. Нет, не место, а прям по другому стал. Если в начале он смотрел серьезно, то сейчас- как-то… пошло? Ей не показалось? Немец посмотрел на нее с таким замыслом? Хех… Как-то даже не верится, что такой серьезный мужчина, у которого не было отношений, смотрит на полячку пошловато. Может показалось? Хотя нет. Если бы показалось, то немец не стал бы обнимать ее за талию. Стоп… ЧТО? Оказывается, пока женщина размышляла, немец успел подойти в плотную к ней и приобнять ее. — Что ты делаешь? — с испугом спросила женщина, явно не ожидавшая таких действий. — Und was? Hast du Angst? (5)— ухмыльнулся немец. От реакции полячки, так и поднималось настроение. Ну и не только) — Пусти! Империя, это не смешно! — на глазах у женщины начали появляться крупинки слез. Ей было очень страшно. Пару секунд и империя вовлек царство в страстный поцелуй. Полячка, не ожидала таких действий, приоткрыла рот. Немец же воспользовался этим и проник языком в рот полячки. И вот их языки сплелись. Полячка вначале хотела разорвать поцелуй, но немец прижал (легонько) ее голову, чтоб та не ушла (НЕ ЗАБЫВАЕМ, ЧТО У НЕГО 5 РУК. 2 ДЕРЖАТ ЗА ТАЛИЮ, ЕЩЕ ОДНА ЗА ГОЛОВУ). Поняв, что ей не выбраться, полячка отдалась немцу и стала немного отвечать на поцелуй, хоть и не уверенно. Иногда немец стал покусывать губы полячки, иногда тянул ее язык, не забывая гладить полячку за спину, талию, а также касался ее ягодиц. При последних действиях, женщина начинала мычать в поцелуй. Спустя минуту, страны отделились, чтоб набрать в легкие побольше воздуха. Не дав нормально отдышаться царству, империя сразу затянул ее в еще более страстный поцелуй. Поняв, что нужно как-то разнообразить из действия, немец потянул руку к спине женщины, где находился узелок, стягивающий ее корсет, и начал развязывать его. Женщина не сразу это заметила, но как только остался один узелок, корсет начал спадать, каки в принципе само платье. Отстранившись от губ полячки, он перешел на шею и ключицы, начав кусать их и оставлять красные, а иногда даже с капельками крови, следы. От неожиданности девушка вскрикнула. Немец, от таких действий, стал облизывать следы, как бы извиняясь. А от этого девушка начала томно дышать . У нее сводило голову. Ей было хорошо. Эти нежные поглаживания на спине, талии, пояснице и даже ниже. Вдруг резко немец схватил полячку за талию, поднял ее и уложил на кровать. Полячка лежала на спине и резко ударила по животу немца каблуком. С.Р. империя ашалел, но вроде ему было плевать. От такого ему еще сильнее захотелось полячку. А та не понимала его спокойную реакцию. Вдруг немец резко схватил ее за ноги, поднял их и положил ступни себе на плечи. (т9- почки) Полячка не оставила это без внимания и начала пинаться ногами. Удар, и она попала по ключице. Еще удар, и по плечу. Еще по груди. И так раз за разом. Немцу надоело это терпеть, и он схватил 3 руками ноги девушки. Но полячка на этом не остановилась и пыталась помочь себе руками. А так как у немца остались 2 свободные руки, он схватил одной рукой ее руки и поднял над головой женщины. — Ärgere mich nicht. Wenn du weitermachst, werde ich nicht für mich selbst Bürgen und dich zerrissen! (6)— раздраженно произнес первый Рейх, и поднял подол платья вверх, а затем еще и порвал ее нижнее белье. Полячка, точно не ожив этого, вскрикнула. Немец не стал церемониться и снял с себя штаны, но не полностью, вместе с нижним бельем. — Хватит! Прекрати! Пусти меня! — кричала и плакала полячка. Не очень то ну хотелось вот так терять девственность. — Beruhige dich und zicke nicht, wenn du nicht willst, dass es neh tut! (7)— немца бесила ее плаксивость, хотя даже в какой-то степени забавляло….