I

Игорный дом раскрыл голодный рот, Раскрашенный кричащей красной краской. В его нутре блистательных господ Не сдерживали стыд — и страх огласки. Продажно-позолоченный оскал, Трескучий смех и терпкий запах пудры… Пока подлец бесчестье совершал, Был неподвижен и безгласен — мудрый. “Не стоит с ходу наживать врагов”, “От нас не будет никакого толка”. На каждый из не сделанных шагов — Изысканно-пустая отговорка. “Наверно, где-то здесь — двойное дно? Наверно, всё просчитано не нами?” И благородство — вмиг погребено Под стыдными, смешными именами. “Не промолчать, не удержать руки, Дать бой — пороку, пересудам — пищу!” — Так поступают только дураки? Что ж, добродетель мудрости не ищет. Нелепо, необдуманно? Всё так: Угаснет спор — уже на первом слоге. Но лучше буду я — один дурак, Чем мудрый — посреди трусливо многих.