Часть 1

Мика не сразу поняла, когда начала смотреть на взрослого мужчину иначе, чем на остальных. Возможно тогда, когда он впервые ей улыбнулся – не мерзкой усмешкой – а по настоящему, или тогда, когда отстаивал ее право находиться среди людей перед Хиираги. Или тогда когда он дал разрешение на использование сыворотки, превращающей ее в человека. Он многое для нее сделал. Слишком много, она пропустила тот момент, когда человек, которого она хотела втайне убить, стал вызывать иного рода желания. А потом будто прозрела. Ей не хватало взглядов и улыбок, ей не хватало прикосновений. Микаэла влюбилась, но чтобы признаться в этом самой себе потребовалось немало усилий. Она думала, что хорошо скрывала свою внезапно проклюнувшуюся влюбленность, но однажды Глен(который знает все и про всех каким-то образом) спросил: - «Нравлюсь тебе, Мика?» У Микаэлы мгновенно вспотели ладони. - «Нравишься. Ну и что?» Глен смотрел на нее своими темными глазами, прожигая душу, будто обдумывая сказанное, а Мика хотела убить этого человека, хотела попробовать на вкус его губы, ощутить на талии его руки и почувствовать объятие, но этим она с ним делиться не собиралась, но должно быть что-то все-таки промелькнуло на ее лице. Глен встал из-за стола и направился к ней. «Еще не поздно сбежать» - шептал внутренний голос. «К черту» - решила Мика. Глен протянул руку, обхватывая ее за талию и притягивая к себе так, что носом Мика уткнулась в его грудь. Она не возражала против грубости – ей нравилось чувство собственничества, промелькнувшее у него на лице, когда она подняла голову. Он смотрел на нее словно голодный зверь, а затем он сказал: - «Я научил твоего брата быть войном…» - начал он. – «А теперь пришла пора научить тебя быть женщиной…» Он прижал ее к стене, не оставляя пространства для вдоха и властно вторгся в ее рот, несдержанным поцелуем, от которого у нее подкосились ноги. Она вцепилась в ткань его униформы и ответила так пылко, как могла. Мика словно горела и Глен горел вместе с ней в том огне, который разожгла война.