Глава 1. Братья Волвингтоны

Вильгельм Волвингтон - один из самых известных звериан в мире - произвёл на свет двух волчат. Первый волчонок получил имя Кан, и он вырос высоким, атлетически сложенным волком с чистым белым мехом. Второго волчонка назвали Люциусом. Он был ниже Кана, а его мех был серо-белым, как у отца. Образование братья Волвингтоны получили в Германии. На этом настоял Вильгельм. Он хотел, чтобы мир для его сыновей «не ограничивался Соединёнными Штатами Америки». Помимо диплома о высшем образовании, Вильгельм хотел, чтобы хотя бы один из его сыновей привёз из Германии волчицу, которая в будущем продолжит род Волвингтонов. «Раз уж я вписал своё имя в историю - сначала как искусный оратор и лидер звериан, которые не хотели быть расходным материалом на службе у Гитлера, а затем как непримиримый борец с теми нацистскими преступниками, кому удалось избежать трибунала в Нюрнберге, - необходимо подготовить себе преемника. А заодно убедиться в том, что род Волвингтонов не прервётся со смертью Кана и Люциуса», - рассуждал он. Люциус, словно прочтя мысли своего отца, вернулся в США вместе с волчицей. Её звали Брунгильдой, и, подобно Кану, её мех был белым как снег. Через некоторое время Брун забеременела - а ещё через некоторое время у неё с Люциусом появилась девочка, которую они назвали Эльзой. Вильгельм, узнав о пополнении в семье, был на седьмом небе от счастья. Люциус во время телефонного разговора с Каном заявил, что он «давно не видел, чтобы старик был таким счастливым». Но чем же занимался Кан во время учёбы в Германии? Будучи большим фанатом вестернов - особенно ему нравилась «долларовая трилогия» Серджо Леоне, включавшая в себя три фильма: «За пригоршню долларов», «На несколько долларов больше» и «Хороший, плохой, злой», - Кан посетил Италию. Страну, где зародился спагетти-вестерн - поджанр вестерна. Там он познакомился с синьором Греем - низкорослым толстым енотом, который, как и сам Кан, обожал вестерны. Причём настолько, что сам снимал спагетти-вестерны. - Я ищу крепкого парня, который мог бы сыграть помощника главаря банды, с которым главному герою предстоит сразиться перед тем, как вызвать его босса на дуэль, - сказал Грей Кану во время обеда в итальянском ресторане, - и, как мне кажется, ты вполне подходишь для этой роли. У волка загорелись глаза от такого предложения. Ведь он, наблюдая за похождениями Человека без имени, которого сыграл Клинт Иствуд, и представить себе не мог, что ему когда-нибудь представится возможность сыграть в чём-то подобном. - Только имей в виду, Кан: я от своих актёров требую полной отдачи. И это касается как актёров первого, так и второго плана. - предупредил его енот. Ради съёмок в фильме Грея Кан взял несколько уроков верховой езды, а также освоил метание лассо и стрельбу из огнестрельного оружия. При этом он не ограничился револьвером, так как это была не единственная «пушка» в арсенале лихого бандита с Дикого Запада. Впоследствии волк взял на вооружение этот подход - изучать что-то новое, если того требует роль, - когда вернулся в Америку и решил покорить Голливуд. Финансовый аспект Кана тогда не особо волновал. Волк был рад тому, что он «оказался по ту сторону экрана». Ну а енот, хоть и отдавал себе отчёт в том, что у него на съёмочной площадке работает сын Вильгельма Волвингтона, выдал ему скромный - по сравнению с теми актёрами, что играли шерифа и главаря банды, - гонорар. Куда больше Кану запомнился разговор с Греем, который состоялся вскоре после того, как съёмки фильма подошли к концу. Толстый енот, развалившись в режиссёрском кресле, курил кубинскую сигару и, положив свободную лапу на пузо, смотрел на закат. Волк сидел сбоку от него, когда тот обратился к нему со следующим вопросом: - Знаешь, Кан, в чём, по моему мнению, нуждается Голливуд? - Не знаю, синьор Грей. - Как мне кажется, Голливуд нуждается в проработанном злодее. В злодее, которого ты ненавидишь всей душой, но при этом тебе интересно, на какую ещё подлость он готов пойти, чтобы вывести главного героя из игры. В злодее, который не погибнет в дебютной для него серии, если мы возьмём в расчёт телесериалы. В злодее, мотивацию которого нельзя описать фразой «он злой, потому что злой». Тут Кан поймал себя на мысли, что он вполне понимает желание Грея увидеть подобного злодея. «Да и за злодеем наблюдать интереснее, так как он, в отличие от главного героя, не ограничен законом или моралью», - мысленно отметил волк. Этот разговор Кан запомнил ещё и потому, что решил покорить Голливуд, примеряя на себя «злодейские» роли. «Это будет куда интереснее, чем если бы я отыгрывал одних лишь «добрячков», - сказал он самому себе. До отъезда в Америку Кан снялся в ещё нескольких фильмах Грея - и енот в благодарность за это увеличивал его гонорары. Хотя до тех денег, что платили голливудским актёрам, волку тогда было ещё далеко. Позже, когда Кан стал большой шишкой и начал получать за свои роли солидные гонорары и награды, Грей был одним из первых, кто звонил ему, чтобы поздравить его с вручением очередной статуэтки. Как правило, енот звонил ему на следующий день после церемонии награждения, и в его голосе отчётливо читалась радость за волка. «Вот его я вполне могу назвать «фанатом номер один». Хоть нас с ним и разделяет океан», - думал Кан в такие моменты. _ _ _ Перед тем, как отправиться в Голливуд, Кан предстал перед своим отцом. Конечно, он был большим мальчиком и мог распорядиться своей жизнью так, как считал нужным, - но принадлежность к Волвингтонам обязывала его поделиться своими планами с тем, кто подарил ему жизнь. Вильгельм заметно помрачнел, когда узнал, что его старший сын хочет стать актёром. К Люциусу у него вопросов не было, так как тот работал в одном из министерств и зарабатывал достаточно, чтобы обеспечить себя, свою волчицу и волчат. А, в том, что волчата у них рано или поздно появятся, глава семьи не сомневался. - У меня к тебе только один вопрос. Это твоё окончательное решение? - выслушав Кана, произнёс Вильгельм. - Да, отец. - кивнул Кан. - Что ж, в таком случае тебе придётся рассчитывать только на свои силы. Ведь у меня нет никаких связей в Голливуде. И, если ты окажешься на дне, подниматься с него тебе тоже придётся самому. - Я понимаю. - В таком случае я не стану чинить препятствия на твоём пути. - Спасибо, отец. Сторонний наблюдатель мог бы счесть неприемлемым подобное отношение отца к своим сыновьям. Вот только Вильгельм прошёл Вторую мировую войну - и это не могло не сказаться на нём. В Кане и Люциусе он видел в первую очередь своих преемников. Тех, кто будут представлять интересы звериан на международной арене, а также выявлять нацистских преступников, скрывающихся от правосудия в той или иной точке земного шара. «А уж во вторую очередь он видит в нас личностей со своими надеждами и мечтами», - мысленно отмечал Кан.