•Глава вторая•

Когда наступает худший день твоей жизни, который меняет всё, из-за которого тебе приходится прожить жизнь снова от начала до конца, при этом придётся вести себя так, как будто ты по-прежнему нормальный человек. И вот я пыталась вести себя так, как будто ничего не случилось. Вместе с мамой я вышел из школы, подошёл к машине. Сел я на пассажирское сиденье, и она с дрожащими руками повезла нас в больницу. Больница. Во мне мелькнула надежда и я перевёл взгляд на маму, но она заметила мой взгляд и покачала головой. М. - Нет. - сказала она это шёпотом. - Он не... он бы не смог.. Им просто нужно было отвезти его туда. Я договорилась с папой, он нас встретит. И вот, я сейчас сижу на скамейке в больнице, а ко мне наклоняется подозрительная женщина в форме. Возможно она что то хочет мне сообщить, и я сосредоточился изо всех сил, чтобы услышать вердикт. - Не хочешь выпить стаканчик кофе? - Прошу прощения? - Тут довольно прохладно. Могу принести стаканчик кофе, это поможет тебе согреться. Хочу ли я кофе? Должен ли я сейчас хотеть его? Я посмотрел на маму, которая сидела с красным лицом, и прислонившись к холодной стене. Я затруднялся ответить. - Хорошо, давай я тебе куплю. Если сейчас не хочешь, выпьешь потом. Я не хотя кивнул, но она уже ушла, я сделал глубокий вдох и почувствовал запах антисептика для рук, "всё-таки какой же он пахучий"- подумал я. Женщина в форме вернулась и вручила мне маленький стаканчик. Он был горячим и как только я взял его тут же покрылся мурашками. Опустив взгляд я увидел, что на мне по-прежнему спортивные шорты. Когда мы только приехали, нас встретила эта женщина-полицейский и ещё один офицер. Офицер выражал свои соболезнования и рассказывал как отец собираясь на работу заметил тело Чарльза: лежавшего в лужи крови, не подвижного. Полицейские осматривали наш дом, а точнее нашу с Чарльзом комнату. Начальник полиции был вынужден покинуть свою конференцию, словно убеждая нас, что полиция серьёзно взялась за это дело. Я тяжело вздохнул и уставился на офицера, пытаясь осознать всё происходящее, и быть спокойным. Я пытался держать себя в руках и вроде не плохо получалось, так думал я. Офицер по задавал нам вопросы, и мы отвечали на них коротко и ясно. По его лицу было видно, что он был разочарован. Нет, в последнее время он не был чем-то обеспокоен. Нет, у него не было девушки/девушек. В прошлую ночь он вёл себя как обычно. Офицер задумался, но позже кивнул в знак благодарности, а затем на пятках развернулся и пошёл к выходу. Женщина в форме последовала за ним. Я стиснул зубы, думая почему он не спросил о том, что мы не заметили отсутствия Чарльза утром. Хотя этому есть объяснение.По утрам он бегал вместе со своим другом Алексом, а позже ехал с ним в школу. Так и вышло, что его не было на завтраке, и никто не задумался где он. Все были заняты своими делами: мама слушала новости и готовила, а отец сидел в кресле, читая газету. А я ел свой тост, залипая в телефон. Я зажмурил глаза и попытался снова вспомнить прошлую ночь. Казался ли Чарльз расстроенным или же чем-то обеспокоенным? Нет. Он быть может, казался спокойным и слишком уж умиротворённым, чем обычно. В тот вечер он словно светился от счастья, как будто у него была тайна, словно он знал что-то хорошее. *** Когда отец присоединился к нам, а мой кофе уже почти остыл. Папины глаза покраснели, его поведение было очень взволнованным. Место того что бы сесть, он начал ходить зад-вперед. Мама сидела закрыв глаза и шептала что-то себе под нос. Мои глаза оставались сухими. Словно мне перерезали нерв. Я вздохнул и прислонился головой к стене. Она была холодной. Я перевел взгляд на отца. Отец подошёл к окну, которое выходило на парковку, и прижался к стеклу лбом. Через несколько минут спустя, к нему подошёл мужчина в халате. - Нам нужно удостоверение личности вашей супруги.- сообщил он отцу. Голос мужчины звучал хрипло. - Но если вы хотите посмотреть на тело, могу вам показать. - Вы имеете в виду, показать моего сына. - произнося это, отец не повернулся к мужчине. Мужчина покраснел и медленно кивнул: - Прошу прощения, да. Показать вам вашего сына. Вы желаете его увидеть? Отец закрыл глаза и выпрямился. -Да, я хотел бы его увидеть. - Повернувшись, он заметил меня и замолчал, словно меня здесь даже и нет. - Джонатан, побудь здесь. Рядом с мамой. - сказал он. - Нет. - я встал и выпрямился.- Я пойду с тобой. Мужчина покачал головой: - Юноша, не думаю, что это хорошая идея. - Я пойду с тобой. - повторил я. *** Динь-дон, двери лифта скрипнули и открылись, а за ними был длинный коридор. Мы прошли множество светлых и просторных комнат. Когда мы оказались в помещении, я заметил, что стояло несколько каталок. Занята была только одна - на ней лежало тело, покрыто голубой простынёй. Мужчина в халате подошёл к ней, а я шагнул вперёд. Каждый шаг мне давался всё труднее. Мужчина откинул простыню, и мы увидели его. Лежавшего совершенно неподвижного, бледного. Мужчина в халате смотрел на меня, и на его сравнивая наши лица. Отец крепко себя обхватил руками, с распахнутыми глазами. Я стоял не говорив ни слова. - Это он. - прошептал отец. На нем был чёрный пиджак, чёрные брюки, и окровавленная рубашка. Его бледные пальцы были согнуты. Рука скривилась под неестественным углом. Легче было смотреть на тело, чем на лицо. Его лицо - моё лицо. На секунду я заметил, что моя рука у собственной щеки. Я тут же отпустил руку, шагнув ближе, я осознал.. "Цитрус. Чарльз, ты пахнешь цитрусом. Ты в костюме и пахнешь цитрусом, о нет, так совсем не должно быть - подумал я. - Совсем не так.." Отец тяжело вдохнул. - Джонатан, пойдём. - сказал он, отворачиваясь. - Нас мама заждалась. - Нет. Ему нельзя оставаться одному. - возразил я. Отец искривил бровь, в недопонимании. - Джонатан.. " Ему будет одному одиноко - захотелось мне возразить. - Если я останусь, то он проснётся и увидит, что он не один. Я найду способ его разбудить. " я открыл рот, и тут же закрыл. У меня застрял ком в горле, я не мог их произнести, видя его бледное тело, навсегда застывшее в неестественной позе. *** Почти дойдя до лифта, я почувствовал как мой разум затуманился, а в голове была одна мысль "бежать". Я слепо шагнул в сторону и побежал до уборочной. Добежав до уборочной, я вцепился руками в раковину, тяжело дыша. Я почувствовал резкую боль в желудке, как будто прогоняю из памяти бледное лицо Чарльза. Но этот образ всегда останется со мной, и изгнать его будет невозможно.