3-ья глава. Герцог

Он прекрасен. Прекрасен в своей интеллигентности, уме, своей молодой красоте, даже пальто его прекрасно. Он чудесный, со всех сторон, справа, слева, спереди, сзади. И этим он меня раздражает, приводит в ярость, побуждая к действиям. Ту бабу вроде нашли, но ничего делать не стали, показав свое безразличие и ущербность, снова. И так было всегда. Кажется, он собирается уходить, ну уж нет. Я вышел из здания и направился за этим красавчиком, предвкушая, как отдельные куски мяса будут лежать и гнить, мух не будет, зима все-таки. Я всегда хотел убить что-то прекрасное, что-то такое не невинное, но все же нетронутое. У меня нет ни жалости, ни сострадания, есть только желание и принципы, они не мешают, они гибкие. Для достижения того, чего хочется, готов пойти по головам, хотя, всегда так, даже, если никто не мешает. Всегда иду по головам. Снег падал медленно, завораживающе, дух свободы исходил от него, наполняя улицу. Холод, как от трупа. Это будет мое самое великое убийство, самое ужасное, я надругаюсь над тем, что неприкосновенно, над прекрасным. Ну, ничего, он заслужил это, ведь он родился. Белый-белый снег хрустел, я убью его и его кровь забрызгает эту белизну, эту истинную, природную белизну. Ему не везёт, он идет прямо в мою ловушку, мне стало тошно. Ведь он не идеален, по крайней мере не настолько, на сколько нужно. Он сам ведёт себя в ловушку, из которой ему не выбраться, обеспечивает себя, да так, что в итоге я становлюсь жертвой. Я отпустил его. Отпустил и ушел в даль. Туда, где меня не найдут. В небытие.