У Аэрис есть любимая игра

У Аэрис есть любимая игра — воображать себя героем. Бравым рыцарем, спасителем. Вершителем злодейских судеб. Праведным, конечно — бродя вдоль свалок, мусорок, трущоб, она ищет чёрный цвет. И превращает его в серый. Потому что в церкви так сказали: в каждом зле имеется добро. Его нужно просто отыскать, подобно следопыту! Любовно выудить из панциря. Полить заботой и удобрить лаской. И тогда он — этот маленький, напуганный мальчик, живущий где-то глубоко-глубоко внутри его тёмного сердца — расцветёт. Станет самым красивым и светлым цветочком на радость молодому флористу! У Ценга тоже есть любимая игра — возвращать с небес на землю. Не мучительно, но быстро: надрезая ножичком браваду, кромсать чужую душу этим «Так не будет». Он не любит обниматься, так что смирно ждёт, когда ей надоест искать приют в изгибе его шеи. Он смотрит свысока, даря урок без слов. Негоже ведь в её года смотреть на мир вот так. Блаженной Аэрис нужно лишь пересмотреть свои идеалы. Понять, что ей не место рядом с диверсантами. Она ведь — Древняя, жемчужинка «Шинры»! Беглая и нежная. И Ценг обязательно вернёт её в истинный дом, однажды спросив: — Наигралась?