Часть 1

— А? Что произошло? — Недоуменно спросил Чинк, оглядываясь вокруг. Он только что пришел в себя… Правда, почему то посреди улицы. Чинк чуствовал, что что-то не так. Неестественная тишина? Да, но… Что то еще. Зверек нахмурился пытаясь вспомнить, что произошло. И тут же воспоминания навалились скопом. Когда Чинк и Софи вернулись вместе с заряженным Золотым Ульем в город, его жители оказались им совсем не рады — Вот, полюбуйтесь! Вернулся, прохвост! А нука иди сюда, помощничек Хубы-Дубы! — Закричал мэр собравшейся на площади толпе. Та с радостью откликнулась на его призыв. — Стойте! Я же!.. — Чинк попытался все объяснить, но его никто не слушал. Софи попыталась вмешатся — ее грубо отстранили (читай затолкали). Люси, когда она узнала о том, что Чинк вернулся, не дали сказать ни слова псы мэра. Казнь толпой — самая страшная для преступника. Потому что когда палач один — хорошо, их двое или трое, боль можно перетерпеть, и, улучив момент, вырватся и сбежать. Сбежать от толпы невозможно. Впринципе. Толпа не выбирает способы казни — она расправляется с целью на месте. Жестоко и беспощадно. Стадо с окровавленными клыками. Чинк завопил, сжимая голову руками. Воспоминания о последнем дне нахлынули как цунами, и бельчонок потонул в ужасной боли. Снова и снова его разум переживал последние моменты его жизни, а полученые увечья отзывались фантомной болью во всем теле. Бесконечный поток фантомной боли прервал свист. Он вызывал какой-то иррациональный страх… Поправка. Вызывал бы. Если бы тот единственный из смертных, кто слышал его сейчас, не пережил только что самое ужасное в своей жизни событие. Чинк оглянулся. За его спиной стоял, поигрывая серпом, белый волк с красными глазами. — Здраствуй, Чинк. — тихо произнес он. — Эм. Здраствуйте. А. А вы кто? Волк лишь молча кивнул на тело, валяющееся в траве неподалеку. Чинк осторожно подошел, догадываясь, что увидит. Да. Это был он. Точнее, его тело. Бельчонок сглотнул, и, зажмурившись, отвернулся. По щеке скатилась слеза. Черные впадины с засохшей коркой крови вместо глаз, оторванный с куском мяса хвост, выгнутые в неестественные стороны ноги и руки, изуродованное туловище… Толпа… — Ты Смерть. — Не вопрос. Утверждение. — Да. Идем, Чинк. Я пришел, чтобы отвести тебя в мир иной. — Смерть… Скажи. Почему так? Почему? Я… я ведь спас их всех. Почему?! — бельчонок всхлипнул. Волк подошел ближе, и вздохнул. — Чинк… Это не зависело от тебя. Вне зависимости от того, вернулся бы ты с победой, или с поражением, ты бы умер. Понимаешь… Толпа… Обычно люди — безропотные овцы, боящиеся боли и неизвестности. Законопослушные, смирные. Они жестоки, но общество учит скрывать ее — жестокость. Они и скрывают. Пока не происходит что-то вроде этого. — Волк указал на труп бельчонка. — Накопленная злоба вырывается наружу и… Достаточно лишь вожака, который найдет правильные слова, и цели — добычи, которую толпе позволят растерзать. В этот раз добычей оказался ты. — Понятно… — прошептал бельчонок. Чинк все еще не мог поверить, что его друзья — жители Медовой Долины, могли так поступить. Смерть молчал еще около минуты. А потом вдруг сказал: -Если бы твоя тетка не платила Софи, ты мог бы выжить. — Эм, что? — обернулся Чинк. Волк покачал головой. — Что-что. Софи тебя не уволила только потому, что твоя тетя, платила ей втайне от тебя. — Не может быть! — закричал Чинк. — А мне есть смысл врать? — изогнул бровь Смерть. — А, ну да… — смутился Чинк. — Понимаешь… Люси старалась во всем потакать тебе, так как считала, что умственно отсталым детям нельзя отказывать. — Ччто? Умственно отсталым?! — Ага. Когда ты только родился, криворукая медсестра уронила тебя об пол головой. Трижды. Как следствие — небратимые повреждения нейронных связей мозга, отвечающих за обучаемость и сообразительность. Твои родители, узнав о таком «подарочке» судьбы, послали все нахрен, и сдали тебя в дом малютки. А Люси… — Смерть остановился не зная стоит ли продолжать. — Что Люси?! -сказал Чинк, схватив Смерть за руки. -Что Люси?! Что она?! Что я ещё не знаю про свою тетю?! — Ну, она не твоя родная тетя. Она усыновила тебя, а когда приехала в Медовую Долину, соврала всем, что ты её племянник. Чинк молча сел на землю. Ему всю жизнь врали. Тетя Люси, которая с детства заботилась о нем, на самом деле ему даже не родня. А Софи… А что Софи. Он был для нее источником денег — вот и все. — Кстати, а… Что с ними? — Кхм… Ну… Если коротко и грубо, то они попытались тебя звщитить. Итог — обе в больнице. У Люси переломаны руки, а у Софи трещины в ребрах и множество синяков. Чинк молча глотал призрачные слезы. — Чинк. — тяжело вздохнул Волк, присев рядом. — Ты даже не представляешь, как много живых умирало так же как ты. Знаешь… У тебя есть еще немного времени перед Дорогой. Я покажу тебе несколько из них.