Это в самом деле...

      Мне постепенно становилось тепло от рук родных для меня людей… людей? Да, это люди. Слёзы нахлынули ещё с большей силой и были готовы превратиться в море. Родители сжимали меня крепко-крепко в своих объятиях, сестрёнка уткнулась лбом в мой живот, опустивши голову в пол. Затем она отстранилась, и мать повела меня к камину:       — Ты так промок… Как же ты шёл в такой мороз? В одном тонком атласном костюме…- произнесла она, усадив меня на кресло, сестрёнка шла рядом и держала мою руку. Я впервые ощутил под собой знакомое, но такое далёкое мягкое кресло, а не тот холодный бетонный пол. Мне всё ещё не верилось, что смог сделать это, что я снова дома, что обо мне могут позаботиться, но вот только смогу ли я вернуться в прежнее русло и забыть тот кошмар? Светло-зелёные обои в жёлтую полоску навевали приятное чувство дежавю, атмосфера, что царила в этом доме, гирлянды и носки для подарков от Санты Клауса на стене добавляли детский восторг. Тепло, исходившее от камина, постепенно согревало меня. Отец протянул мне кружку с серой водой. Я посмотрел в неё и увидел своё отражение, лицо выражало страх и недоверие, я боялся напитка, который дал родной человек. Сделав глоток, я сделал второй, а затем ещё и ещё, было очень вкусно и ощущался лёгкий привкус кофе, это был какао, тот, что я пил когда-то очень давно. Мама смотрела на то, как я жадно поглощаю содержимое внутри бокала, слегка улыбнувшись, она вышла в кухню и затем вернулась, держа в руках свежеиспечённый яблочный пирог. Она взяла нож и сделала надрез.Я непроизвольно дёрнулся при его виде, сестрёнка это сразу ощутила и начала поглаживать своими крохотными пальцами тыльную сторону моей ладони, приговаривая: «Братец, не бойся»… Кажется, она поняла, что я испугался ножа, но как этот маленький ребёнок понял это? Я смотрел на неё и выдавил улыбку, а она улыбнулась в ответ. Мать протянула кусочек пирога, и я принял его. Откусив один кусочек, я почувствовал далёкий вкус яблок и был безмерно счастлив. Я снова заплакал, в который уже раз? Не посчитаешь на пальцах двух рук. Наевшись и как следует отдохнув после долгого пути, я поднялся на ноги и пошёл мыться. В ванной комнате меня ждала белая ванна, внутри которой была тёплая вода, от которой исходил медленными струйками пар. Я разделся догола и опустился в воду.       Тепло… Не холодно…       Взяв ближайший мне шампунь, нажав на него, вытек голубой вкусно пахнущий сиропчик, и я впитал его в свои волосы, натёр до пены и смыл. Мои волосы были в ужасном состоянии, может быть, от него они снова станут нормальными?       Спустя 30 минут я вышел и переоделся в футболку и шорты отца, надев на себя меховые носки, пошёл в свою комнату. Открыв дверь, на меня нахлынули воспоминания, что здесь я когда-то веселился с друзьями и сестрой. Все вещи лежали на своих местах, на небеле и капли пыли не было, видно, что комнату держали постоянной частоте, словно она ждала своего жильца. Я лёг на кровать и будто бы провалился в облако. Закрыв глаза, я ощутил на себе взгляд, никого в комнате не было, кажется, я просто сошёл с ума, в тёмных углах мне всё казались маленькие глазки тех страшных кукол, мне мерещились лица гуманоидов и коточелов. На самом деле никого не было, полночи я не мог сомкнуть глаз и пошёл к младшей сестре. Тихо отворив дверь её комнаты, я вошёл туда и тихими шажками побрёлся к её кровати, лёг рядышком и попросил прощения.       — Сестра, прости меня, но мне очень страшно находится у себя. Кажется она проснулась:       — Ничего, хоть ты уже взрослый ты имеешь право бояться, залезь ко мне под одеяло и помни, что я рядом. — она обняла меня и мне удалось заснуть.