Император

За более чем тысячелетнюю истории империи никогда не случалось такого, чтобы императором выбрали омегу. Потому что долг омеги рода Эждер состоял лишь в одном — верно и безропотно служить своему альфа-сиблингу, отринув собственные мечты и постоянно наступая на глотку своим желаниям. Веками в омегах драконьего Дома видели лишь тень царственного альфа-родича, его голос и воплощение его воли. Существо правящее и одновременно с этим практически бесправное. Сегодня всё изменится. Если будут милостивы Высшие Силы, то лишь на шестнадцать лет, но всё-таки изменится. Яросвет бесстрастно созерцал собравшихся в храме горожан и лордов. Они прибыли на коронацию нового императора, и пусть далеко не все одобряли такой выбор — вслух выражать своё недовольство смельчаков не нашлось. Мысли же их Яросвета не интересовали. Пусть себе злятся, сколько душе их угодно. Виноват в попрании традиций один только Асинкрит. Это он убил Юстиниана, Яромира и даже родную сестру, отняв у империи такого необходимого ей альфа-правителя. Только Асинкрит виноват в том, что династам придётся дать клятву верности омеге. Подбитая мехом парадная алая мантия не спасала от холода, что пропитал собой каждый уголок громадного храма, но показывать слабость нельзя. Яросвет стоял с идеально ровной спиной и гордо вскинутым подбородком — дракон летает выше всех прочих тварей, и не важно, альфа он или омега. Хотят они того или нет, но династам придётся признать Яросвета своим императором. Выход из храма стерегли Глациер и Аглая, которые не выпустят ни одного человека, пока не получат приказ отойти. И все присутствующие прекрасно это понимали. Зловещий красный свет от выложенной светокристаллами змеи за спиной заливал алтарь, стекал по ступеням, играл отсветами на короне, лежащей посреди покрытого бордовым бархатом жертвенника. В центре короны стояла церемониальная хрустальная чаша, рядом поджидал заточенный обоюдоострый клинок из мрамодиана. Сладковатый дым из курильниц сизыми клубами вился в красноватом свете. Яросвет прищурился, всматриваясь в неподвижную белую фигуру по другую сторону жертвенника. Мысли свои Асинкрит как всегда скрыл, и впервые закралось тревожное подозрение — не вздумает ли он из мести запороть церемонию. То-то будет потеха, если архижрец схватит церемониальный клинок и прирежет будущего императора у всех на глазах. От этой мысли почему-то стало легче. Яросвет сдержал ехидную улыбку, так и норовившую изогнуть губы, и вернул внимание толпе. Асинкрит не посмеет. Статус главы Церкви взамен на жалкую месть, которая не принесёт ни капли облегчения — слишком неравный обмен. На такое пойдёт только безумец, а уж кем-кем, но безумцем Асинкрит точно не был. Он вышел вперёд и начал вступительную речь — голос звучал безжизненно, словно шелест сухой листвы в конце осени. Негромкие перешёптывания в храме тотчас стихли. Горожане по-привычке благоговейно внимали каждому слову архижреца, а династы и лорды Младших Домов заткнулись просто из вежливости, не желая выставить себя мудаками. Узнай люди правду — наверное, закидали бы одетую в белое лицемерную тварь камнями. Но правду, помимо Яросвета, знали одни только Криста, Флориан и Антонио Ламорте. Произнеся последние слова и призвав династов и лордов Ариссии принести клятву верности новому императору, Асинкрит шагнул обратно и снова превратился в окаменелую статую. Небось даже моргать забывал, блядский упырь. Стоявший по другую сторону жертвенника Яросвет тоже оставался недвижим и усилием воли душил на корню назревающую тревогу. Династы не посмеют предать и взбунтоваться. У них нет для этого причин. Всем им известно, что Хелена из Дома Блэкфокс вот-вот подарит империи законных наследников, и потому долго терпеть над собой омегу не придётся. По крайней мере, Яросвет отчаянно надеялся, что старая лисица не подведёт, и род Эждер получит такого необходимого ему правителя-альфу. Могущественного дракона, перед которым трепетать будет вся империя, как дрожала она перед его отцом. Тем временем из толпы вышла одетая в чёрное с фиолетовым беловолосая альфа. Стук трости далеко разносился под сводами храма, пока она медленно шла к алтарю, подволакивая ногу и стараясь не слишком кривиться от боли. Как и ожидалось, Дом Эквинорд первым вызвался принести клятву, точно как тысячу лет назад и все последующие века. Во время битвы с войсками Ругарии вервольфы подстрелили флайхорса под Марлин Эквинорд, и лишь устлавший землю толстый снежный покров сохранил ей жизнь. Однако вервольфы добрались до искалеченной альфы раньше имперских солдат, и самый прыткий волчара едва не сожрал ей лицо. Расписанное толстыми багровыми рубцами, оно выглядело весьма непривлекательно. И всё же, в отличие от Флориана, страшных увечий своих династ Нордлэнда не скрывала. Под немигающим взглядом Яросвета она опёрлась коленом здоровой ноги о жертвенник, чтобы освободить руку от трости, и полоснула себя по ладони. Тёмная в затянутом благовониям красном свете кровь густо закапала в ритуальную чашу. Вместе с безмолвной толпой Яросвет наблюдал, как искалеченная альфа с трудом опускается перед ним на колено и укладывает перед собой покрытый белыми рунами фамильный клинок рода Эквинорд. Невесомое касание порезанной ладонью, и лезвие окрасилось алым цветом. Яросвет сверху вниз взирал на Марлин, отмечая, что голос у неё звучал твёрдо, а в мыслях и взгляде единственного уцелевшего глаза не читалось даже толики сомнений. — Дом Эждер принимает клятву Дома Эквинорд и гарантирует ему защиту и поддержку, — коротко поклонился Яросвет, положив руку на сердце, как того требовал обычай. Династы пред ликом Высших Сил проливают свою кровь и клянутся отдать свою жизнь и жизни своих вассалов во благо короны и империи, если такое потребуется. В ответ же драконий Дом обещает хранить и оберегать их самих. Не только император и канцлер, а все до единого Эждеры, потому что испокон веков драконьи владыки правили империей все вместе. На сегодняшний день Яросвет оставался единственным, но всё-таки не последним из своего рода. Следующим к жертвеннику подошёл Флориан. И снова ни намёка на сомнение и ни тени презрения, как будто юный грифон вовсе не видел разницы — альфа будет носить корону или жалкий омега. Общество Кристы и все пережитые испытания определённо пошли молодому династу на пользу. Яросвет принял его клятву и даровал ответные обещания Дому Баориу, с досадой отмечая, что демонов Флориан всё-таки стал ближе, чем заслуживал. Мелкий паршивец. В остальном Яросвет не ошибся — бунтовать династы и лорды драконьих земель не осмелились. Некоторые внутри клокотали от гнева, а кое-кто, вроде Ганса Вальца, и вовсе едва не кривились в отвращении, но отказаться от церемонии не осмелился никто. Были причиной их послушания драконы на площади или же веками впитываемая с молоком матерей верность Дому Эждер, ответить Яросвет не смог. Главное, что церемония подходила к своему финалу, что не могло не обрадовать. Блядский холод уже сводил с ума. Стоило надеть вторую нижнюю рубаху или выбрать её потеплее. Когда Асинкрит оповестил, что все жители империи принесли необходимые клятвы, Яросвет шагнул к жертвеннику и сам поднял клинок — встал при этом так, чтобы не закрывать обзор людям в храме. Солоноватый запах крови смешивался в воздухе с благовониями, стягивая горло тошнотой. Не страшно, церемония скоро завершится. Странно, но волнения до сих пор не было. Один только злой азарт, постепенно захлёбывающийся в усталости. Наверное, стоило всё же хоть немного поспать. Чёрное лезвие легко вспороло кожу прямо поверх оставшегося после поединка шрама, и ладонь обожгло горячей кровью. Она частыми каплями падала в чашу, с виду такая же точно, как у династов, но всё-таки совершенно иная. Не благословленная Высшими Силами, а извращённая тысячелетие назад мерзкой магией существ, явившихся в этот мир из какого-то далёкого и чужого. Какой же бред… Яросвет приказал советникам не распространяться о том, что именно Поединок Чести стал причиной пробуждения Яромира, и Флориану тоже велел помалкивать. Что было, то было. Сейчас необходимо предложить империи врага пострашнее глупого мальчишки, который слишком уязвим и не так уж сильно виноват, если задуматься. Темараднас может и не мечтать войти в историю империи, как её друг и союзник. Не в ближайшие два-три поколения точно. С этими мыслями Яросвет повернулся к Асинкриту, кажется, всё это время бродившего в дебрях собственных мыслей. Со дня смерти сестры он вообще был сам не свой, однако жалеть ублюдка как-то совсем не получалось, да и не особо хотелось. Яросвет встретил змеиный взгляд красных в здешнем освещении глаз архижреца — безжизненный, как у мертвеца, и пустой, как у человека, которому больше незачем жить. Какая ирония, что умереть Асинкрит теперь не может не только из-за страха прогневать Высшие Силы, но и по той причине, что смерть ему вовсе больше не грозит. Жить с осознанием, что стал причиной гибели любимой сестры и отнял у неё шанс на перерождение, Асинкриту придётся целую вечность. В самом прямом смысле. Неплохое наказание для худшего из ублюдков. Эту мысль Яросвет прятать не стал и не постеснялся подкрепить улыбкой — короткой и едва уловимой, но от того не менее едкой. Асинкрит проигнорировал мысленный укол. Механически обмакнул пальцы в чашу, потянулся рукой — Яросвет с трудом подавил инстинктивный порыв отшатнуться. Прикосновение холодных мокрых пальцев ко лбу отозвалось нервной судорогой, удержать лицо получилось лишь ценой огромных усилий. Асинкрит вывел кровью символ Высших Сил, как того требуют обычаи, и убрал руку. Вот же мерзость. Яросвет наконец-то выдохнул и принял притворно невозмутимый вид, позволяя надеть на себя императорский кулон и корону. Можно было ещё немного подразнить и побесить Асинкрита мысленно, но какой в этом смысл, когда уже один только вид коронованного младшего брата, вместо сестры, напоминает ублюдку о проигрыше? Тем более что Асинкрит не просто проиграл. Он обосрался по полной и взять реванш не сможет уже никогда. Остались завершающие штрихи церемонии. Шаг к толпе, рука взметнулась вверх — кровь щекотно и тепло поползла в рукав, но Яросвет едва обращал на неё внимание. Финальные слова клятвы громко и уверенно прозвучали в воцарившейся тишине, разлетелись под высоченными сводами храма. Слова, что шли от самого сердца и не могли быть нарушены никогда и не при каких обстоятельствах. Единственный, но не последний дракон обещал хранить империю, свой род и свой народ, как многие века делали его предки, и даже тысячелетия спустя продолжат потомки. Пусть всего на шестнадцать лет, но Яросвет станет настоящим императором. Ответное «Слава императору-дракону!» наполнило жаром сердце, изгнало холод из тела и растопило остатки сомнений. Империя будет в надёжных руках.